Кричать в симфонии - Келси Клейтон
— Что будем делать с членом Братвы в сарае? — спрашивает Бени. — Избавимся от него?
Я провожу рукой по щетине на подбородке.
— Оставь его. Он плохо переносит боль и поет как канарейка. Он может нам пригодиться.
Большинство людей бегут от тьмы. Они боятся ее так, что им трудно отличить реальность от вымысла. В конце концов, именно там играют все монстры и демоны. Я же, наоборот, принимаю ее. Мои демоны обнимают меня и убаюкивают по ночам, а тьма нависает, наклоняясь поцеловать меня в лоб. Они приносят мне покой и защищают от моей боли.
Я смотрю в окно своей спальни, мой взгляд прикован к сараю в дальнем углу. Я видела, как Кейдж и Бени входили и выходили оттуда несколько раз, но мне никогда не приходило в голову, что там может быть, до сих пор. Подслушанный разговор о том, что там кто-то есть, привлек мое внимание и зажал его в тиски, и теперь мой разум все глубже и глубже погружается в размышления о том, какова та часть жизни Кейджа.
Стук в дверь спальни отвлекает мое внимание от окна, и я смотрю на телевизор так, будто все это время была поглощена шоу «Я вешу 300 кг». Когда дверь со скрипом открывается, я смотрю и вижу, как Виола просовывает голову. Она застенчиво улыбается мне, что ей совершенно не идет.
— Не возражаешь, если я войду?
Я склоняю голову набок.
— Зачем? Хочешь закончить то, что начала?
Ее глаза расширяются, она вбегает внутрь и закрывает за собой дверь.
— О Боже, это не смешно. Кейдж пристрелит меня, если услышит, как ты это говоришь.
— Может, я этого и добиваюсь.
Она скрещивает руки на груди.
— Я не та, кто в тебя стрелял, и мы обе это знаем.
Я фыркаю.
— Нет, но это не значит, что ты не заноза королевского размера в моей заднице.
— Собственно, поэтому я здесь. — Она подходит и садится на край кровати. — Думаю, мы с тобой начали не с той ноги.
Приподняв одну бровь, я мычу.
— Вот как?
— Именно так, — говорит она. — Я составила мнение, не успев узнать тебя по-настоящему, и это было неправильно с моей стороны. В конце концов, ты не можешь быть настолько плохой. Ты не дала Кейджу меня убить.
— Я все еще могу, — тяну я и делаю глоток вина.
Тяжелый вздох слетает с ее губ, когда она пододвигается ближе.
— Я хочу загладить свою вину перед тобой.
Это, должно быть, шутка. Возможно, она не та, кто в меня стрелял, но Виола, которую я знаю, танцевала бы на моей могиле. И все же я поддаюсь, потому что мне любопытно.
— И как ты планируешь это сделать?
Она ухмыляется.
— Став твоей подругой, как же иначе.
Я давлюсь воздухом, вся эта идея кажется абсурдной.
— Ага, я пас. Спасибо, конечно.
Это девушка, которая больше всего на свете хочет оттолкнуть меня от Кейджа. Она недооценивает меня, если думает, что я выросла в мире, где девизом не является «держи друзей близко, а врагов еще ближе».
— Ой, да ладно, — настаивает она. — По мнению мира, ты мертва. Думаю, это должно ощущаться довольно одиноко.
Уголок моего рта приподнимается.
— Не волнуйся. У меня есть Кейдж.
Она издает звук отвращения.
— Так вот в чем дело? Милая, он держал пистолет у моей головы. Та часть меня, которая думала, что у нас с ним есть будущее, сгорела дотла, когда он две недели подряд охотился на меня, как на лису в лесу. Верить в то, что у этого человека есть будущее с кем-то, кроме тебя, было бы идиотизмом.
Что ж, по крайней мере, она немного более приземлена в реальности, чем раньше, но я все еще не собираюсь записываться в команду Виолы.
— Серьезно, спасибо, но нет. Меня вполне устраивает мой маленький пузырь.
Приложив палец к губам, она оглядывает меня, словно обдумывая мои слова.
— Хм. Нет. Я покорю тебя, Саксон Форбс. Вот увидишь. Поверь мне.
Я смотрю ей в глаза и говорю с максимальной искренностью, на которую способна в своей жизни.
— Я никому не верю.
— Будешь, — говорит она, не принимая отказа.
Мы с ней сидим в неловком молчании больше часа. Я смотрю телевизор, пока Виола листает телефон, пытаясь показать мне пару забавных мемов или обсуждая, во что какая-то знаменитость была одета прошлой ночью. И лично мне плевать, было ли у Брэда и Дженнифер эпическое воссоединение на глазах у всего мира, но ей точно нет.
Кейдж входит в комнату и замирает, увидев Виолу, сидящую рядом со мной на кровати, и через несколько секунд его рука ложится на нож, который он всегда носит в кармане. Его взгляд перемещается с меня на нее, и я слышу, как у нее перехватывает дыхание. Она действительно боится его, и мысль об этом радует меня больше, чем следовало бы.
— Вон, — приказывает он Виоле.
Она соскальзывает с кровати и вылетает за дверь, как ребенок, которого поймали с рукой в банке с печеньем. Тем временем Кейдж подходит ко мне.
— Ты в порядке? Она тебя обидела?
Я мычу.
— Если я скажу «да», ты сделаешь так, чтобы она больше никогда не возвращалась?
— Да, — серьезно отвечает он. — Только скажи слово. Все, что захочешь.
Это заманчиво, правда. Мысль о том, что Виола пытается стать моей подругой, заставляет мою кожу покрываться мурашками. Если честно, в этой женщине нет ничего, что мне нравилось бы. Но убить ее значит создать проблемы для Кейджа в отношениях с Нико и Раффом, и я просто не считаю, что избавиться от нее стоит таких хлопот.
— Все в порядке, — говорю я ему. —
