Скрижали богов - Александр Александрович Гаврилов

ветер, который поднял немного пыли и пыльцы с растений. Девочки, которые дышали только носом, чтобы не выдать себя, одновременно чихнули. После этого они посмотрели друг на друга с широко раскрытыми глазами.

В этот момент, перед ними показался один из незнакомцев, он что-то громко сказал, повернувшись в сторону других, от чего близнецы быстро переглянулись и бросились вглубь леса, но пробежав совсем немного, набрели на крутой спуск, с которого кувырком свалились прямо вниз. Они лежали обе в куче листьев и веток, Николь на спине, ну а Анну угораздило скатиться и перевернуться прямо на живот, смотря вверх. Николь услышала резкий хруст веток, как над ней тут же появились три человекоподобные фигуры, двое мужчин и женщина. Они подняли девочек и вывели на тропу, где было ещё несколько незнакомцев, среди которых были и женщины, что немного успокаивало сестёр.

– Ну а далее, мы попали в Сугмурхадд. Огромный комплекс зданий, с высокими башнями, украшенными резными узорами, широкими арками и массивными колоннами, наподобие того, что ты мог видеть в старинной книге с иллюстрациями в библиотеке. Где мы с сестрой и провели пятнадцать лет своей жизни, где нас обучали всевозможному мастерству.

– И чем ты владеешь?

– Инженерия. Химия. Биология. Математика. Физика. Алхимия. Психология. Врачевательство. Долго перечислять. В нас было вложено много знаний и умений.

– Значить ты сверхчеловек?

– Можно и так сказать, – улыбнулась Николь.

– А как вас различали родители, вы же близнецы?

– Гетерохромия, – произнесла Эмирэнн, спускаясь с лестницы.

– Это болезнь? – поинтересовался Саша.

– Нет. Гетерохромия, это различный цвет радужной оболочки правого и левого глаза или неодинаковая окраска различных участков радужной оболочки одного глаза, – сказала Николь и кротко улыбнулась.

– Простыми словами, разный цвет глаз, – добавила Эмирэнн.

– У тебя оба глаза голубые, – жестикулируя руками произнес Саша.

– У Анны, правый глаз голубой, а вот левый пурпурный.

– Это надо видеть. Подобную красоту словами трудно описать, – произнесла Эмирэнн

– Поэтому наша мама, заметив эту разницу, никогда не состригала наши чёлки. Она укладывала их таким образом, чтобы моя слегка закрывала правый глаз, а у Анны левый. Таким образом, она решала сразу две проблемы: меньше вопросов у жителей, и она всегда знала, кто есть кто, – приподняв чёлку, объясняла Николь.

– Николь подмени меня, – сказала Эмирэнн.

– Как скажите, – прихватив с собой яблоко, лежавшее в плетёной корзинке с остальными фруктами, Николь покинула кухню.

Саша медленно протянул руку к корзинке, стоящей на деревянном столе, и выбрал большое красное яблоко, его гладкая поверхность блестела в свете солнечных лучей, пробивающихся через окно. Он сжал фрукт в ладони, словно пытаясь занять руки и отвлечься от своих мыслей.

– Она всегда так отвечает? – поинтересовался он.

– Статус обязывает.

– И какой у неё статус?

– Я же говорила, она моя личная охрана.

– Ты не говорила, что Николь из этого мира, – обронил Саша вслух.

– Разве? – удивилась Эмирэнн.

– Не говорила, – сказал Саша, надкусив яблоко.

– Сейчас она уже не совсем человек: вместе с сестрой они сильнее и умнее обычных людей. Летать или проходить сквозь стены, конечно, не могут, но те навыки и знания, которые в них годами развивали, порой удивляют даже меня, а меня удивить непросто.

– Понятно. Как Дианнэй?

– Идёт на поправку.

– Кто на нее напал?

Саша вдруг понял, что его вопрос был очень важным. Эмирэнн отошла от окна, где стояла всё это время, и подошла к столу, взяв в руки зелёное яблоко. По её лицу Саша понял, что затронул неприятную тему. Она молча крутила в руке спелый фрукт и смотрела в окно, где начинал идти дождь, и слышался гром. Саша заметил, что в воздухе стало неловко, и решил немного развеять обстановку. Он подошёл к окну и посмотрел на дождь, который становился всё сильнее. «Кажется, природа тоже хочет поговорить с нами», – сказал он с улыбкой, пытаясь сделать разговор легче. Эмирэнн слегка улыбнулась и положила яблоко обратно на стол. «Да, иногда природа отражает наши чувства», – ответила она, глядя в окно. «Наши мысли и эмоции могут быть такими же бурными, как этот дождь». Саша почувствовал, что они начинают понимать друг друга. «Иногда, чтобы понять себя, нужно обратить внимание на мир вокруг», – сказал он, указывая на дождь. «Может быть, этот дождь – это шанс начать всё заново?» Эмирэнн задумалась и тихо ответила: «Может быть, ты прав. Иногда нам нужно отпустить прошлое и открыть себя новым возможностям». Саша понял, что разговор становится глубоким, и решил не продолжать.

– Много времён назад наши семьи очень дружили между собой, мои родители и родители Яссминн. Мы были с ней не только верными союзниками на протяжении многих лет. Мы были знакомы с детства, вместе росли, в одно время пришли в Аффтагорон.

– Куда?

– Аффтагорон, это что-то вроде ваших Академий и Институтов, только раза в четыре больше и красивее всех ваших учебных заведений вместе взятых, в общем, не суть.

Саша медленно покачал головой, а Эмирэнн продолжала рассказывать о своей дружбе с Яссминн, её голос звучал мягко, словно она вспоминала что-то дорогое сердцу. Она даже сказала, что Яссминн была для неё почти как сестра, особенно после того, как Аморэтт покинула дом. Эмирэнн и Яссминн познакомились ещё в детстве, когда родители Эмирэнн приехали в гости к семье Яссминн. Это был тёплый летний день, и их встреча произошла в саду, полном цветущих магнолий. В тот момент девочки сразу нашли общий язык, как будто знали друг друга всю жизнь.

Яссминн и её семья в то время занимали высокое положение среди правителей других царств. Их дворец, окружённый роскошными садами и сверкающими фонтанами, был символом величия и могущества. Но и родители Эмирэнн были не менее влиятельными: они правили в Свадигарде – красивом и большом царстве, которое считалось центром всего мира. Свадигард славился своим огромным городом, где кипела жизнь, и грандиозным дворцом, построенным из белого мрамора, который сиял под солнцем, словно сам светился изнутри. Вокруг главного города располагались меньшие поселения, образуя кольцо защиты и процветания.

Свадигард был местом, где встречались правители сотен царств, чтобы решать важнейшие вопросы. Во время этих собраний обсуждались судьбы народов, заключались союзы и рождались легенды. Аморэтт, старшая сестра Эмирэнн, была одной из цариц Дараннгарда – сурового и величественного северного царства, известного своими воинами и древними традициями. Несмотря на холодные земли, Дараннгард всегда играл ключевую роль в совете правителей. Аморэтт продолжала участвовать в этих встречах, представляя интересы своего народа, и её голос всегда звучал твёрдо и уверенно.

Впоследствии, дружба двух маленьких девочек, переросла в нерушимое, как на тот