Путеводитель растерянных - Моше бен-Маймон
Итак, о читатель,[2519] — если ты избрал для себя поиск истины, отвергнув страсти,[2520] слепое[2521] следование авторитету и приверженность к тому, что привык считать важным, если ты не [склонен] обманывать себя, — то вникни, в каком положении оказались эти мыслители,[2522] что постигло их по их же вине. Ибо убежали они от зноя в огонь. А именно, они упразднили природу сущего и исказили естество небес и земли, воображая на основании своих постулатов доказать возникновение мира во времени. Но возникновения мира во времени они не доказали, зато испортили нам доказательства существования Божества, Его единственности и бестелесности. Ибо доказательства, при помощи которых выясняется все это, могут опираться только на природу сущего: устойчивую, явную, постижимую для чувств и разума.
А теперь, завершив [изложение] конечных выводов, к которым приводят их рассуждения, мы приступим к изложению философских постулатов и доказательств существования Божества, Его единства и невозможности того, чтобы Оно было телом, приняв при этом [положение философов] о вечности мира, без того, чтобы в него верить. Потом мы продемонстрируем наш путь окончательного доказательства трех этих искомых тезисов — путь, к которому привело нас достоверное умозрение. После этого мы вступим в дискуссию с философами относительно их утверждения о вечности мира — с помощью Всемогущего.[2523] Настоящая первая часть "Путеводителя растерянных" завершена.
Краткое изложение содержания
Посвящение
Йеhуда бен Шимон, ученик Маймонида, — типичный представитель аудитории, к которой обращен Путеводитель. Курс наук, пройденный им, с одной стороны, подготовил его к восприятию метафизики, с другой — пробудил вопросы и вызвал растерянность, ответом на которую и служит Путеводитель. Тройственная задача Путеводителя — 1) согласование философии и религии; 2) критика подхода мусульманских теологов (мутакалимов) и их еврейских последователей к этой проблеме; 3) истолкование тайного смысла Писания и талмудического предания там, где они касаются метафизических материй.
Введение
Тема трактата — истолкование многозначных и метафорических выражений, а также неявных аллегорий, содержащихся в Писании, поскольку буквальное понимание таких мест служит причиной растерянности людей, совместивших философское знание с убежденностью в истине Торы и предания. Кроме того, в трактате затрагиваются тайны науки о природе и науки о Божественном, поскольку они отразились в Писании и предании. Сама суть этих предметов такова, что они могут явиться человеческому разуму только в отдельных вспышках озарения, а не в ровном свете дискурсивного мышления. Соответственно характеру постижения, их изложение также не может быть явным и последовательным, — должно прибегать к намеку и иносказанию. Благодаря присущей метафоре и притче двойственности внешнего и внутреннего, они могут отразить диалектику сокрытия и раскрытия высших предметов знания. Точно так же эта двойственность отвечает двоякой цели Откровения: внутренний смысл притчи служит интеллектуальному просвещению избранных, внешний — наставлению народа в практической жизни.
Наставление о сем трактате
Предостережения, призванные предупредить превратное понимание трактата неподготовленными читателями. Трактат написан чрезвычайно тщательно и требует внимательного чтения. Главное — избегать поспешных выводов и домыслов, "развивающих" тезисы трактата. При соблюдении этих условий даже новичок может извлечь из него определенную пользу, однако истинный смысл доступен только подготовленному читателю. Последний может проникнуть в подтекст, постоянно сопоставляя различные главы, обращая особое внимание на отступления от общего хода изложения и другие аномалии текста как на намеки, ведущие к скрытому смыслу.
Введение
Семь причин действительных и кажущихся противоречий, встречающихся в различных текстах таковы: 1) налицо компилятивный текст, отражающий различные точки зрения; 2) изменения позиции автора; 3) одно из двух противоречащих высказываний (или оба они) является иносказанием; 4) имеются условия, не оговоренные явно; 5) неточности при предварительном изложении предмета, допускаемые в дидактических целях; 6) неявное противоречие, не замеченное автором; 7) высшие предметы постижения могут быть описаны только с помощью взаимодополнительных высказываний, противоречащих друг другу. Противоречия в Путеводителе вызваны пятой или седьмой причинами и служат важным ключом для проникновения в его подтекст.
Глава 1
Один из основных источников антропоморфных представлений о Боге — библейский рассказ о сотворении человека по образу и подобию Божию. На самом деле "образ Божий" — не внешний облик человека, а его субстанциальная форма, то есть интеллект. Интеллект назван подобием Бога, поскольку способен к постижению, не опосредованному ничем внешним.
Глава 2
Некий ученый муж указал на несообразность библейского рассказа об Адаме: согласно Библии, Адам приобрел интеллект лишь в результате грехопадения, ведь лишь тогда он начал различать добро и зло. Ответ Маймонида: интеллект, присущий человеку изначально, оперирует категориями истинного и ложного, а не добра и зла. Появление добра и зла как самостоятельных категорий связано именно с утратой при грехопадении "образа Божьего" — интеллектуального постижения.
Глава 3
Различие между словами תבנית (строение, очертания) и תמונה (фигура, облик). Первое относится только к сфере телесного, второе многозначно и может обозначать как предмет чувственного восприятия или воображения, так и умопостигаемый предмет. Именно в последнем значении говорится о созерцании "облика" Бога (§תמונת ה) Моисеем (пророчество Моисея — одна из сквозных тем этой части Путеводителя).
Глава 4
Глаголы, выражающие зрительное восприятие (ראה¬ הביט¬ חזה), могут относиться как к телесному зрению, так и к интеллектуальному созерцанию; именно в последнем смысле говорится о созерцании Бога и о Божьем зрении.
Глава 5
Продолжение предыдущего. Приступая к созерцанию метафизических предметов, необходимо проявлять крайнюю осторожность и сдержанность; без этого невозможно чисто интеллектуальное постижение, свободное от воздействия чувственного восприятия и воображения. Поэтому Моисей в начале своего пророчества закрыл лицо, боясь смотреть на Бога. Постижение "избранных сынов Израиля", не проявивших подобной сдержанности, оказалось ущербным. Для тех, кто не готов к углубленному восприятию текста, допустимо интерпретировать видение Бога как созерцание сотворенного Им света, а не как интеллектуальное постижение.
Глава 6
Слова "мужчина" и "женщина" метафорически обозначают /пару вещей/ вещи, приуготовленные для соединения друг с другом (в частности, материю и форму). Данное замечание продолжает интерпретацию рассказа о грехопадении, начатую во второй главе, а также тему интеллектуального постижения, исходная
