Геммы мудрости - Ибн аль-Араби
Что ж до речения Его: «Но вера их была бесполезна для них после того, когда они уже видели над собой грозу Нашу. Таков был путь Бога среди рабов Его»[644], «кроме народа Ионы»[645], — то оно не доказывает, что вера бесполезна им (уверовавшим в последний момент перед смертью. — А.С.) в загробном мире, ибо указал Он на исключение — «кроме народа Ионы». Он разумел, что сие (принятие веры. — А.С.) не снимает с них наказания в дольнем мире, и посему наказал фараона, хоть у того и была вера.
Так обстояло бы дело, будь он убежден в кончине своей в тот же час (когда уверовал. — А.С.). Но сопутствующие обстоятельства показывают, что он (фараон. — А.С.) не был убежден в кончине, ибо Он оберегал верующих, что шествовали посуху после того, как Моисей ударил жезлом своим по водам моря. Так что фараон в тот момент, когда уверовал, не был убежден в гибели, в отличие от [212] умирающего, [принимающего веру], дабы не настигла его [смерть в состоянии неверия]. Он уверовал в Того же, в Кого уверовали сыны Израилевы, убежденные в спасении, и случилось то, в чем он был убежден, однако не в той форме, какую хотел он. Бог спас его в Себе от муки загробной; и спас его тело, как сказал Он, Всевышний: «Сегодня спасаем тебе твое тело, чтобы ты был знамением для тех, которые будут после тебя»[646], — ибо, исчезни он вовсе с формой своей, народ его, возможно, сказал бы: он скрылся. Вот и явился он мертвым — в той форме, как и было обещано, дабы стало известно, что он есть он. Так охватило его спасение и в сенсибельном, и в скрытом смысле. Те же, для кого истинно слово муки загробной, не уверуют, даже если даны им будут все и всяческие знамения, пока не узрят страшную муку, то есть не вкусят муку загробную. А фараон к сему разряду не относился.
Таково явное, что донес Коран. Мы же после этого скажем: да рассудит сие Бог, ибо укоренилось в душах простолюдинов представление о его муке загробной и нет у них текста, что был бы им опорой. Семье же его (фараона. — А.С.) было предначертано иное, с сим расходящееся.
Знай, далее, что если Бог забирает кого-либо, то только тогда, когда он верующий, то есть верящий в донесенное божественными вестями. Я разумею умирающих[647] — вот почему ненавистна смерть внезапная и мгновенное убийство на месте. Что до смерти внезапной, то ее определение таково: был выдох, но не произошел вдох. Такова смерть внезапная; она не есть смерть подготовленная. Таково же и мгновенное убийство ударом по шее сзади, когда человек о том и не подозревает: прибирает его Бог таким, каков он есть, верующим ли или неверующим. Посему сказал он (Мухаммед. — А.С.) (мир ему!): «Воскреснет таким же, каким и умер», — и забирает его Бог таким, каков он есть. А естественно умирающий всегда свидетельствует, а потому всегда верует в то, что имеется (би-ма самма)[648]. И вот, забирает его Бог таким, каков он есть (а «есть» — глагол экзистенциальный, он не указывает на время, разве только тогда, когда это оговорено). Так что различается неверующий, к которому пришла смерть естественно, и неверующий, убитый на месте или умерший внезапно (как мы то определили).
Что же до мудрости проявления и разговора [213] в форме огня[649], то она в том, что таково было заветное желание Моисея. Потому и проявился Он для него в желаемом, дабы он признал Его, а не отвернулся от Него. Ведь проявись Он ему не в форме им желаемого, он бы Его не признал, ибо вся его энергия собрана была на одном отдельном желаемом. А не признай он [Бога], деяние его обернулось бы против него самого, и уж Бог его бы не признал. Но он — избранный и приближенный, а тому, кого Он приблизил, Он проявляется в форме им желаемого, да так, что тот и не знает:
Как тот огонь, что Моисей найти хотел:
Он Богом был, — да он сего не разглядел.
26. Гемма мудрости извечной в слове Халедовом
А вот мудрость Халеда бен Синана[650] — явил он пророчество Перешейка (нубувва барзахийя)[651], сказав, что известит о том, что там, лишь после смерти своей. Потому и приказал он вырыть себя из могилы и вопрошать, дабы известить, что на Перешейке суждение и определение (хукм) такое же, как и в дольнем мире, чтобы ведома стала правдивость возвещенного всеми пророками в дольней жизни своей. Хотел Халед (да благословит и приветствует его Бог!), чтобы весь мир уверовал в возвещенное пророками и стало оное милостью для всех: он честь высокую имел быть близким в пророчестве своем к пророчеству Мухаммеда (да благословит и приветствует его Бог!) и знал, что Бог послал его как милость мирам.
Халед не был посланником, но захотел получить добрую долю той милости, что в посланничестве мухаммеданском; не было приказано ему возвещать, однако пожелал он обрести пророчество на Перешейке, укрепившись в знании о Творении. И вот, народ утерял его[652]; пророк (Мухаммед — А.С.) (да благословит и приветствует его Бог!) не сказал о народе его, что он потерялся, но что он утерял пророка своего (т.е. Халеда. — А.С.), не дав ему искомого. Но дал ли Бог ему плату за пожелание (умнийя) его? Что он имеет плату за пожелание свое, в том нет сомнения и разногласия; сомнение и разногласие в вопросе о плате за искомое им: он пожелал, чтобы осуществилось оно (искомое. — А.С.), но равно ли это тому, что [214] не осуществилось оно в бытии, или нет? Закон подтверждает равнозначность их во многих вопросах; например, если кто придет на молитву вместе с общиной своей, но та оставит его позади, то ему та же плата, что и тем, кто вместе с
