Жизнеописания цезарей. С комментариями и разъяснениями - Плутарх

теперь веру в богов и сделался подозрительным к приближенным. В особенности боялся он Антипатра и его сыновей. Из них Иолай был главным кравчим. Кассандр приехал только недавно. Он заметил нескольких персов, поклонявшихся Александру. Получивший греческое воспитание и не видевший раньше ничего подобного, он засмеялся и притом несколько дерзко. Взбешенный Александр схватил его обеими руками за волосы и сильно ударил головой об стену. В другой раз, когда Кассандр хотел что-то говорить против обвинителей Антипатра, царь гневно перебил его и сказал: «Как, эти люди сделали такой долгий путь, никем не обиженные, для того только, чтобы иметь возможность наклеветать на других?!.» Кассандр отвечал, что это именно и доказывает, что они клеветники, – они пришли издалека, чтобы их нельзя было уличить. «Все это софизмы Аристотеля – говорить один раз за, другой – против одного и того же, – вскричал насмешливо Александр, – но беда вам, если окажется, что вы хоть немного обидели этих людей!..» С тех пор, говорят, Кассандром овладел сильный, вкоренившийся в его душу страх. Много лет спустя, когда он был уже царем Македонии и имел в своих руках Грецию, расхаживая по дельфийскому храму и рассматривая его статуи, он увидел статую Александра. От ужаса его волосы внезапно встали дыбом. Он затрясся всем телом и с трудом пришел в себя, так был он поражен этим зрелищем.

Кассандр (ок. 355–297 гг. до н. э.) – сын Антипатра, после смерти Александра правитель Македонии в 317–297 гг. до н. э. Современные исследователи считают, что обвинения Кассандра в заговоре были ложными и, скорее всего, относятся ко времени войны диадохов. Однако это не исключает напряженных отношений между ним и македонским царем. После смерти Александра Кассандр в течение последующих нескольких лет умертвил его мать Олимпиаду, жену Роксану и к тому времени уже десятилетнего сына Александра IV.

LXXV. Александр сделался тогда так беспокоен вследствие религиозного страха, так упал духом, что во всяких хоть сколько-нибудь необыкновенных случаях видел чудо и знамение. Дворец его был полон лицами, приносившими жертвы, совершавшими очищения или занимавшимися гаданиями. Ужасное несчастье – безверие или презрительное отношение к религии, но ужасное зло – и суеверие. Оно, как вода, всегда течет книзу и наполняет душу безумием, граничащим со страхом. То же было и с Александром. Когда, однако, ему принесли оракул от Амона относительно Гефестиона, он перестал быть печальным и снова предался жертвенным пирам и попойкам. Однажды он задал великолепный пир в честь Неарха и его товарищей. Затем он принял, по обыкновению, ванну и хотел идти спать, но по просьбе Медия отправился к нему на кутеж. Царь пил здесь целый следующий день и начал чувствовать приступы лихорадки, хотя не выпил еще «скифа Геракла». Внезапно он почувствовал в спине жгучую боль, как будто его ударили копьем. Все это, однако, пишут люди, желающие, по-видимому, придать великой драме трагическую, печальную развязку. По словам Аристобула, царь был в сильной лихорадке, когда почувствовал сильную жажду и выпил вина. От этого он помутился рассудком и тридцатого числа десия месяца скончался.

Скифос Геракла – керамический сосуд для вина, которым пользовался древнегреческий герой легенд и сказаний.

LXXVI. В дневнике его болезни мы читаем следующее. Восемнадцатого числа десия месяца он спал в бане вследствие лихорадки. На другой день он после ванны вошел в комнату и провел день в игре с Медием в кости, затем поздно опять принял ванну, принес жертву богам и поел. Целую ночь его била лихорадка. Двадцатого числа он принял ванну, снова принес богам жертву и, лежа в бане, разговаривал с Неархом, слушая рассказы о его плавании и Океане. Двадцать первое число он провел таким же образом, но жар усилился. Ночью он дурно чувствовал себя. На следующий день лихорадка сильно била его. Его перенесли и положили возле большой ванны. Здесь он говорил еще с начальниками армии об остававшихся незанятыми местах старших военных чинов и приказал назначить ими испытанных лиц. Двадцать четвертого числа он сильно страдал лихорадкой. Его подняли на руках, и он принес жертву. Из начальников войска он старшим велел жить во дворце, таксиархам же и пентакозиархам – ночевать вне его.

Его перенесли в противоположную часть дворца. Двадцать пятого числа он немного уснул, но лихорадка не прекращалась. Вошедшие к нему начальники армии нашли его без языка; то же было и двадцать шестого числа, вследствие чего и македоняне сочли его умершим. С криком подошли они к дверям и грозили гетайрам, пока не заставили отворить их. Когда им отворили двери, они в одних рубашках поодиночке все прошли мимо его кровати. В этот день Питон и Селевк послали в храм Сераписа спросить, не перенести ли туда Александра. Оракул приказал оставить его на месте. Под вечер Александр скончался.

Таксиарх – древнегреческий военный чин, второй после стратегов. Пентакозиарх – древнегреческий командир отряда в 512 человек.

В дневнике его болезни – скорее всего, речь идет о царских дневниках, т. н. эфемеридах – записях, которые вели при дворе.

LXXVII. Почти все это списано слово в слово с записей о его болезни. В то время никто не думал подозревать, что он отравлен, но через шесть лет Олимпиаде сделан был, говорят, донос. Она приказала казнить многих лиц и выбросить из могилы кости покойного Иолая – он будто бы отравил Александра. Затем некоторые рассказывают, что мысль совершить преступление подал Аристотель Антипатру и что вообще яд добыли через него.

Мысль совершить преступление подал Аристотель Антипатру – другой историк, Арриан (I–II вв. н. э.), в своем труде «Анабасис Александра», например, также упоминает подобные слухи, но прямо пишет о том, что не верит им.

По их словам, им передавал это некий Гагнотемид, слышавший об этом якобы от царя Антигона. Ядом служила холодная как лед вода с одной из скал в Нонакриде. Ее собирали в виде легкой росы в ослиное копыто – ни в каком сосуде она не могла сохраняться: он распадался на куски вследствие ее низкой температуры и едкости. Но большинство писателей считает в общем рассказ об отравлении Александра выдумкой. В этом много убеждает то обстоятельство, что, хотя полководцы были в ссоре один с другим и труп в течение нескольких дней лежал в месте, жарком и душном, тем не менее нисколько не подвергся разложению и оставался целым и невредимым.

Роксана была беременной и пользовалась за это уважением со стороны македонян.