Свт. Григорий Палама - ДВА АПОДИКТИЧЕСКИХ СЛОВА ОБ ИСХОЖДЕНИИ СВЯТОГО ДУХА * ПРОТИВ ВЕККА

21. Ибо где в богодухновенных речениях найдет кто, чтобы Сын именовался бы изводителем (προβολέα), хотя у Григория, великого Богослова, и перечислены многократно все наименования Сына, и не только перечисленные [в Писании], но и мысленно выводимые [из него]? Он, и имя «единородный» изъясняя, говорит [что Он именуется так] «не потому, что Единый от Единого и только, но и [потому что] единообразно» [107], что в другом месте он обозначил как «исключительно» (μόνως) и «своеобразно» (ιδιότροπως) [108], еще раз изъясняя то же самое. А «единый» — это как «один»; так что «от единого» [означает] как бы от девственности рожденного, или, что то же самое, не от супружества. А «только» что иное будет [значить], если не что [Он] только Сын, а не [вместе с тем] и Отец или Изводитель? Если и Отец называется только Отцом, то естественно — ведь {стр. 46} Дух от Отца — и Дух называется Духом Отца, и Отец будет называться Отцом Духа, как [Его] Причина; ведь называет Его великий Иаков Брат Божий Отцом Светов [109], то есть — Сына и Духа, как, объясняя это, говорит и Афанасий Великий [110]. Если же это так, то и Сын назывался бы отцом Света, то есть Духа, если бы и от Него, согласно тебе, [исходил] Дух.

Ведь если бы так подобало [Его] именовать, как отца Света или Изводителя Святого Духа, то как же великий в богословии Григорий не предложил это в числе почти всех других Его имен, хотя он и подвизался за то, чтобы показать Его равночестность с Отцом? Потому что он говорит: «если велико для Отца — ниоткуда не начинаться (ώρμήσθαι), то не меньше для Сына — [начинаться] от такого Отца. И присовокупляется Сыну толикое дело рождения» [111]. Если же бы присовокуплялось и то, чтобы Ему быть изводителем, то как бы он не сказал о такой важной вещи, посредством которой он бы еще лучше показал [Сына] равным Отцу? Но он не сказал, а стало быть, и не прилагается.

22. Ибо этот великий богослов не просто так полагает характерным свойством (τό ίδιον) Духа исхождение, но исхождение от Отца, прозревая, должно быть, и заранее ниспровергая твое злочестивое прибавление. Ибо немного выше, назвав Отца родителем и изводителем, Сына не назвал изводителем, но только порождением, а далее говорит: «мы, стоя в своих [данных нам] пределах, вводим [божество] нерожденное, рожденное и от Отца исходящее» [112]. Он не сказал, что просто исхождение является характерным {стр. 47} свойством Духа, дабы кто–нибудь не подумал, будто Дух Святой исходит от Сына или же — и от Сына; ибо [понятие] «рожденное» вместе с собой вводит и мысль об отце, а «исходящее» — не так. По этой–то причине он полагает характерным свойством Духа исхождение от Отца. «Ибо сей признак ипостасного свойства, — говорит и Василий Великий, — Святой Дух имеет отличительным, [а именно то] чтобы после Сына и вместе с Ним познаваться и осуществляться от Отца» [113]. Но видишь, что справедливо удалены нами от общения те, кто не пребывает в наших пределах и благочестии?

Ибо либо ты будешь сверх должного называть Сына отцом, как это и показано выше, дабы Дух был у тебя исходящим и от Него, или исходить от Отца не будет у тебя характерным свойством Духа; также ты не будешь считать, что и характерным свойством Отца является изводить, и будешь богословствовать противоположное по отношению к стяжавшему себе прозвание от богословия [114], и к поистине противоположной участи устремишься, и будешь нами справедливо провозглашен [отлученным], ибо мы знаем, что его слова суть изъявления Святого Духа. Но ведь, как жидкость исходит из влажных тел, и это является ее характерным свойством, а характерным свойством влажных тел является изводить жидкость, таким же образом и характерным свойством Духа является исходить от Отца, а характерным свойством Отца по необходимости является изводить Духа.

Итак, одному лишь Отцу принадлежит изведение Духа; и от одного Отца присно исходит Дух в смысле сущностного, а не относящегося к [Его] явлению вовне, исхож{стр. 48}дения. Ибо и в тех [богословских положениях], в которых вместе со словами об исхождении не говорится явно «от Отца», это всегда слышится слушающим разумно, как и в отношении Сына это подразумевается словами о рождении. Ибо и каждый из нас — рожденный; рожденный же от Отца (или, говоря то же самое, от Бога Отца) — один Сын, так что это является его характерным свойством, и всегда подразумевается, даже если и не произносится. Таким же образом ты назвал бы исходящим и наш дух [то есть, дыхание]. Стало быть, не просто исхождение является характерным свойством Святого Духа, но исхождение от Отца, ибо Он присно является Отцом. И относится к числу невозможного, чтобы [Дух] был исходящим от Сына, если не будет Сын у тебя отцом. И не только «от Отца» подразумевается, когда говорят об исхождении, но и «от одного Отца», как и тогда, когда говорят о рождении. Ибо как нас учат боговдохновенные богословы, — как и мы говорили это выше, без [терминов] «по образу рождения» и «по образу исхождения, — как Сын от Отца, так точно и Дух. Следовательно, совершенно невозможно Ему быть и от Сына.

23. К тому же, если и от Сына Дух и через Него, по твоему, имеет бытие, то Сей является единением Отца и Духа. Как же тогда сам великий в богословии Григорий говорит: «Безначальное, Начало и Сущее с Началом — один Бог» [115], «природа же у Трех одна, единение же — Отец, из Которого и к Которому возводятся Следующие [за Ним в порядке перечисления], не смешиваясь, но непосредственно соприкасаясь (ώς έχεσθαι)» [116].

Ведь слыша, что через Сына Дух связан с Отцом, человек, пожалуй, должен будет помышлять, что это говорится, по причине [последовательности] произнесения [имен] {стр. 49} в исповедании [символа], где Сын находится посередине. И что Дух не иначе бы назывался Отчим, как только из–за Сына [117]. Как же тогда Отец будет единением, если Он не ближайшим образом относится к Обоим, непосредственно произведя Каждого их Них? Но и [выражение] «не смешиваясь, А непосредственно соприкасаясь» указывает на ближайшую и непосредственную связь с Ним.

24. Что же, что «Безначальное, Начало и Сущее с Началом — один Бог»? Ведь если бы он знал Духа [исходящим] от Сына, то сказал бы «Сущее от Начала», а не «Сущее с Началом».

25. Следовательно, когда слышишь, что Дух исходит через Сына, помышляй Его как сопутствующего Сыну [118]. Так и [предлог] «через» изменяй не худым образом в «от», но, вторя получившему прозвание от богословия, в «с». «Ибо мы узнали Духа, — говорит божественный Дамаскин, — сопутствующего Сыну и являющего Его действие» [119]. «Сопутствовать» же означает «сопровождать», как и сам он там говорит, что не и от Сына Дух, но вместе с Сыном [имеет бытие] от Отца [120], так что исхождение вневременно и непротяженно сопровождает рождение. А «мы узнали» сказал он, [имея в виду] прежде него учивших так богоносцев, от которых быв научен так разуметь [слова] «Дух через Сына», совершенно запретил говорить, что Он — от Сына.

{стр. 50}

Если же Василий Великий говорит, что нет никакой фальши в том, чтобы изменять «через» в «от», но [говорит это] в отношении тварей, почему он и приводит апостола, говорящего: от Того и чрез Того и в Него всяческая [121] все сущее От Него создано и Им (δι' αύτού) содержится [в бытии] и к Нему возвращается [122], а божественный Дамаскин, хотя в седьмой из своих «Богословских глав» и предложил снова то, о чем мы выше сказали, но чуть ниже, вторя «Огласительному слову» боговдохновенного Нисского Григория, называет Святой Дух «сущностной Силой, созерцаемой Самой по Себе в особенной ипостаси и являющейся Его (то есть Слова) обнаружительницей, не могущей быть отделенной от Бога, в Котором Она есть, и от Слова, Которому Она сопутствует» [123], то не ясно ли [следует] отсюда, что не и от Сына Дух Святой?

26. Безусловно, не так. Но поскольку богословами иногда Отец называется средним между Сыном и Духом, иногда же Сын — средним между Отцом и Духом, а иногда Дух — средним между Отцом и Сыном, то Дух не будет третьим от Отца, ни от Отца через Сына будет иметь бытие. Ибо среди трех расположенных в ряд точек никогда не будет одна из двух, находящихся с краю, серединой. Но в богословии понимаемое под серединой подобно крайним точкам на углах равностороннего треугольника, где каждая является средней для двух других. Если же и первую занимающую центральное положение в числах, распространив, как бы положишь на плоскости, то таким образом и про{стр. 51}стое число сделаешь действительно треугольным [124], и какую ни возьмешь из сущих в нем единиц — она будет средней по отношению к двум остальным.

Что же, говорящие, будто каждая из них имеет по отношению к другой не меньше, чем к себе самой, разве не вполне Очевидно представят их непосредственно имеющими отношение друг к другу?