Дени Баксан - След Сатаны

Все древние мифологии отмечают, что боги обитали на вершине горы. Мы знаем, что «богов» нет, есть только Всемогущий Господин Миров. О том извечном и неизменном принципе, по которому в человеческом сознании появляются «боги» мы подробно расскажем в будущем, в специальной главе. А пока отметим, что «богами» становились и становятся герои, праведники, святые, которым, в нарушение Жесткой заповеди Всевышнего, люди придают черты Его сотоварищей, дробя этим самым свое сознание и распахивая окна и двери души для проникновения язычества, Иблиса, который издревле занимается разъединением того, что Аллах повелел соединять. Святой Коран называет распутными «тех, которые нарушают завет Аллаха после его закрепления и разделяют то, что Аллах повелел соединять, и творят нечестие на земле. Это — те, которые окажутся в убытке» (Сура «Корова», аят 27).

Эльбрус в самом названии сохранил следы древнейшего почитания этой горы, «священной юры арийцев», то есть белой, нухитской расы. В Иране есть гора Эльбурс, чье название восстанавливает «правильное» название кавказской горы. Кстати, иранские средневековые авторы Низам ад Дин и Шереф ад Дин Али Езди, сопровождавшие Тимура в его походах, весь Кавказский хребет называли Эльбурзом (см. Э. В. Ртвеладзе, «О походе Тимура на Северный Кавказ», Археолого-топографический сборник, т. IV, Грозный 1976 г., стр. 112). Эль, Эл, Эли, Ил, Илу, Ал, Алу — вариации этого единого слова во всех древних языках означает «владыка», «божество», «господин», «огонь». «Господин огонь», «повелитель огонь». В Х-ой главе мы немного разобрались с истоками обожествления огня, камня и солнца. Мы убедились, что в основе почитания камня, скалы, горы лежит древняя технология высекания огня из камня — праобраз единого человеческого мономифа. Эта «троица» (огонь, камень, солнце) обнаруживается в христианстве, митраизмс, искаженном зороастризме, в культе Ссраписа, в религии ацтеков, иудаизме, в нартовском эпосе, в масонстве, в крайнем шиизме, обожествившем Али, во многих мистических традициях. Эта «троица» есть единая, вечная и непреходящая модель искажения Единобожия. Ислам восстановил первозданное восприятие Бога и вернул слову «ал» его истинный смысл — Бог, Аллах. И Эльбрус, (Эльбурс) перестал для мусульман быть «троном богов», «горой богов» (эл — «божество», «бурс» (барс, барз) — «гора») Это место воспринимается нами лишь как пристанище праведного Нуха (мир ему), пророка Божьего, а не бога, как его восприняло искаженное сознание язычников.

Мы показали в предыдущих главах связь слова эл (ил, ал) с огнем (алу), а также эзотерическую связь огня с мудростью. Мы убедились, что Прометей в греческом мифе вместе с огнем похитил с Кавказа и «божественную мудрость», то есть навыки культурной, цивилизованной жизни. За это он был распят на Кавказе, как и его вайнахский «близнец» Пхьармат. Верховное божество наказало его зато, что он дал людям Различение добра и зла. Это- прямое, диаметральное извращение истины, ибо Аллах наказывает не за обретение Различения, а за потерю его. Извращение истины отпечаталось и в священных писаниях иудеев и христиан, которые в своих религиях равным образом руководствуются Пятикнижием. И вот, в первой книге этого Пятикнижия, в «Бытие», мы читаем такие «откровения» о причине изгнания из рая Адама и Евы.

«И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла…

И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть;

А от дерева познания добра и зла, не ешь от него; ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь»

Далее следует диалог Евы со змеем — искусителем, которым предлагает Еве съесть плод от дерева познания добра и зла. Ева отказывается, ссылаясь на угрозу Яхве умертвить ее с Адамом в тот же день, как они вкусят запретного плода.

«И сказал змей жене: нет, не умрете;

Но знает Бог; что в день, в который вы вкусите их (плодов), откроются глаза шипи, и вы будете, как боги, знающие добро и зло»

Это выражение «как боги» сильно смущает христианских и иудейских наставников, утверждающих о строгом Единобожии своих религий, но далее следует еще более интересное. Пекле нарушения Адамом и Евой запрета, Яхве, обращаясь неизвестно к кому, выдает такую тираду:

«Вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно»

Выходит, Тора и Ветхий Завет признают существование наряду с Яхве еще каких-то «вечных богов», знающих «добро и зло». Впрочем, это не сенсация и мы говорим о другом.

Древние народы считали, что мудрость получена ими с Кавказа и что мудрость эту, воплощенную в огне, принесли им какие-то герои и короли, сами впоследствии ставшие элами-илами, то есть обожествленные. Мы понимаем, что речь идет о потомках Ноя, в разные эпохи покидавших Кавказ и расселявшихся по разным направлениям.

Нахи из века в век, из тысячелетия в тысячелетие, сохраняли сознание о том, что они — «от Нуха» (Ноаха) и пытались строго следовать примеру праведною пророка, выполнять ею заветы. Людей, нарушающих эти заветы, они не признавали нухитами и говорили о них «нах бац уьш» («они не нахи, не нухиты, не от Нуха»). Этим, возможно, и объясняется тот поражающий многих фаю, что вайнахские адаты целиком совпали с нормами Шариата. Но удивляться после вест, что мы узнали вряд ли нужно. Ведь Ислам-религия праведных пророков, в число величайших из которых входит и Нух (мир ему). И разве мог Нух оставить своему потомству иные законы, иные заповеди, иные обычаи, нежели то, что позднее были включены в нормы Шариата?

Мы смеем утверждать, что чеченцы сохраняли в течении веков и тысячелетий главные принципы Единобожия, переданные великим пророком Ноем своей общине нохчи. Эти принципы вошли в свод чеченских адатов, которые сегодня мирно и без всякого противоречия уживаются с заповедями Аллаха. Ни один археолог, ни один исследователь, ни один путешественник не может заявить и не заявлял никогда, что на чеченской земле когда-нибудь стоял языческий храм. А что касается чеченской мифологии, в которой якобы действуют «языческие персонажи», го и в этом случае можно дать четкое разъяснение: в чеченских мифах и легендах вы никогда не встретите несколько или хотя бы два языческих персонажа одновременно. Действуют разные имена, но не разные боги. А имена есть эпитеты, выявляющие качества и атрибуты Единого Бога. Но об этом — в другой раз.

Язычество всегда наступает, всегда стремится победить, и полому было бы глупо утверждать, что чеченское прошлое абсолютно стерильно с точки зрения многобожия. Но язычество на чеченской земле всегда терпело поражение и, инша Аллах, будет терпеть поражение и впредь. И мы должны возносить хвалу Создателю за то, что мы не оказались включенными в разряд нации, о которых Аллах говорит: «Да погибнет народ неверный!»

Мы могли бы подвергнуть детальному анализу эпос о «великанах-нартах» и сравнить его с описанием «высоких ростом» адитов, упоминаемых в Святом Коране. Но за неимением места и времени укажем только, что детали гибели кавказских нартов и «кафских адитов» совпадают удивительным образом, как и причина этой гибели — гордыня перед Всевышним. А сами подойдем к завершению этой главы!

Имеет ли «народ Нуха», многократно упоминаемый на страницах Священного Корана, отношение к чеченцам, похчн? Упаси нас Аллах от категорических утверждений, там где речь идет о Святом Коране, и все же мы считаем, что народ нохчий многократно упомянут в Священной Книге мусульман. Чтобы поверить в это нужно вспомнить, что нох-чий (в горных диалектах нах-чий) означает «народ Ноаха. (Нуха)». и вспомнить, что в тексте Корана десятки раз прописано словосочетание «народ Нуха», которое в древнейшем (яфетическом) звучании вайнахского языка выглядело как «Нох-чий»(где «чий» есть «народ», «люди»).

Все остальное, что мы написали в этой главе, есть не более чем попытка обосновать это упоминание косвенными деталями, взятыми из истории, мифологии и лингвистики.

XV. Топливо для ада

1

Священный Коран, ниспосланный человечеству Аллахом, можно перечитывать всю жизнь и открывать в знакомых аятах все новые и новые пласты неиссякаемой мудрости. Сколько раз бывало, что глаза пробегают по знакомым прекрасным строкам, а сердце улавливает их непередаваемый ритм, и вдруг, остановившись на знакомом стихе, испытываешь потрясение нового открытия, нового постижения. Поистине, все знания есть в Святом Коране, но открываются они лишь тому, чье сердце открыто потоку чистого света, идущему от Творца Всемогущего и Милостивого.