Димитрий Ростовский - Жития Святых — месяц январь

— Я, — отвечал Ермил, — не только свободно признаю себя христианином, но заявляю, что я посвящен пред невидимым Богом и предстою пред Ним в сане диакона.

— Будь же диаконом, то есть служителем [2], и наших богов, — сказал царь.

На это предложение царя мученик с презрением ответил:

— Мне думается, царь, — ты или глух или безумен. Я сказал тебе, что служу невидимому Богу, а не тем вашим идолам которые, будучи видимы, сами ничего не видят и не понимают, что значит быть диаконом. В обольщении ты почитаешь их за богов между тем как они суть бездушные и глухие камни и деревья, изделия рук человеческих, которые больше заслуживают того, чтобы над ними смеялись, чем — чтобы покланялись им.

Царь не мог более слышать свободных речей мученика и тотчас приказал бить его по ланитам особенными медными орудиями, заранее приготовленными для мучения, и при этом — приговаривать:

— Не будь, Ермил дерзок языком, почитай царя, принеси жертву богам и избавь себя от мучения.

Святой же, казалось, не только не чувствовал никакой боли во время сильнейших побоев, но еще смеялся над бессилием мучителя. Потом, возвысив голос, он громко сказал царю;

— Множество ран примешь ты сам и страшную руку Божию познаешь на себе за то, что, оставив своего Создателя, обращаешься к глухим и немым богам, в особенности же — за то, что и других, как бы завидуя их спасению, хочешь насильственно привести к такой же погибели.

После этого царь повелел отвести святого Ермила на три дня в темницу, рассчитывая, что он одумается и раскается в своей смелости. Мученик же по дороге воспевал:

— «Господь за меня — не устрашусь: что сделает мне человек» (Пс.117:6). «На Бога уповаю, не боюсь; что сделает мне плоть» (Пс.55:5).

При входе же в темницу он воспел:

— «Пастырь Израиля! внемли; водящий, как овец, Иосифа, восседающий на Херувимах, яви Себя, и приди спасти нас» (Пс.79:2,3).

И Господь не забыл раба Своего, но послал для утешения и укрепления его ангела, который, явившись, сказал ему:

— Ермил! будь мужествен, говори, не умолкай и не бойся, ибо скоро ты одержишь победу над замыслами мучителя и получишь за страдание пресвятый венец свыше.

Так Бог, вооружив Своего воина на подвиг, опоясал его силою, укрепил руки его на борьбу и дал мышцам его как бы медный лук и щит спасения.

По прошествии трех дней, царь снова потребовал Ермила на суд и сказал ему:

— Раскаялся ли ты и согласен ли принести жертвы богам, чтобы освободиться от предстоящих тебе мук? Или ты все еще одержим безумием, и сам готовишь себе погибель?

Воин Христов во славу укрепившего его Господа, мужественно отвечал на это:

— Царь! я уже сказал тебе раз, и тебе следовало бы удовольствоваться моими первыми словами и более не спрашивать меня. У меня есть Бог Небесный; Им Одним я живу, ему готов принести себя самого в жертву, и от Него ожидаю получить великую помощь себе.

— Посмотрю я, поможет ли тебе Живущий на небе, — сказал царь, и тотчас приказал шести сильным и жестоким воинам растянуть его на земле и нещадно бить.

Святой терпеливо переносил мучение, — как будто бы били не его, — и так молился Богу:

— Господи Боже мой! ради меня Ты претерпел раны и побои при Понтийском Пилате [3]; укрепи же меня Сам в моих страданиях за Тебя, пошли мне силу перенести эти муки, чтобы чрез участие в страданиях Твоих сделаться мне достойным быть участником и вечной славы Твоей.

Когда Святой молился Так, вдруг внезапно послышался голос с неба, который говорил:

— Аминь, аминь, Ермил! чрез три дня ты избавишься от этих мучений и получишь великую награду за свои страдания.

Этот голос придал мученику великое мужество и силу, на мучителей же навел великий страх и трепет; они пали на землю и не могли ничего делать. Пришел в трепет и царь, однако не хотел признать силы Божией. По его приказанию, Святой мученик снова был отведен в темницу.

Сторожем темничным, которому было поручено стеречь мученика, был Стратоник. Он был тайным христианином и другом святого Ермила. Сердце его сокрушалось при виде страданий мученика, но в то же время он радовался в душе его мужеству и твердости, лишь не решался сам пойти на такие страдания.

Входя в темницу, Святой Ермил пел:

— «Господь — свет мой и спасение мое: кого мне бояться? Господь крепость жизни моей: кого мне страшиться?» (Пс.26:1)

Небесный свет свыше озарил его, и опять послышался голос, который призывал мужественно переносить страдания и обещал конец их по прошествии трех дней.

По утру на другой день царь снова призвал святого на судилище. Он предстал пред ним со светлым лицом, веселым взором и с радостью в сердце. Мучитель, качая головой и смеясь над мучеником, сказал:

— Отвечай нам, — какую пользу принесла тебе мрачная темница? убедили ли тебя перенесенные страдания подчиниться царскому закону и воздать богам приличествующую им честь? Или нужно будет придумывать еще мучения против упорства твоего сердца?

— Мрачная темница, — отвечал мученик, — просветила меня; на душе у меня покойно, радостно и светло, что подает мне добрую надежду на получение будущей награды; и я весьма удивляюсь, почему нисколько не рассеивается тьма, в которую ты погружен и которая скрывает истину от твоих душевных очей.

Когда святой обличал, таким образом, заблуждение царя, Ликиний воскликнул:

— Ты, как видно, ни к чему другому не способен, как только к тому, чтобы, по невоздержности своего языка, по дерзости и безумно, открыто глумиться надо мною. Отвечай же и говори прямо, принесешь ли жертву богам и подчинишься ли нашему приказанию, или же подвергнешь себя заслуживаемым тобой мучениям?

— Ты уже слышал, царь, что я отвечал, — сказал мученик Христов Ермил, — и ничего не услышишь от меня более; делай, что хочешь, исполняй — что задумал.

Разгневанный Ликиний приказал растянуть святого нагим на земле и бить палками по животу. Святой среди истязания имел одну радость — во Христе и молился, возводя к Нему душевные очи:

— «Поспеши, Боже, избавить меня, поспеши, Господи, на помощь мне» (Пс.69:2).

Терпение святого привело мучителя в еще большую ярость, и он приказал терзать живот его орлиными когтями:

— Пусть видит, — сказал он, — своими глазами внутренности свои.

Мученик же говорил:

— «Сердце мое и плоть моя восторгаются к Богу живому» (Пс.83:3). «Как туком и елеем насыщается душа моя, и радостным гласом восхваляют Тебя уста мои» (Пс.62:6).

Стратоник, смотря на такие нечеловеческие мучения святого Ермила, своего друга, и на растерзание утробы его, начал плакать.

Увидев это, некоторые из окружающих тотчас донесли царю, говоря:

— Темничный сторож Стратоник не скрывает своего участия в христианском заблуждении и своей дружбы с Ермилом, потому что жалеет и плачет о нем.

Царь, призвав Стратоника, спросил: «друг ли ты Ермилу?» Стратоник, не желая, как ученик истины, говорить неправды, и видя, что настало для него время совершить подвиг, назвал себя другом Ермила и христианином, обличил бездушие идолов и безумие поклоняющихся им и прославил единого Бога, Творца неба и земли. Разгневанный царь приказал обнажить Стратоника и бить его палками по всему телу. Среди мучений, страдалец возводил очи к своему другу, святому Ермилу, и говорил:

— Молись обо мне Христу, Ермил, чтобы Он помог мне твердо и непоколебимо соблюсти веру и возвыситься над своими мучителями.

При этом он убеждал Ликиния перестать покланяться слепым и бездушным идолам и бояться наказания от истинного Бога, в руки которого впасть страшно (Евр.10:31).

Святого били до тех пор, пока он не замолчал в изнеможении от ран. После этого царь приказал обоих, и Стратоника и Ермила, заключить в темницу. Святой Стратоник молился и говорил:

— «Не помяни грехов моих предков» (Пс.78:8).

И оба взывали к Богу:

— «Помоги нам, Боже, Спаситель наш, ради славы имени Твоего» (Пс.78:9).

В ответ на это, послышался Божественный голос, который говорил:

— Вы совершили течение, сохранили веру, и вам уготован венец правды (ср. 2 Тим.4:7–8), который получите по утру.

С наступлением утра, Ермил был снова приведен на судилище, и Ликиний спросил его:

— Принесешь ли жертву богам?

— Что прежде говорил тебе, — отвечал святой, — то повторю и теперь. Жги, секи, и — как хочешь — мучь меня, ибо я привык не бояться убивающих тело, души же не могущих убить (ср. Мф.10:28).

Мучитель приказал повесить святого на дереве и резать ножами тело его. Среди жестоких мучений святой непрерывно молился и говорил:

— Будь мне Помощником, Господи, Спаситель мой!

— Не бойся: с тобою Я, Бог твой! — услышал он голос свыше.

После этого царь осудил святого Ермила на потопление в реке Истре [4]. Он увещевал потом и святого Стратоника принести жертву богам.