Дмитрий Щедровицкий - Введение в Ветхий Завет. Книга Бытия

И нашел ее ангел Господень у источника воды в пустыне...

<...>

И сказал ей ангел Господень: умножая умножу потомство твое, так что нельзя будет и счесть его от множества. (Быт. 16, 7–10)

И вдруг Агарь забывает об этом обетовании, перестает верить в помощь Божью, думает, что ее сын, вопреки замыслу Всевышнего, может погибнуть от жажды... И вот

...Не стало воды в мехе, и она оставила отрока под одним кустом. (Быт. 21, 15)

Как только человек перестает уповать на Бога и забывает Его обетования, «вода в мехе» иссякает; как только дух человека отступает от Бога, прекращается и физическое процветание, и сама жизнь человека оказывается под угрозой.

И вот в пустыне, изнемогая от жажды, Агарь оставляет отрока под кустом одного:

И пошла, села вдали, в расстоянии на один выстрел из лука. Ибо она сказала: не хочу видеть смерти отрока. И она села против, и подняла вопль, и плакала. (Быт. 21, 16)

Она «села в расстоянии на один выстрел из лука»; и есть предание, согласно которому она сказала Измаилу: «Выстрели в меня из лука и убей – я не могу видеть твоей смерти и хочу умереть раньше». И когда Измаил услышал от своей матери такие страшные слова, он вспомнил о Боге и впервые возопил к Нему из глубины души. Ему внезапно стало ясно, какой великий грех он совершал, целясь из лука в своего маленького брата, издеваясь над ним. И вот пришло ужасное наказание: мать просит убить ее, а он, Измаил, целиком виновен во всем происшедшем, виновен в их изгнании из отцовского дома, в безнадежности их нынешнего положения...

И услышал Бог голос отрока... (Быт. 21, 17)

Бог услышал не голос Агари – Бог услышал голос отрока. А если Бог услышал, то, значит, он к Богу и воззвал. И если при изгнании из дома отрок как бы лишился своего имени «Измаил» (что, как мы помним, означает «услышит Бог») и был назван просто «сыном рабыни», то теперь ему как бы возвращается его теофорное (богоносное) имя. Ибо «Бог услышал» голос раскаявшегося грешника, и это повторяется дважды в одном стихе:

И услышал Бог голос отрока; и ангел Божий с неба воззвал к Агари и сказал ей: что с тобою, Агарь? (Быт. 21, 17)

«Что с тобою?..» Ведь Господь дал тебе такие великие обетования, а ты их забыла; и ты не веришь даже, что и ты, и сын твой будете спасены, в то время как вам даны такие превосходные обетования!

Что с тобою, Агарь? не бойся; Бог услышал голос отрока оттуда, где он находится. (Быт. 21, 17)

Бог всегда слышит голос человека. Человек может подумать, что он «находится», пребывает физически или духовно в таком виде или в таком месте, что Бог уже не услышит его, что забыл его Бог навсегда. Но здесь сказано: «...Бог услышал голос отрока оттуда, где он находится». Где бы ни находился человек, умирает ли он от жажды в пустыне, чувствует ли он себя страшнейшим нечестивцем, слышит ли от собственной матери просьбу убить ее – все равно еще не поздно обратиться к Богу, воззвать к Нему из глубины души. И как только мы вспоминаем Бога, Он вспоминает нас – и приходит спасение:

Встань, подними отрока и возьми его за руку; ибо Я произведу от него великий народ. (Быт. 21, 18)

Все прежние обетования возвращаются и сбываются. Человек начинает осознавать свое призвание и следовать ему...

Беспомощный отрок с матерью, который умирает от жажды в пустыне... Это о нем говорит Бог: «...Я произведу от него великий народ». Мало есть народов, чей вклад в человеческую цивилизацию может сравниться с вкладом в нее арабов и мусульман в целом. Арабская культура, которая зажглась от светоча Ислама, озаряла мрак средневековья; арабы и другие мусульманские народы были вдохновителями европейского Ренессанса – многими своими чертами эпоха Возрождения обязана именно им. Заслуги этих народов в развитии культуры и науки невозможно исчислить...

...И вот, с Агарью случается чудо:

...Бог открыл глаза ее, и она увидела колодезь с водою, и пошла, наполнила мех водою, и напоила отрока. (Быт. 21, 19)

Агарь и ее сын умирали от жажды, а ведь колодец с водой был совсем рядом. Но... их очи были закрыты! Человек не видит, пока Бог не откроет ему глаза. Этот колодец с живой водой находится внутри нас самих, а мы... умираем от жажды. Кому-то опротивела жизнь; она стала в его глазах бессмысленной, страшной, ненужной – и человек «умирает от жажды». Жизненные силы – «вода в мехе» – иссякли, а человек не знает или не вспоминает про тот колодец, в котором живые воды никогда не иссякают (Иоан. 4, 7–14). Но вот Бог открыл глаза Агари – она увидела колодец, «пошла, наполнила мех водою, и напоила отрока».

Как мало мы берем! Бог дарует нам неиссякаемый источник живых вод, но каждый из нас, подобно Агари, пытается зачерпнуть немножко – и поскорее уйти куда-то подальше...

И Бог был с отроком; и он вырос, и стал жить в пустыне; и сделался стрелком из лука. (Быт. 21, 20)

Мы нигде не находим в Библии, чтобы Бог одобрял нечестивого. И раз «Бог был с отроком», значит, Измаил после всего пережитого перестал быть нечестивым, стал праведным, человеком Божьим, стал достоин того, чтобы от него произошел народ, который должен в будущем принять Единобожие...

В Коране и в агадических преданиях говорится, что Авраам навещал своего сына Измаила в Аравии, и они вместе воздвигли дом Божий там, где теперь находится священная для мусульман Кааба. Первоначально на этом месте поклонялись единому Богу, Творцу неба и земли, Которому молился Авраам. Но впоследствии арабы впали в язычество и поставили в Каабе идолов. Только Мухаммад, одержав победу над язычеством, торжественно удалил оттуда идолов и восстановил Единобожие. И рассказывается в Коране, как Авраам (по-арабски Ибрахим) и сын его Измаил обходили с молитвой построенный ими священный дом и умоляли Бога, чтобы Он даровал их потомкам великого пророка, который возвратит их на путь Авраама.

В Коране имеется также следующее утверждение: «Ибрахим не был ни иудеем, ни христианином, а был он ханифом предавшимся и не был из многобожников» (3, 60 (67)). Действительно, тогда не было еще ни Иудейства, ни Христианства в том виде, в каком они сложились много позже. Ханифами же в домусульманской Аравии назывались приверженцы Единобожия, старавшиеся вести жизнь, угодную Богу, и не причислявшие себя к какому-либо организованному религиозному направлению.

Итак, великий арабский народ произошел от Авраама. Мусульмане приняли завет обрезания; они приняли многие заповеди, которые Бог дал не только Аврааму, но и впоследствии Моисею; они признают также и некоторые основы Нового Завета. «Инджиль» – так называется по-арабски многократно упоминаемое в Коране Евангелие. И все же сказал Бог Аврааму: «Но завет Мой поставлю с Исааком, которого родит тебе Сарра...»

О символическом соотношении образов Исаака и Измаила мы читаем в Послании к Галатам; в нем апостол Павел говорит о рождении внутреннего, духовного человека:

Мы, братия, дети обетования по Исааку.

Но как тогда рожденный по плоти гнал рожденного по духу, так и ныне. (Гал. 4, 28–29)

Измаил был рожден «по плоти», по воле самого Авраама, который взял Агарь, служанку, себе в наложницы. А Исаак был рожден «по духу», т. е. по Божьему обетованию и вопреки природным законам. Внутренний человек тоже рождается, как мы говорили, «по духу» – силой Божьей, от духа и души, достигших гармонии. «Но как тогда рожденный по плоти гнал рожденного по духу, так и ныне»: да, «рожденные по плоти», ненавидящие духовное начало в себе и в других, всегда гнали людей духовных. Но, кроме того, подобная борьба происходит и внутри самого человека:

Что же говорит Писание? «Изгони рабу и сына ее, ибо сын рабы не будет наследником вместе с сыном свободной».

Итак, братия, мы дети не рабы, но свободной. (Тал. 4, 30–31)

Что же означают эти слова? Кто же гонит «внутреннего человека»? Наш душевно-плотский разум, который пытается изгнать, победить начало духовное; наш «внешний», душевно-плотский человек, который гонит и преследует человека «внутреннего», рожденного от Бога. Об этом мы читаем в Первом послании к Коринфянам:

Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. (I Кор. 2, 14)

Душевный наш разум не принимает того, что от духа; он гонит духовное разумение, вытесняет духовного человека, издевается над ним, как насмехался Измаил над Исааком. И сказано: «Изгони рабу и сына ее...» Человек верующий, полагающийся на Бога, должен изгнать из себя того «ветхого человека», то плотское разумение, которое мешает ему верить; злые наклонности, колебания, неверие – все это должно быть изгнано. В Первом послании к Коринфянам на ту же тему сказано нечто еще:

Если вся церковь сойдется вместе, и все станут говорить незнакомыми языками, и войдут к вам незнающие или неверующие, – то не скажут ли, что вы беснуетесь? (I Кор. 14, 23)