Амвросий Оптинский - Переписка с мирскими лицами

О себе пишешь, что внезапная смерть старушки сильно потрясла тебя; и вот, вместо желанного отдыха, для тебя опять наступило скорбное время. Что делать!.. Должно быть, от скорбей никуда не уйдешь, не уедешь. Покойный наш старец игумен отец Антоний говаривал: «Тогда будет нам покой, когда пропоют над нами: «Со святыми упокой…». Такая уж временная жизнь человека, беспокойная и многоскорбная. Впрочем, если будем смотреть на скорби с христианской точки зрения, то и в самых скорбях увидим для себя утешение. Уже тем одним дороги для нас скорби и болезни, что ими только одними и можно достигнуть вечно бесскорбной, светлоблаженной жизни на небесах. Об одном только должно нам позаботиться, чтобы безропотно переносить их.

Здоровье мое очень слабо, а посетителей очень много, — не в меру для меня. Изнемогаю до крайности.

Испрашивая на тебя мир и благословение Божие, остаюсь с искренним благожеланием.

P.S. Прилагаю записочку девочке твоей.

169. Наша жизнь — в юдоли плача

Письмо твое, от 16 августа, с пятью рублями получил, которые переданы нашему скитоначальнику. А имя новопреставленной старушки О. давно записано в нашей скитской церкви, где и поминается, по заведенному у нас чиноположению.

От 21 августа получил от тебя другое письмо скорбное, с известием, что квартира ваша у сестры сдана, — что и беспокоило и тебя, и матушку твою. Что тут делать-то!.. Видишь, мы живем-то в юдоли плача, поэтому и приходится проводить время-то иногда скача, а иногда плача. Будем хоть утешать себя тою мыслью, что эта — юдоль плачевная — временная. Все промчится, все промелькнет как тень, как эхо, и настанет вечность постоянная, неизменяемая, бесконечная, и — о, дабы для нас блаженная — светлая! Будем надеяться, что Господь, по беспредельному милосердию Своему, не лишит нас сей милости.

Много тебе писать и недосужно, и сил нет. Посетителей множество. Осаждают со всех сторон; ни утром, ни вечером не дают мне отдыха.

Испрашивая на тебя мир и благословение Божие, остаюсь с искренним благожеланием.

170. Оправдание монашеской жизни

Письмо ваше, от 23 ноября, получил, в котором делаете мне много вопросов. По немощи и крайнему недосугу не мог отвечать вскоре. Теперь напишу, сколько успею.

Пишете, что не можете себе выработать правильного понятия о монастырях; к тому же вам толкуют, что будто бы Господь в Евангелии ничего не говорил о монастырской жизни. А напротив, многое сказано. Когда богатый юноша спрашивал Господа, как ему спастись, Господь ответил ему (Мф. 19: 17): «аще ли хощеши внити в живот, соблюди заповеди», то есть если хочешь получить только спасение и жизнь вечную, то исполняй заповеди Божии. «Аще ли же хощеши совершен быти… продаждь имение… и раздаждь нищым… и гряди вслед Мене» (Мф. 19: 21). Вот прямое указание на различие жизни в миру и жизни в монастыре. И спрошу вас, кто выше, — служащий ли самому царю, или служащий слугам царским? Удаляющиеся в монастырь идут с тем туда, чтобы служить Богу; а остающиеся в миру обязуются служить рабам Божиим благотворением и милостынею.

Еще прямое указание в Евангелии о различии жизни в миру и жизни в монастыре такими словами Господа (Мф. 10: 37): «Иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин»: а ежели «оставит… отца, или матерь, или жену, или чада, и братий, и сестер и вся, елика имеет, сторицею приимет и живот вечный наследит» (Мф. 19: 29)»; то есть еще в настоящей жизни, вместо пяти или семи братий и сестер, будете иметь сто или более сестер или братий, как вы и видели в Оптиной пустыни и в Казанской женской общине. Пишете, что многих из сестер этой общины вы видели, и говорили с ними, и удивляетесь и недоумеваете, чрез что они получили спокойствие духа. Отвечаю: через то, что они отреклись от мирских забот и от своей воли, и делают все и поступают по духовному совету, с откровением своей совести, и своих поступков, и намерений, и сердечных помышлений духовному наставнику и наставницам.

Несправедливо некоторые толкуют вам, что удаление в монастырь есть проявление малодушия, боязнь борьбы; тогда как поступающие в монастырь должны поступать на борьбу с врагом с мужеством и с верой и надеждой на милость и помощь Божию.

Из всего сказанного вы можете видеть различие жизни в миру и жизни в монастыре. Считаю не лишним объяснить вам, что мужчины в настоящее время, так же как и в древние времена, могут буквально исполнить Евангельское слово Господа: «продаждь имение… и раздаждь нищым… и гряди вслед Мене». Говорю это о мужчинах, поступающих в монастырь. Женскому полу так нельзя. Для них требуется обеспечение и в монастыре, чтобы было на что иметь келью, и себя содержать. В мужских штатных монастырях дается живущим жалование из доходов, а в общежительных дается и одежда, и обувь, и общая трапеза; а в женских монастырях, как показывают примеры, неудобно всего этого иметь от монастыря, а приходится прибавлять и свои средства — и по слабости телесной, или по воспитанию, и по другим причинам.

Еще пишете, что, по вашему мнению, монастырская жизнь была бы понятна, если бы поступали в монастырь на время, для исправления своего характера и отсечения своей воли, а потом возвращались бы опять в мир для благотворения и наставления других… Думать так можно, а к делу это неприложимо. Из поступающих в монастырь не все достигают совершенного исправления и совершенства в добродетели, а многие едва-едва могут и себя исправлять. Как же такие могут поступить в мир для исправления других? Кто может других пользовать, тот может и не выходя из монастыря это исполнять, как вы сами это испытали, побеседовав с некоторыми живущими в женской общине, которым вы удивлялись, как они получили спокойствие духа.

Думаю, что довольно сказано для разъяснения вашего вопроса. Когда возьмемся за самое дело, тогда ясно и увидим, как редко теория сходится с практикой.

Призывая на вас и на всех родных ваших мир и Божие благословение, остаюсь с искренним благожеланием.

171. Преимущество монашества перед белым духовенством

Письмо ваше получил, в котором описываете свое внешнее положение и душевное расположение, и испрашиваете моего скудоумного совета, какой род жизни избрать вам: принять ли монашество или поступать в белое духовенство?.. Куда имеете более наклонности, той стороны и должно придерживаться. Сами вы пишете, что, в продолжение всей вашей жизни, мысль ваша более преклонялась к монашеству, а о белом духовенстве стали помышлять только в последнее время, и более по совету других. В белом духовенстве, волей и неволею, должны связать себя житейскими заботами, а вы ищете свободы мыслей; поэтому и не следует вам поступать в белое духовенство, а лучше принять монашество. В монастыре удобнее вам будет служить Богу так, как вы желаете. Впрочем, и в монашестве не вполне придется так, как думаете, — теория с практикой не всегда сходится. Иное предполагать, и иное на деле это испытывать; но все-таки в монашестве более найдется такой свободы, о какой помышляете и какой желаете.

Как думал, так и написал вам, а вы изберите полезнейшее…

172. Утешение скорбящей. Непреклонная воля человеческая

Письмо твое получил, но не отвечал, во-первых, по слабости моей и болезненности и крайнему недосугу, а во-вторых, и потому, что не находил что-нибудь писать тебе такое, чтобы тебя утешило и порадовало; а этому препятствовала человеческая воля, которая, по пословице, «царя боле», которая часто противится; потому и преклонить ее не так легко. Имя твое «Надежда». Молись с верой и надеждой и упованием, чтобы Господь, имиже весть судьбами, преклонил непреклонную волю человека, чтобы он исполнил то, что следует ему исполнить, по долгу и обещанию.

Всеблагий Господь да помилует всех нас, и устроит о нас спасительное и полезное!

173. Совет больной девушке

Пишешь о своих болезнях многосложных, и что жила при родителях в девушках. Что же? Ведь не ты одна девушка жила при отце и матери; но ты, может быть, обет давала оставаться девою, — это дело другое. Если обещалась в девицах остаться, а потом пойти замуж, — это не позволено, и за такие поступки бывают часто наказания Божии, подобные твоим. Ты ясно о сем не пишешь, но по ходу твоей болезни видно, что есть нечто в делах жизни твоей ненормальное. Ездить много нет потребы. Господь может исцелить тебя всякою иконою чудотворною, и всякий угодник Божий может тоже своими молитвами ко Господу помощи тебе.

Но все в Боге и Богом. Есть болезнь наказательная, которой одно врачевство: положиться на волю Божию и терпеть, пока Он восхощет помиловать. Это имей в виду. А съездить к преподобному Тихону и к отцу Иоанну Кронштадтскому можно. И когда будешь в Тихоновой пустыни, то потребно, с семи лет и за всю жизнь, покаяться и поисповедаться пред духовником, причаститься Святых Таин и особороваться святым елеем. Таинство Соборования многих безнадежно больных воздвигало от одра; кроме того, оно очищает забытые и недоуменные грехи; и после положись на волю Божию. У докторов уже можно не лечиться. О соборовании суеверия не принимай, или людских мнений. Испрашивая на тебя мир и благословение Божие, остаюсь с искренним благожеланием.