Павел Юнгеров - Введение в Ветхий Завет. Книга 1

Исидор Севильский († 636 г.) также допускает троякое исчисление, но о неканонических книгах замечает, что хотя евреи и не принимают их в канон и помещают в апокрифах, но христианская Церковь помещает их в числе канонических писаний [152]. Книгу Варуха и Послание Иеремии Исидор совершенно опускает, вторую и третью книги Ездры относит, «согласно иудейскому счислению», к апокрифам [153].

Сохранившиеся от VIII и IX вв. латинские Библии Алкуина (725 г.) и Теодульфа (821 г.) содержат все ветхозаветные канонические и неканонические книги. Эти Библии были в средние века руководственными и архетипными в западной Церкви [154]. О книге Иисуса сына Сирахова, впрочем, Алкуин колеблется; ссылаясь на Иеронима и Исидора, признает ее менее авторитетной, чем пророческие книги [155].

Рабан Мавр († 856 г.) насчитывает 45 книг в ветхом завете, а с новозаветными «72 книги, по числу учеников Иисуса Христа».

В библейских корректориях, т. е. исправлениях Вульгаты, ХIII-го и дальнейших веков, начиная с парижской корректории (1220 г.), помещаются все неканонические книги.

Альберт Великий, хотя и замечает, что у евреев было 22 книги по числу букв алфавита, или 24 «по числу апокалипсических старцев» (Апок. 4:4, 10), но вместе с тем утверждает, что христианская Церковь признает и иные, не бывшие в их каноне, книги. По этому поводу католический ученый замечает, что «эрудиция Альберта не дает ему чести, но его мнение, благоприятное неканоническим книгам, может быть приведено» [156]. Вообще, должно быть, те богословы, которые поддерживали это мнение, не блистали ученостью. Более поздними защитниками того же мнения были Бонавентура и Фома Вальденский [157] († 1430 г.) — столпы .католического богословия. Особенно новых доводов они не высказали, а главное не доказывали своего мнения обстоятельным анализом содержания и учения неканонических книг.

Но и современные католические богословы, и история Тридентского собора ясно показывают, что это уравнение канонических и неканонических книг не было общепризнанным среди западных богословов и имело большее число авторитетных богословской и библейской эрудицией противников и меньшее число защитников. Мнения против уравнения неканонических книг с каноническими высказываются в течение всего рассматриваемого периода, принадлежат лицам разных категорий и имеют для себя различные источники происхождения. В хронологическом порядке их можно изложить следующим образом.

По авторитету в католической и православной Церкви первое место здесь должно быть отведено папе Григорию I-му (577-604 г.), который в своих «Моральностях» ограничивает ветхозаветный канон еврейским каноном, о Маккавейских книгах замечает, что они «вне канона», хотя читаются публично для назидания Церкви. О других неканонических книгах: Товита, Премудрости Соломона и Сираха он говорит также с уважением, хотя не включает их в канон, согласно Иерониму и отцам восточной Церкви [158].

За Григорием I в хронологическом порядке заслуживают упоминания следующие богословы и иерархи. Юнилий, епископ африканский († 560 г.), несмотря на свое пребывание в Африке, где жил Августин и издавались правила иппонского и карфагенского соборов, руководился в своем взгляде на ветхозаветный канон еврейским каноном и учением Иеронима и потому не велит принимать в христианский канон Премудрости Соломона и Сираха, Товита, Иудифи и Маккавейских книг. Но в дальнейших по сему предмету рассуждениях он уклоняется и от Иеронима и приближается к Феодору Мопсуестскому, утверждая, что книги Паралипоменон, Иова, Товии, Ездры, Иудифи, Есфири не суть канонические книги и имеют «средний авторитет», а Песнь Песней и Премудрости Соломона суть «неканонические книги и не имеют никакого авторитета». Эти последние классификации ничем у автора не подтверждаются и никем более ни на востоке, ни на западе не разделяются [159].

Друг Юнилия, Примазий Адруметский, «был более сдержан и ограничивал число канонических книг 24-мя, «по числу крыльев апокалипсических животных» (Апок. 4:6-8). — Дословно то же повторяется у Беды Достопочтенного († 735 г.), у Отперта († 778), только по символизму «24 старцев, сидящих на престолах» (Апок. 4:4). Агобард Лионский († 840 г.) определяет «22 божественных книги по числу букв еврейского алфавита» [160]. Ноткер († 912 г.) отзывается с сомнением об авторитете неканонических книг, «не принимаемых в еврейский канон, но принимаемых Церковью для назидания» [161].

Валафрид Страбон († 849 г.) в своей Glossa ordinaria помещает прологи к Свящ. книгам Иеронима, опускает неканонические прибавления к книгам Есфири и Даниила, не снабжает комментарием книг Варуха и Послания Иеремии, замечая, что эти книги не находятся в каноне еврейском, а только в издании Вульгаты и что «их Церковь назначает для назидания читателей, потому что в них есть пророчества о Христе и последних временах». — Эта Глосса была очень распространена и влиятельна в средние века [162].

Очень решительно высказывает, позднее, тот же взгляд Руперт Денц († 1135 г.). Он не признает канонической и свободно критикует Премудрость Соломона, опускает толкование Варуха и неканонических отделов у Даниила, подобные же отделы книги Есфирь он считает «интересными» лишь с исторической стороны, но не имеющими равного авторитета с отделами еврейского текста, потому что «истина писания» заключается в последнем. При исчислении знаменитых мужей и жен Ветхого Завета он опускает Иудифь и Товию. О книгах Товит и Иудифь он замечает, что «их нет в еврейском каноне, на никейском соборе они приняты для назидания святой Церкви». Канон ветхозаветный он ограничивает 24 книгами, «по числу старцев апокалипсиса» (Апок. 4:4). О Маккавейских книгах отзывается с большой похвалой, может быть согласно 85-му апостольскому правилу [163].

Гуго-Сен Виктор († 1141 г.), согласно с Иеронимом принимает в канон 22 книги, остальные признает «читаемыми, но не находящимися в каноне», а частью «составляющими комментарий к книгам каноническим». По его мнению, неканонические книги относятся к каноническим так же, как папские декреталии и отеческие писания относятся к новозаветным книгам. Он даже признает их не составляющими «корпуса текста», т. е. не входящими в состав библейских списков и авторитетного канона [164]. Так, последующие протестантские взгляды и издания Библейского Общества имеют для себя основы еще в средневековых католических богословских трудах!..

Знаменитый аббат Петр Клюнийский († 1156 г.) также ограничивает канон 22 книгами, а «остальные 6 книг, говорит он, не могут быть обойдены молчанием и принимаются Церковью ради своего похвального учения, хотя и не могут быть уравнены вполне по авторитету с каноническими» [165].

Того же времени католические богословы: Петр Манжер († 1178 г.), Иоанн Салисбюрийский († 1180 г.), Жан Белет также повторяют мнение Иеронима и восточных отцов [166]. В следующем столетии Гуго сен-Шер († 1263 г.), Жан-де-Жен († 1286 г.), Вильгельм Оккам († 1347 г.) также без особых изменений повторяют Иеронима [167].

Даже величайший авторитет католического богословия, Фома Аквинат (1270 г.) не может быть причислен, хотя к великому огорчению католических богословов [168], к полным почитателям неканонических книг. О книге Премудрости Соломона он говорит, что она не «находится в числе канонических книг», об Екклесиастике выражается также, что эта книга «не была у евреев в каноне». «Возможно думать, выводит Люази, что святый Фома по своему убеждению лично более склонялся признавать, нежели отрицать каноничность этих книг» [169], но конечно можно и иначе думать…

Итак, западные богословы, можно сказать первоклассные, а за ними и другие, менее авторитетные, но очень многочисленные, не признавали мнения Августина, западных соборных и папских определений и следовали счислению еврейского канона, Иеронима и восточной Церкви. Еще более окрепли в своих суждениях богословы этого направления, когда сами стали изучать ветхозаветные книги, подобно Иерониму, по еврейскому тексту. Тут уже они получали несомненное себе подтверждение и оставались непоколебимыми. Таков из рассматриваемого периода ученый толковник Николай Лира († 1341 г.). В своих экзегетических трудах он изучал ветхозаветные книги по еврейскому тексту, под руководством раввинских комментариев, особенно Соломона Ицхака. Он повторяет Иеронимово суждение о неканонических книгах и не желает толковать неканонические дополнения к книге Есфирь, «потому что их не толковал Иероним и они составлены Иосифом (Флавием) или еще кем-либо». Другие же неканонические книги он толковал, например, Товита, Премудрость Соломона, вторую Ездры, но постоянно замечая, что «в еврейском каноне их нет, а римской Церковью они назначены для назидания нравов» (Соm. in Tob. l, 2.; Соm. in Sap. l, 3). Неканонические отделы из Даниила он толкует отдельно от канонических и помещает после Премудрости Соломона и других неканонических книг [170].