Джеймс Вандеркам - Свитки Мертвого моря. Долгий путь к разгадке

Следующий комментарий к Наум 2:12Ь («[он наполняет добычей] пещеры свои и логовища свои похищенным]») утвердил большинство ученых в отождествлении ищущих обольщения с фарисеями, поскольку в нем также упоминается распятие в схожем историческом контексте: «Имеется в виду Яростный львенок, [который учинит месть] над ищущими обольщения и будет вешать людей живыми… прежде в Израиле. Ибо под повешенным на дереве понимает живого человека» (3–4 i 4–8; р. 474).[52]

Согласно многим экспертам, идентификация ищущих обобщения получила свое наиболее убедительное подкрепление из сравнения того, что о них говорит пешер Нахум, с сообщением Иосифа Флавия об отношениях Александра Янная с фарисеями. Александр Яннай был иудейским царем и первосвященником (103-76 до н. э.) из династии Хасмонеев. Варианты рассказа в двух исторических трудах Иосифа — «Иудейской войне» и «Древностях» — не столь конкретны, как хотелось бы, но в них содержится достаточно для подтверждения идентификации ищущих обобщения с фарисеями.

Сюжетная линия в обоих сочинениях Иосифа в целом совпадает, хотя в «Древностях» он приводит больше деталей. В «Войне» релевантные пассажи — это 1.88–98 и 1.110-14 (1.4.3–6 и 1.5.2–3); в «Древностях» параллельные отрывки — 13.372-83 и 13.398–415 (13.13.5-14.2 и 13.15.5-16.2). В обоих сочинениях рассматриваемая цепочка исторических событий начинается с замечания, что после ряда сражений с внешними врагами иудейское население дало выход своему гневу в отношении Александра, воспользовавшись праздничным днем, когда многие из них собрались в храме. В Древ. 13.372, где сказано, что этим днем был праздник кущей, историк дополняет скудные данные «Войны», сообщая о том, что толпа забросала первосвященника Янная фруктами, когда он собирался исполнить свои обязанности у алтаря. Ни один из источников не указывает, кем были противники Янная, называя их лишь его соотечественниками иудеями. Александр сумел подавить мятеж только с помощью своих наемников — деяние, которое стоило жизни примерно шести тысячам иудеев.

После этого инцидента беспорядки продолжились, когда правитель истощил людские и финансовые ресурсы страны в своих непрерывных войнах. Должно быть, внутренняя оппозиция ему была сильной и широкой, поскольку сказано, что за 6-летний период жертвой Янная стали свыше 50 000 иудеев (Война 1.91; Древ. 13.376). Когда Яннай увидел, что его жестокий подход только возбуждает к нему большую ненависть, он попытался прибегнуть к примиренческой тактике, но результат едва ли был тем, который он ожидал: «Но высказанная им уступчивость и изменчивость характера сделали его в глазах народа еще более ненавистным; когда он, добиваясь причины, спрашивал, что ему делать для того, чтобы умилостивить народ, ему ответили: “Умереть, ибо и смерть после таких злодейств едва ли может примирить их с ним”. В то же время противники его призвали на помощь Деметрия Эвкера, который, в надежде на более отдаленные последствия, охотно откликнулся на зов и явился со своим войском. При Сихеме иудеи соединились с союзниками» (Война 1.92 или 1.4.4; ср. Древ. 13.376). Опять же, мы должны отметить, что противникам Янная не присваивается особое имя; они названы просто «иудеями».

Хотя Деметрий победил Янная в сражении, Иосиф говорит, что иудейские союзники селевкидского монарха вскоре покинули его и что к Александру, бежавшему в горы, присоединились шесть тысяч иудеев, которые, по какой-то причине, прониклись к нему жалостью. Мы не знаем, были ли эти шесть тысяч теми же самыми или хотя бы некоторыми из тех же самых воинов, которые ранее соединились с Деметрием. Хотя эти обстоятельства вынудили Деметрия покинуть Иудею, они не улучшили отношения между Яннаем и частью иудейского населения. Иосиф Флавий сообщает о продолжении борьбы, в результате которой Александр убил большое число своих врагов и загнал остальных в один город (идентифицируемый по-разному в двух источниках): «после разрушения последнего, они были взяты в плен и приведены в Иерусалим. Александр в своем яростном гневе покончил с ними самым безбожным образом: восемьсот пленников были распяты в центре города, в то же время, когда жены и дети казненных были изрублены на их же глазах. Сам Александр созерцал эту кровавую резню, пиршествуя в сообществе своих наложниц. Народ охватил такой панический страх, что в следующую же ночь 8000 граждан из среды противников царя поспешили перебраться через границу Иудеи, и только смерть Александра принесла конец их вынужденному изгнанию» (Война 1.97–98 или 1.4.6; см. Древ. 13.380).

В «Древностях» Иосиф объясняет подробнее, почему Яннай ответил своим противникам столь яростно и жестоко. Ни в одной из книг историк не называет врагов царя, хотя в «Древностях» он говорит, что они были из числа самых влиятельных мятежников. При этом он связывает их с приглашением и вторжением Деметрия:

Таким образом он наказал их за все причиненные ему огорчения, и этот способ возмездия превзошел все, что когда-либо совершалось в этом роде. Правда, он чрезмерно и более чем следует пострадал от иудеев, которые угрожали ему постоянными войнами и довели его до крайнего страха за жизнь и за целость царства, так как они не удовлетворились сами сражаться за себя, но даже повели на него толпу иноземцев и наконец настолько стеснили его, что ему пришлось уступить арабскому царю все владения моавитские, галаадские и прочие области Аравии, которые он себе подчинил, и все это для того, чтобы царь не оказал иудеям поддержки в войне их с ним. Кроме того, иудеи десятки тысяч раз глумились и насмехались над ним (Древ. 13.381-82 или 13.14.2).

Позже в «Древностях» Иосиф приводит достаточно информации, чтобы идентифицировать распятых им людей как фарисеев. На своем смертном одре Яннай признал, что его суровое обращение с фарисеями было основной причиной его внутренних неурядиц и что его жена, которая наследовала его царство, должна позволить фарисеям взять власть и даже совершить месть над его телом, так как он надругался над телами их погибших соратников. И в повествовании фарисеи показаны как люди, которые готовы добиться несколько запоздалого правосудия за повешение их товарищей.

Весьма вероятно, что инцидент, когда Александр Яннай распял 800 своих противников, — тот самый, на который ссылается комментарий на Наума, говоря о повешении людей живыми. Если это так, тогда историческое свидетельство Иосифа Флавия в сочетании с утверждением комментария позволяет идентифицировать ищущих обольщения как фарисеев с большей надежностью, чем это делают ссылки в других свитках. Фарисеи были теми, кто склонил Деметрия к вторжению в Иудею, и они были теми, кого Яннай распял столь жестоким образом. Эти же фарисеи — те, кого комментарий на Наума называет «ищущими обольщения».

Идентификация фарисеев как ищущих обольщения получает подтверждение и в других пассажах в свитках. По крайней мере, в одном случае их обвиняют в приверженности юридической позиции, которую, по-видимому, занимали фарисеи. Согласно Дамасскому документу, группа, которую он называет «строителями стены»,[53] еще одно обозначение фарисеев, совершала различные правонарушения, среди которых был блуд: «И каждый берет замуж дочь своего брата или сестры, а Моисей сказал: К сестре твоей матери не приближайся, она — плоть твоей матери (Лев 18:13). И хотя закон о кровосмешении написан для мужчин, он также относится к женщинам, И, значит, к дочери брата, если она откроет наготу брата своего отца, ибо она — плоть его» (5.7-11; р. 131). Свиток запрещает женитьбу на племяннице, но впоследствии раввины и, предположительно, их предшественники фарисеи ее разрешили. Таким образом, приписывая подобный взгляд группе, названной «строителями стены», автор свитка показывает, что он говорит о фарисеях.

Если сравнить то, что говорится о фарисеях в свитках, с тем, как преподносят их Евангелия, оба корпуса литературы настроены по отношению к ним очень критично, но по разным причинам. В Евангелиях фарисеи — приверженцы юридических деталей, ставящие свое традиционное понимание закона выше более важных вопросов религии; в свитках их критикуют за неисполнение закона во всей его строгости, за поиск легкого выхода из должного соблюдения закона. У фарисеев не было шансов на победу.

Юридический подход фарисеев поднимает еще один важный вопрос в изучении свитков. Вероятно, что тексты упоминают саддукеев (хотя и не часто), называя их кодовым именем «Манассия» (Менашше). Видимо, группа, так обозначенная, играла видную роль в политике (у них было царство).[54] Но экспертов в иудейском законодательстве больше заинтересовали не эти немногочисленные ссылки, а тот факт, что в раввинской литературе имеется небольшой ряд юридических положений, приписываемых саддукеям, которые согласуются с позициями, отстаиваемыми в свитках. Это породило предположение, что община создателей свитков была в некотором смысле саддукейской (см. гл. 2 С.1).