Димитрий Ростовский - Жития Святых

О всех сих чудесах возвещено было благочестивому королю Урошу Милутину, который, по совещании с архиепископом повелел торжественно открыть раку, в которой и обретено было тело святителя Евстафия нетленным и положено открыто в новой раке. Спустя некоторое время, в виду опасности от неприятельских нашествий, мощи святого Евстафия, старанием архиепископа Иакова, перенесены были из Жичи в Ипек (или Печь) [5] и поставлены в тамошнем архиепископском кафедральном храме святых апостолов Петра и Павла.

Память святых преподобномученика Зосимы и мученика Афанасия

Преподобномученик Зосима был родом из Киликии [1] и подвизался в пустыне. По приказанию нечестивого Диоклетиана [2], он был взят и предан мучениям за веру Христову. Раскаленным железом ему сожгли уши, бросили его в котел, наполненный нечистотами, повесили его за ноги вниз головою и предавали различным пыткам. Но чудесным образом святой был избавлен от смерти. Во время мучений его, пришел из пустыни лев и заговорил человеческим голосом. При виде этого чуда, всех объял ужас, и Зосима был отпущен. Комментарисий [3] Афанасий, увидев его невредимым после жестоких мучений, уверовал во Христа и крестился. Зосима удалился вместе с Афанасием в пустыню, и там, среди молитвенных подвигов в расселине одной горы оба они мирно предали души свои Господу.

В тот же день память преподобного Феоктиста, игумена в Кукуме Сикелийском [4].

Память 5 января

Страдание святых мучеников Феопемпта и Феоны

Царь Диоклетиан в первый год воздвигнутого им на христиан гонения, однажды, во время своего путешествия прибыл в город Никомидию и здесь, поставив множество идольских изображений, покланялся им.

Чрез несколько дней, в городских окрестностях был захвачен епископ Никомидийский Феопемпт (он первый пострадал в гонении христиан Диоклетианом), который, будучи представлен на суд царю, сказал:

— Эти боги, серебряные и золотые, деревянные и каменные, которым ты покланяешься, — вовсе не боги, ибо они не могут ни дышать, ни говорить, ни сделать что либо доброе или злое; Всемогущий же Небесный Бог сотворил небо, землю и море и все, что в них находится.

Когда святой говорил это и многое другое о вере христианской, царь, в гневе, сказал ему:

— Я призвал тебя не для того, чтобы рассуждать, а для того чтобы ты без разговоров принес жертву богу Аполлону.

Святой Феопемпт отвечал на это такими словами:

— Таким богам я никогда не принесу жертву и никогда не испугаюсь мучений, какие ты можешь мне назначить, ибо написано: «И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить» (Мф. 10:28). А ты, имея власть над моим телом, делай, что тебе угодно!

Тогда царь повелел растопить печь, чтобы потом бросить в нее святого епископа, и воины растопляли печь как можно жарче, с утра до полудня. В это время святой епископ сказал им:

— Подождите немного, и я покажу вам силу Господа Бога моего, за святое имя Которого эта печь растопляется для меня.

Сказав это, святой бросился в разгоравшуюся печь и сел в ней посредине, а воины, полагая, что он тотчас же сгорел, ушли. Но в полночь святой муж, выйдя из печи, вошел в царскую опочивальню, двери коей пред ним отворились сами собою, и, разбудив царя, сказал ему:

— Я — Феопемпт епископ, служитель Иисуса Христа: я не умер, но жив, хотя ты и повелел меня умертвить.

Сказав это, он снова вошел в печь. Царь, увидев святого и услышав его слова, пришел в ужас и как бы онемел от сильного страха. На утро, призвав своих воинов, он сказал им:

— Бросили ли вы в разожженную печь того христианина, которого я повелел вам бросить?

Воины отвечали:

— Мы сделали, государь, как ты повелел — бросили его, и он вчера погиб в огне.

Тогда Диоклетиан встал, пошел с воинами к печи и там услышал, как святой епископ посреди разожженной печи пел и славословил Бога. Это привело царя в чрезвычайное удивление и, когда святой вышел из печи невредимым, царь сказал окружавшим его:

— Смотрите, как сильно волшебство христианское; я слышал, что христиане совершают свои волшебные дела во имя какого-то Иисуса.

После этого царь тотчас повелел взять пса и бросить в печь, чтобы видеть, не останется ли целым пес, как чудесно остался целым епископ; но пес тотчас же сгорел. Увидев это, царь сказал человеку Божиему:

— Я предам тебя жесточайшим мучениям как нечестивца, потому что я убедился, что ты — обольститель и волшебник.

Он повелел заключить его в тесную темницу и не давать ему ни хлеба, ни воды до того дня, в который царь захочет судить его, и человек Божий пробыл в той темнице двадцать два дня без пищи и питья, будучи укрепляем Богом. По окончании этого времени, царь сказал своим воинам:

— Пойдем, посмотрим, жив ли тот христианин или уже умер?

Найдя его живым и радостным, как бы после царского обеда, Диоклетиан разгневался и, выведши блаженного епископа из темницы, разодрал на себе одежды, всплеснул руками и сказал:

— Смотрите же, как сильно христианское волшебство!

Но блаженный епископ на это сказал:

— Доколе, несчастный, ты будешь оставаться ослепленным и до каких пор не будешь признавать истинного Бога, в Которого я верую? Ибо Он дал мне силу и крепость, чтобы я победил тебя и чтобы я возвысился над всеми мучениями, какие ты для меня изобретешь, и презрел их.

Царь же при сих словах повелел вырвать у святого правый глаз и положить его в правую руку мученика, а потом отвести его в темницу. Когда святой здесь стал молиться, великий свет воссиял пред ним в темнице и тотчас же зеница ока его открылась и стала цела и здорова как и другие. Узнав об этом и увидев святого, царь разгневался еще больше и сказал:

— Клянусь римским Аполлоном [1], что не успокоюсь до тех пор пока не найду более сильного волшебника, который мог бы разрушить все твои хитрости и волшебные действия!

Сказав это, царь снова повелел увести его в темницу, а сам послал указы по всем странам ему подвластным такого содержания:

— Если какой-либо волшебник, — писал царь, — может разрушить христианские волхования, тот пусть как можно скорее явится; он получит большие подарки и великие почести.

И вот пришел один волшебник по имени Феона, который, представ пред лицо Диоклетиана, сказал:

— По вашему повелению я пришел, чтобы как можно скорее разрушить христианское волшебство, и я непременно исполню то, что обещаю тебе.

Услышав это, царь обрадовался и сказал:

— Есть у меня в темнице один христианский князь. Когда ты разрушишь его волшебную силу, то получишь от нас великие почести.

Феона на это сказал ему:

— Пусть этот христианин сотворит предо мною какое нибудь чудо и я, в твоем присутствии, разрушу все его дела.

Царь обрадовался этому и сказал Феоне:

— Однако мне хотелось бы сначала видеть какое-либо знамение, совершенное тобою.

Феона испросил тогда привести к нему самого свирепого быка. Когда бык был приведен, Феона пошептал ему в уши какие-то слова, и бык в то же мгновение распался на две части и каждая часть лежала особо.

Тогда изумленный царь сказал:

— Действительно, ты можешь разрушить христианское волшебство!

— Подожди еще царь, — отвечал ему Феона — и ты поймешь все величие происшедшего чуда!

Сказав это, он повелел принести себе весы и положил на них обе части вола, которые оказались обе равными по весу. Немедленно после этого Диоклетиан повелел привести к себе святого епископа Феопемпта и, поставив его против волхва, сказал ему:

— Знаю, что ты — обманщик и волшебник! Вот сей волхв пришел из Египта, и я теперь хочу узнать, кто из вас обоих сильнее в волшебстве.

Тогда Феона сказал епископу:

— Я покажу над тобою два действия моей волшебной силы и, если они не повредят тебе, то и я уверую в твоего Бога.

Приготовив из муки две круглые лепешки, он предложил епископу съесть их. Епископ взял и съел их, и они показались ему на вкус сладкими как мед и не причинили ему никакого вреда.

Увидев это, Феона удивился и сказал:

— Я испытаю на тебе еще одно чудесное действие моего искусства и, если оно тебе не повредит, то уверую в твоего Бога.

Взяв чашу с водою, он положил в нее одну ядовитую траву и призвал на помощь себе могущественнейших бесов, чтобы яд подействовал сильнее, а потом дал выпить воду святому.

Когда святой выпил ее без всякого вреда для себя, Феона тотчас же упал к ногам святого епископа и сказал: