Неизвестен - Подвижники — миряне. Том I

Взойдя на пригорок, мать из последних сил крикнула: «Антонис![82]» — «Я здесь!» — голос мальчика донёсся с противоположной горы. Мать перепугалась не на шутку: сыну, чтобы прийти к ней, необходимо было спуститься в глубокий овраг. А от кого он мог бы ожидать помощи в темноте?

Внезапно она увидела Антония рядом с собой.

— Сынок, ты здесь? Как же ты в один миг добрался сюда?

— Мама, я не сам пришёл. Меня домчал всадник, лошадь которого сияла. Он увидел, как я плачу, и пожалел меня.

— Откуда ж он был? И почему я не слышала топот копыт его лошади?

— Он сказал мне, что его зовут Прокопий и он из Псорарй. Но лошадь его летела, не касаясь земли.

Мать поняла, что произошло чудо и совершил его святой Прокопий. На следующий день они вместе с сыном пошли в соседнее селение Псорарй (ныне Святой Прокопий). Едва они вошли в храм Святого и мальчик увидел его икону, он тотчас воскликнул: «Мамочка, это он! Он меня спас!»

С тех пор Антоний всецело посвятил себя Богу. Его отличали большое благоговение и любовь к подвижнической жизни. Обладал он и многими другими добродетелями.

В 1839 году по просьбе жителей селения Агиос Иоаннис он стал настоятелем их приходской церкви. Антоний принял постриг с именем Анфим и был рукоположен в иеромонахи. Он хорошо знал Священное Писание и Предание, а также византийское пение[83], любил аскезу и был очень милостивым. Все почитали его за Святого.

После блаженной кончины его почитание в народе сохранилось. В 1960–е годы пономарь, ночью зажигавший лампады в церкви, неоднократно видел необъяснимый сверхъестественный свет, освещавший ту часть храма, где покоятся мощи иеромонаха Анфима.

Прозорливая женщина

Святогорский старец Харалампий Капсалиотис[84] в подтверждение своей мысли о добродетельности некоторых мирян рассказал следующее: «Некогда я был знаком с одним монахом из Иверского монастыря. Отец Герасим [85] был родом из малоазийского Айвалй. Его мать — женщина святой жизни, обладала даром прозорливости. Она говорила сыну: «Чадо моё, не греши, живи со страхом Божиим. Когда ты вырастешь, будешь монахом на Афоне, в монастыре Вратарницы [86]». Когда она кадила иконы, держала в руках раскалённые угли, которые не причиняли ей никакого вреда».

Отказ от работы в дни церковных праздников

В прежние времена христиане очень почитали воскресенья и праздники. Отказ от работы в эти дни не был чем — то формальным, люди руководствовались страхом Божиим.

В одной эмигрантской песне поётся, что люди потеряли свою Родину, так как не хранили воскресные и праздничные дни:

Должно было с нами это случиться —Не почитали мы церковные дни,Брошенными остались могилы отцов.Ах, Господи, помилуй нас и прости!

Работы прекращались к началу субботней Вечерни или предпраздничной всенощной службы. Едва звонил колокол, женщины оставляли вязание и рукоделие, они даже не заканчивали ряда петель. Крестьяне, услышав колокол, распрягали волов и возвращались в деревню. Работа в праздничный день считалась позором и вызывала общественное осуждение.

Люди предпочитали лишиться урожая, нежели согрешить перед Богом и нарушить его заповедь. Соблюдение воскресных и праздничных дней они считали одной из основных своих обязанностей наряду с постом, молитвой, милостыней, исповедью и причащением Святых Тайн.

На одном из подворий Метеорских монастырей в годы турецкого владычества в воскресный день рабочие посадили пшеницу. Игумен, узнав об этом, сказал, что она проклята, так как была посажена в воскресенье, в то самое время, когда совершалась Божественная литургия. Когда пришло время сбора урожая, игумен поджёг пшеничное поле. Сгорела только часть, посаженная в воскресенье, остальная пшеница осталась нетронутой. Огонь погас сам собой.

Рассказывает Георгия, жительница города Неохбри, Месолбнги:

«Святая Екатерина — покровительница нашей семьи. В день, когда празднуется её память, мы обычно не работаем. Но однажды у нас кончился хлеб, и на рассвете в день праздника мы решили его приготовить. Поставили тесто и в ожидании, пока оно поднимется, стали растапливать печку. Я пошла посмотреть на тесто и увидела, что оно кишит большими червями. Так вразумила нас Святая. Впредь в её праздник мы больше не работаем.

Кроме отказа от работы в дни, установленные нашей Церковью, всяческого уважения и внимания достойно почитание, которое наши матери оказывали средам и пятницам — дням, когда был предан и распят Господь. Особое отношение к ним мы находим и в житиях многих Святых подвижников. Например, святой Авксентий каждую пятницу проводил в бдении, чтобы почтить крестное страдание Спасителя.

В среду и пятницу запрет на работу, конечно, предусмотрен не был. Люди работали в полях, но старались не стирать, не шить, не мыться и не замешивать тесто. Если хлеб кончался, брали в долг у соседей.

Рассказывает Варвара Дзйка из деревни Авра Каламбакского района. Во времена детства её матери, около 1900–го года, одна женщина решила испечь хлеб в пятницу. Когда она достала его из печи, он был весь красный, словно пропитан кровью. В этих местах люди до сих пор почитают среду и пятницу как дни крестного страдания нашего Господа и Спасителя[87].

Богородица прогнала смертоносный грипп

Рассказывает жительница Месолонги Георгия Морайту: «В 1918 году в Месолонги начался смертоносный грипп. Несмотря на все усилия врачей, люди один за другим заражались и через несколько дней умирали от истощения. Началась страшная эпидемия. В Месолонги ежедневно умирало 25–30 человек, то же самое происходило и в соседних городах и деревнях. Так, в Агрйнио каждый день оплакивали 45–50 умерших. Когда должностные лица, управлявшие городом, осознали количество жертв и масштаб распространения эпидемии, они связались с епископом и послали делегацию в монастырь Пресвятой Богородицы «Прусибтиссы». Попросили игумена послать в Месолонги чудотворную икону Пречистой[88], чтобы остановить гибель людей.

Икона прибыла сначала в Агринио. Уже в первые часы её появления в городе никто больше не умер, а уже заболевшие гриппом — выздоровели. Первоначально планировалось оставить чудотворный образ в Агринио на несколько дней, но из соседних селений стали приходить люди, просившие срочно дать им икону, чтобы остановить смерть своих односельчан.

Первого ноября 1918 года икона по железной дороге прибыла в Месолонги, жители этого города всю ночь прождали её в местечке Финикйа. Шёл проливной дождь, врачи категорически настаивали, чтобы никто не шёл встречать чудотворный образ. Существовала опасность, что большое скопление людей поспособствует распространению эпидемии. Но простые верующие больше доверяли Богородице и не обманулись в своих ожиданиях.

Они встретили икону, на руках отнесли её в Месолонги, где совершили Крестный ход по улицам города. В результате не только никто не заразился, но и уже заболевшие выздоровели. С того момента, как образ Пресвятой Богородицы прибыл в город, больше ни один человек не умер от гриппа.

В память о чуде и в знак своей благодарности люди провели сбор средств и подарили в обитель Прусб великолепно выполненный семисвечник. Также был сделан список с чудотворного образа Богородицы «Прусибтиссы», который и поныне хранится в храме святой мученицы Параскевы.

Святой Георгий спасает пленного

Cвидетельство Георгия Кокцйдиса из города Драма: «Мой отец Анастасий Кокцидис родился в 1884 в понтийском селении Язлакиой, располагавшемся в 35 километрах от Амисб (Сампсунты). У него было семеро детей.

В 1914 году была объявлена всеобщая мобилизация в связи с началом Русско — турецкой войны.

Отец не захотел сражаться за турок против России и вместе с семьёй ушёл в горы. До 1922 года он оставался в партизанском отряде капитана Хрйстоса Авраамйдиса.

В Грецию он бежать не успел, был пойман турецкими властями и помещён в одиночную камеру. Он находился в постоянном страхе. Однажды вдруг что — то сверкнуло как молния и послышался какой — то шум. «Вперёд!» — это были первые слова, которые услышал отец, проснувшись. Перед ним стоял Георгий Победоносец — святой, которого он особо почитал.

Отец увидел, что путь перед ним открыт. Так он вышел из лагеря. Вокруг стояла полная тишина.

Быстрым шагом отец уже на рассвете достиг населённой местности. Сориентировался и смог найти свою семью.

Папа часто рассказывал о своём спасении и всегда подчёркивал, что всё произошло не во сне, а наяву».