Филип Шафф - Иисус Христос – величайшее чудо истории. Опровержение ложных теорий о личности Иисуса Христа и собрание свидетельств о высоком достоинстве характера, жизни и дел его со стороны неверующих

Лукиан, блестящий, но пустой ритор из Сирии (ум. в Египте или в Греции ок. 200 г. по Р.Х.), хотя и не прямо, писал против христианства в своем сочинении «Vita Peregrini». Он скрыто нападает на него как на одну из несообразностей времени, с легким оружием остроумия и насмешек. Однако Лукиан никогда не называет Христа, подобно Цельсу, обманщиком, но «распятым софистом», – выражение, которое часто он употребляет и в хорошем смысле.

Порфирий, родом финикиянин, языческий философ-неоплатоник, живший под конец третьего столетия по Р.Х., учил в Риме, где в 304 г. и умер. Он написал, кроме множества сочинений, которые нашего предмета не касаются, одно большое сочинение против христианской религии в пятнадцати книгах и нечто вроде руководства или системы языческой теологии под заглавием: «Философия оракула». Оба произведения, за исключением небольших отрывков, сохранившихся у отцов Церкви, для нас потеряны. Послание к его жене Маркелле открыто в новейшее время. Порфирий сочинением против христиан оказал для них услугу больше, чем Лукиан и Цельс или кто-нибудь из язычников, нападавших до него на христианство. Он приближался к некоторым христианским идеям или находился, быть может, под тем влиянием, какое они производили на мыслящих людей того времени. В послании к своей жене Порфирий поставляет нравственную троицу апостола Павла – веру, надежду и любовь – в связи с истиной как основание истинного благочестия. В этом послании он проводит мысли, ясно напоминающие нам библейские места, хотя, без сомнения, он соединяет с ними другой смысл. Как и многие из рационалистов новейшего времени, он делает различие между первоначальным, чистым, Христовым христианством и между тем, которое, распространяя, будто бы извратили апостолы. В своем сочинении «Философия оракула» Порфирий так говорил о Христе:

«Оракул объявил Христа чрезвычайно благочестивым мужем, присовокупив к этому еще и то, что душа Его, как души других благочестивых мужей, после смерти увенчаны бессмертием, и что христиане поклоняются Ему по недоразумению. А когда мы спросили, за что же Он казнен, богиня (Геката) ответила нам через оракула: тело на самом деле всегда подчинено обессиливающему страданию, но душа благочестивого пребывает в небесных обителях. А эта душа подала повод многим другим душам впасть в заблуждение, а именно всем тем, которым не довелось Юпитера признать бессмертным. Но сам Христос благочестив и взошел на Небо подобно другим благочестивым мужам. Поэтому ты не должен Его злословить, но должен сожалеть о людях ввиду той опасности, в которой они находятся».

Юлиан отступник, римский император (361363 гг.), не без дарования, самый отчаянный из всех древних врагов христианской религии, всеми силами своей власти и примером идолослужения старался ниспровергнуть христианство в римской империи. Его правление прошло «как призрачная тень, не оставив по себе никакого следа», за исключением того важного урока, что древнее язычество угасло безнадежно и что никакая мирская сила не в состоянии остановить торжественного шествия христианства[18].

В своем сочинении против христианской религии, в котором Юлиан соединил все прежние нападения язычников на христианство, придав им от себя саркастический характер, он говорит о Христе следующее (в таком виде передает сочинение Юлиана поборник православия александрийский епископ Кирилл в своем сочинении, озаглавленном: «Против Юлиана» IV, стр. 191):

«Иисус, после того как убедил некоторых из вас, галилеян, (как обыкновенно презрительно Юлиан называл христиан) и также некоторых дурных людей, прославляется в течение трехсот лет, хотя в Своей жизни он ничего не сделал такого, что заслуживало бы славы[19], разве только если считать великим делом, что Он исцелял хромых и слепых да заклинал бесов в селениях Вифсаиды и Вифании».

Хотя этот отзыв довольно колко и презрительно говорит о Христе, но все-таки он признает за Ним силу творить чудеса; все чудеса Христовы, будучи отпечатлены самым высоким нравственным и благодетельным характером, служат ясным доказательством чистоты и Божественного посланничества Христа. Ученый богослов и критик, доктор Ларднер в своем сочинении: «Credibility of the Gospel History» (изд. доктором Кипписом, Лондон 1838, т. VII, стр. 628) делает следующее прекрасное замечание на выписанное нами место:

1) «Сказать о Христе так, как сказал Юлиан, значит прямо признать истину евангельской истории, хотя он (Юлиан) о многом совсем не упомянул, – он не назвал ни всех дел, совершенных Иисусом, ни всех мест, где Он их совершил.

2) Юлиан допускает, что Иисус прославляется в течение более чем трех столетий. Но эта слава основывается на делах, которые совершил Иисус во время Своей земной жизни. Эти дела рассказаны Его учениками, непосредственным свидетелями их, и предание о них распространялось от начала совершения их до того времени, когда жил Юлиан.

3) Почему не должны считаться великими делами исцеления «хромых, слепых и одержимых другими недугами» – исцеления, которые обыкновенно приписываются силе злых духов? Все здравомыслящие и непредубежденные люди должны считать эти исцеления великими делами, если они совершались в одно мгновение и вполне, как это было у нашего Господа, – эти, говорим, дела должны непременно считаться великими делами; историографы, например, считают же достойным рассказывать и сообщать о таких предметах, как основание городов, учреждение больших монархий или покорение целых наций посредством истребления и общепринятых способов завоеваний.

4) Если было мало уверовавших в Иисуса во время пребывания Его на земле, то это произошло не от недостатка удовлетворительных доказательств в пользу Его Божественного посланничества. Для того чтобы засвидетельствовать веру во Христа, достаточно, кажется, нескольких «мытарей и грешников», как они называются в Евангелии, или «дурных людей», как называет их Юлиан. Но в числе истинно уверовавших во Христа было несколько и важных, благочестивых, мыслящих и испытывающих мужей, каковы, например, Нафанаил, Никодим и др., хотя они и долгое время неблагоприятно мыслили о Христе, будучи предубеждены против Него. Были люди еще хуже тех, которых Юлиан называет «дурными», это – книжники и фарисеи, гордые, хитрые и честолюбивые люди, которые никакого разумного доказательства, как бы оно ясно и сильно ни было, не могли принять, равно как не могли принять и религиозных оснований, каковые противоречат их мирским интересам». Тот же автор, после тщательного исследования всех доказательств Юлиана против библейской религии, характера Христа и Его апостолов, о достоинстве этих доказательств как простого и ненамеренного свидетельства в пользу истины и достоверности Евангельской истории справедливо выражается так:

«Всякий, составивший заключение из чтения только что представленного вами сочинения, должен согласиться, что Юлиан служит дорогим свидетелем в пользу достоверности книг Нового Завета. Он допускает, что Иисус Христос родился в правление Августа, в то время, когда Квириний собирал дань в Иудее, что христианская религия утвердилась и распространилась в правление императоров Тиверия и Клавдия. Он свидетельствует о подлинности и достоверности четырех Евангелий – от Матфея, Марка, Луки и Иоанна, равно как и Деяний апостолов, он приводит из них места и выдает Евангелия за единственные исторические писания, признанные самими христианами, и за несомненные, достоверные повествования о Христе и Его апостолах, так как в них заключается проповеданное ими учение. Юлиан признает и доказывает раннее происхождение Евангельской истории. Равным образом он цитирует места из Деяний апостольских или прямо ссылается как на эту книгу, так равно и на Послания апостола Павла к Римлянам, Коринфянам и Галатам. Юлиан не отвергает чудес Христа, а напротив, убежден, что Он исцелял "слепых, хромых и бесноватых", "укрощал бурю и ходил по морским волнам". Конечно, он старается унизить достоинство этих дел, но старания его остаются напрасными. Нельзя не прийти к тому заключению, что такие дела служат хорошими доказательствами Божественного посланничества Христова. Юлиан старается также умалить число уверовавших в Иисуса Христа на первых порах, и однако признает, что "массы людей в Греции и Италии" обратились к Христу прежде, чем Иоанн написал свое Евангелие. Ему желательно было унизить нравственное и социальное положение первых христиан, но он чувствует себя вынужденным признаться, что кроме "рабов и рабынь" обращены были в христианство еще при Клавдии римский сотник Кесарий Корнелий и Сергий Павел, проконсул Сирии. Юлиан часто также говорит с большим уважением о Петре и Павле, об этих двух великих апостолах Иисуса и великих проповедниках Евангелия. Таким образом, Юлиан вообще неумышленно представил свидетельства в пользу многих известных обстоятельств, сообщенных в Новом Завете. Прямой целью его нападок было ниспровержение христианской религии; оказалось, напротив, что он послужил орудием к большему ее утверждению: его доказательства против христианства вполне безвредны и бессильны для того, чтобы и слабейших из христиан привести в сомнение. Юлиан не сделал ни одного дельного возражения против признанного значения христианской религии в том ее виде, в каком она изложена в подлинных и первоначальных своих источниках – книгах Нового Завета».