Антоний Голынский-Михайловский - О молитве Иисусовой и Божественной Благодати

Помимо ума (νούς) человек обладает рассудком (λογικόν)[46], деятельность которого «территориально» связана с областью головного мозга. В понятиях православной аскетики, ум и рассудок есть два совершенно различных начала. Предназначение рассудка — заниматься земными попечениями, назначение ума — находиться в непрерывном общении с Богом. Одно из катастрофических последствий грехопадения состоит в том, что ум отделился от сердца и соединился с рассудком. В таком состоянии ум усвоил себе в качестве основной деятельности совместную с рассудком заботу о земном, вместо пребывания в молитвенном памятовании о Боге. Это ненормальное состояние, когда ум и рассудок существуют слитно, стало присуще человеку от рождения, вследствие чего православное понимание строения человеческой души было забыто вне Церкви и мир отождествил оба эти понятия — ум и рассудок стали синонимами, означающими деятельность головного мозга.

Таким образом, исцеление человеческой души понимается Церковью как исправление того, что было повреждено. Требуется отделить ум от рассудка и вновь соединить его с сердцем. Основное средство для этого — умное делание.

Наш современник митрополит Иерофей (Влахос) в своей работе «Православная духовность» обстоятельно показывает, на чем основано святоотеческое учение о душе, уме и сердце: «По священному Преданию православной Церкви, сердце и ум являются средоточием православной духовности. Именно это средоточие должен уврачевать человек, чтобы исцелиться душой и телом… Душа теснейшим образом связана с телом человека… Согласно православному учению, Бог управляет миром через Свои нетварные энергии. Как Бог действует в природе, так, по слову прп. Григория Синаита, и „душа действует в членах тела и направляет каждый член к собственному действию“. Итак, как Бог управляет миром, так душа — телом». Это истолковывается так, «что душа охватывает тело и животворит его, что не душа содержится в теле, но она сама содержит тело человека…[47]

Подобно тому как Бог имеет Сущность и энергию, душа как образ Божий также имеет сущность и энергию. Разумеется, Сущность и энергия Божии нетварны, в то время как сущность и энергия души тварны… Сущность Солнца — вне атмосферы Земли, в то время как его световая, тепловая энергия достигает Земли и освещает, обогревает нас. То же самое происходит со всеми вещами[48]. Сущность души сконцентрирована в сердце… в то время как энергия души проявляется через помыслы… Мы можем говорить о душе как о духовной составной части человека, о сердце как о сущности души и об уме как об энергии души. Таким образом, когда ум входит в сердце и действует в нем, то достигается единство между умом (энергией), сердцем (сущностью) и душой… Приведем исчерпывающе точное высказывание свт. Григория Паламы: „Когда единое ума становится тройственным, оставаясь при этом единым, тогда соединяется с Богоначальной Троической Единицей, затворяет всякий вход для прелести и стоит выше плоти, мира и миродержителя“». Так при помощи благодати Божией обретается единение и общение со Святой Троицей. «Всякая духовность вне этой перспективы неправославна».

Цель аскетики — привести человека к обожению, к соединению с Троичным Богом. «Чтобы достичь единства с Богом, следует сперва при помощи благодати Божией достичь единства души. Грех фактически есть рассеяние сил души, прежде всего рассеяние энергии души, то есть ума, на тварное и отделение ума от сердца… Он [ум] совершает противоестественное движение, когда оказывается порабощенным твари и страстям… Ум, который рассеивается на внешнее и расточается на мир чувствами [по учению свт. Василия Великого], болен, склонен к падению… Святой человек — это наиболее естественный из людей. Он осознает происходящее в мире, вовлечен в различные заботы, и все-таки, поскольку ум его достиг естественного действия, святой „живет на земле, но является небесным гражданином“… В святом человеке, который является носителем православной духовности, рассудок работает и осознает окружающий мир, в то время как ум пребывает в сердце, творя непрерывную молитву. Отделение ума от рассудка есть признак духовного здоровья человека… В духовном человеке, который стал храмом Божиим, храмом Святого Духа, рассудок и ум существуют и действуют одновременно. Рассудок имеет земные попечения и занимается ими, а ум занят непрестанным памятованием о Боге»{97}.

Свт. Игнатий, разъясняя этот вопрос в своих писаниях, говорит о главном — о тех условиях, которые необходимы для соединения сердца и ума, о сопутствующих этому процессу закономерностях.

«Разъединение ума с сердцем, противодействие их друг другу произошли от нашего падения в грех. Естественно Божественной благодати… для исцеления сокрушенного и раздробленного на части человека… воссоединять ум не только с сердцем и душой, но и с телом, давать им одно правильное стремление к Богу. Вместе с соединением ума с сердцем подвижник получает силу противостоять всем страстным помыслам и страстным ощущениям… Соединение ума с сердцем есть соединение духовных помыслов ума с духовными ощущениями сердца. Так как человек пал, так как его помыслы и ощущения изменились в плотские и душевные, то надо при посредстве евангельских заповедей возвести ум и дух к помышлениям и ощущениям духовным. Когда ум и дух исцелятся, тогда они и соединятся о Господе. Образуется в свое время, в отделе сердца, где помещается сила словества, или дух, чудный, нерукотворенный, духовный храм Божий, Святая Святых. Туда нисходит ум, хиротонисанный Святым Духом во священника и архиерея для поклонения Богу Духом и Истиною. Тогда познает христианин блаженным опытом сказанное в Священном Писании: Вы бо есте церкви Бога жива (2 Кор. 6:16)…

Ум и сердце иначе не возмогут соединиться как при посредстве Духа и Истины. Это значит: ум и сердце не возмогут соединиться, если не отвергнутся вполне падшего естества, если не предадут себя вполне руководству Евангелия, если за постоянное и усиленное последование Евангельским заповедям не привлекут к себе благодати Всесвятого Духа, не исцелятся и не оживут от прикосновения ее, от осенения ею. Не только всякое греховное чувствование и всякий греховный помысл, но и все естественные помыслы и ощущения, как бы они ни были тонки и замаскированы мнимой праведностью, разрушают соединение ума с сердцем, поставляют их в противодействие друг другу. При уклонении с духовного направления, доставляемого Евангелием, тщетны все пособия и механизмы[49] — сердце и ум никогда не соединятся между собой.

Исполнение заповедей, предшествующее соединению ума с сердцем, различествует от исполнения заповедей, последующего соединению. До соединения подвижник исполняет заповеди с величайшим трудом, насилуя и принуждая свое падшее естество; по соединении духовная сила, соединяющая ум с сердцем, влечет к исполнению заповедей, делает его удобным, легким, сладостным»{98}.

Насколько важно для человеческого существа единение ума и сердца, насколько это необходимо для исцеления души и спасительного соединения с Господом, становится яснее, если рассматривать этот вопрос в связи с учением святых отцов о трёх силах, о трёх частях человеческой души. «Все Божественные заповеди, — пишет в „Добротолюбии“ Филофей Синайский, — полагают законы для троечастности души и делают ее здравою посредством того, что повелевают. Кто строго следует им, у того сия троечастность соделывается истинно здравою. Но против этой же троечастности души день и ночь ведет войну и диавол. Если же сатана ведет войну против троечастности, ясно, что он воюет чрез то против заповедей Христовых; ибо Христос чрез заповеди облагает законом троечастность души, то есть раздражительную, пожелательную и мыслительную силы души»{99}.

По сути своей душа человека нераздельна, но в ней действуют различные силы, из которых выделяются три главные, определяющие трехчастный состав души, а сердце человека является вместилищем этих сил и, соответственно, также имеет трехчастное строение. Наименования этих трех сил, или частей, души часто варьируются, в целом же их можно свести к следующему:

1. Мыслительная сила (словесная, познавательная, разумная; словество, совесть, дух, ум);

2. Раздражительная сила (сила ревности, ярости, гнева, мужества, твердости);

3. Вожделевательная сила (вожделетельная, желательная, похотная; воля).

В сердце человека указанные силы локализованы в соответствующем порядке, на трех уровнях. В верхней части сердца помещена Творцом сила словесности (мыслительная), которая отсутствует у животных, обладающих двумя прочими силами. Действие этой силы, по слову свт. Игнатия, «выражается в совести, или сознании нашего духа… в страхе Божием, в духовной любви к Богу и ближнему, в ощущении покаяния, смирения, кротости, в сокрушении духа, или глубокой печали о грехах, и в других духовных ощущениях». Эта сила, образующая разумную часть души, есть средоточие духовной жизни человека. Две следующие силы образуют страстную часть души (чувственную, или неразумную, часть), они занимают среднюю и нижнюю части сердца. «В животных, — пишет свт. Игнатий, — эти две силы действуют очень грубо, как нисколько не связанные словесностью; в людях они действуют сообразно тому, насколько и каким образом развит дух их»{100}.