Свт. Григорий Палама - ДВА АПОДИКТИЧЕСКИХ СЛОВА ОБ ИСХОЖДЕНИИ СВЯТОГО ДУХА * ПРОТИВ ВЕККА

{стр. 129}

Итак, богословствующий о том, что Сын обладает всем, что принадлежит Отцу, кроме только нерожденности, сказал, что Он обладает всем, кроме причины, как он это ясно определил и в другом месте своих писаний. Если же Сын обладает всем, что принадлежит Отцу, кроме того, чтобы быть причиной, — то есть, [причиной] божественности, а причиной является Отец, не только рождая Сына, но и изводя Духа, [то значит] Сын обладает всем, что принадлежит Отцу, кроме того, чтобы рождать Сына и изводить Духа, что является [принадлежностью] одного лишь Отца, и о чем свидетельствует [слово] «нерожденность». Поэтому и Дамасский богослов в главе «О Святой Троице» говорит: «по причине Отца, то есть, по причине [Его] бытия Отцом, имеет Сын и [также] Дух все то, что имеет, — то есть, потому что Отец имеет это, — кроме нерожденности, рождения и исхождения» [332].

42. Если же «нерожденность» применительно к Богу всегда и везде указывает на причину, то «рождение» по всей необходимости будет указывать на то, что Рожденное никоим образом не может быть причиной божественности, как и «исхождение» — на Существующее от Отца по образу исхождения. Если же никоим образом Сын не является причиной божественности, то как Дух будет от Него? И как будет для Него первой причиной Отец, а затем и Сын, как полагают, что нужно считать, латиняне, безумствуя, как мне кажется, и извращая отеческие речения? Ведь не говорит ли оный Богослов, знаменательно так прозванный, что Сын обладает всем, что принадлежит Отцу, кроме нерожденности, что то же самое, что сказать: «кроме причины»; а это все равно, что сказать: «кроме того, чтобы рождать и изводить»? Ибо поэтому [то есть, по причине рождения и изведения] Причина является причиной.

{стр. 130}

И все, что имеет Сын, принадлежит и Духу, кроме сыновства [333] или, если угодно, рождения; ибо мы не испугаемся [назвать Его] не беспричинным, хотя бы Он и казался причиной, не обладая рождением; ибо Он не является и беспричинным, хотя и не рожден. Ибо Что как беспричинное не обладает рождением, То и является Само по Себе абсолютно беспричинным, и всяко есть причина божественности. Так мы говорим в согласии с богословствующими в Духе, и так обличаем говорящих несогласно, показывая, что они приводят свидетельства от Писаний [334] [которые на самом деле суть] против них же самих.

43. Ибо и то из этого богослова, что латинский род думает приводить в защиту своего учения, [то есть] что Господь, показал таинникам Свое собственное достоинство, сказав: Сам Аз вам послю Духа Святаго [335], они приводят, не понимая того, против себя самих. Поскольку ведь и в самом деле посылать Духа — это велико и более чем велико, и принадлежит одному Богу (ибо, прежде сказав, что Отец посылает Духа, Он затем [лишь] говорит, что де «Сам Аз пошлю», показывая собственное достоинство, словно для того чтобы само это дело, как бы испуская великий глас, возвещало [сие], а тезоименитый богословию [Григорий] истолковал бы). Если Господь знал [Духа Святого] исходящим и имеющим бытие не от одного только Отца, но и от Себя Самого, то как же не прибавил этого, сказав: «Иже от Отца и от Меня исходит»? Ибо тогда Он не уничижительные слова говорил о Себе, чтобы ради этого опустить, утаиваясь, только это [«от Меня»]. Итак, ясно, как говорят, и слепому, что не от Сына исходит Дух Святой.

{стр. 131}

Итак, великое достоинство — обладать [свойством] посылать (πέμπειν) божественного Духа, и настолько великое, что единоприродным и даже равночестным Отцу показывает Сына, как равно и Духа единосущным и равночестным Отцу представляет то, чтобы не от одного Отца, но и от Самого Духа быть посылаемым (άποστέλλεσθαι) Сыну. Однако это достоинство является божеским и природным, а не ипостасным; ведь если бы ипостасным было [свойство] посылать (αποστέλλειν), то не было бы общим [достоянием] Отца, Сына и Духа. Итак, Бог истинный иной Утешитель: как же тогда не будет Богом истинным посылающий Его? Если же и от Себя Самого приходящего как самовластного посылает Сын Утешителя, то как не будет Он одной с Ним воли и власти? Если же Он одной с Ним воли и власти, то как не будет и одной природы?

44. Видишь, как послание божественного Духа устанавливает единое изволение и единосущие Посылающего и Посылаемого, что есть великое достоинство, прекрасно и боголепно присущее Трем, так что оно показывает и самовластие таким образом посылаемого? А называющий это достоинство не божеским (θεϊκόν), а относящимся к произведению (προβλητικόν) [336], во–первых, не только Сына показывает причиной божественного Духа, но также и Духа — [причиной] Сына. К тому же и самопроизвольность пришествия Каждого из Них к нам так или иначе худо отлагает, уча, что послание к нам является [делом] не произволения, но природы, а стало быть и безначальным. Ибо то, что не по произволению, а по природе от Бога, является предначальным, а не начавшимся.

{стр. 132}

И в самом деле, тезоименитый богословию [Григорий] говорит считающим Сына меньшим, поскольку Он послан Отцом, что послание есть доказательство отеческого благоволения [337], а не предвечного существования. Так что безумно латиняне приводят послание Духа от Сына в качестве доказательства Его предвечного от Него существования. Но, говорит он, «написано и что Он воздвигнут [от мертвых] и вознесен Отцом, но также и что Сам воскрес и вознесся: первое по благоволению, а второе — по власти» [338]. Итак, поскольку и Дух Святой, хотя и от Сына послан, но и Сам от Себя пришел к нам, то про одно следует говорить, что это по благоволению, а про другое — что по власти, а не бессмысленно вводить на основании этого новый тропос существования божественного Духа.

45. Кроме же сего, тезоименитого богословию, и великий Василий нигде не обретается говорящим, будто и от Сына [исходит] Дух. Если же в главах к евномианам о божественном Духе он и говорит, что Он — от Отца через Сына, то в тех же самых главах, став истолкователем себя самого, четко разъяснил, что говорит это о преподаянии, написав: «что Дух — от Бога, о том ясно возвестил апостол, говоря: прияхом Духа, иже от Бога [339]. И что Дух явился через Сына, он сделал ясным, наименовав Его Духом Сына, как и [Духом] Божьим, и к тому же назвав умом Христовым, как и Божьим Духом — наподобие [дыхания] человеческого» [340].

Видишь, что от Бога, то есть, от Отца, Он имеет бытие, а через Сына имеет подаваться и являться? И как Дух {стр. 133} Сына именуется и умом, но не [сущим] от Сына, как и [ум] человека [не от него самого]? Ибо и у сего [то есть, человека] есть собственный его дух и ум, но не [исходящий] от него, если только не по действию. Это же самое проясняя еще лучше, этот великий [учитель] в другом месте говорит: «Дух связан с Сыном, неразрывно с Которым Он воспринимается, а бытие имеет происходящим от причины Отца, от Которого и исходит, то имея отличительным признаком Своего ипостасного существования, что Он после Сына и вместе с Ним познается и от Отца осуществляется. А Сын, через Себя и вместе с Самим Собою делающий известным и исходящего от Отца Духа, один лишь единородно воссияв от нерожденного Света, ничего в плане отличающих [Ипостаси одну от другой] признаков не имеет общего с Отцом и Святым Духом» [341].

Слышишь ли об отличительном признаке ипостаси Святого Духа, что он состоит в том, чтобы познаваться через Сына, а не обладать бытием от Него, но от Отца осуществляться? И Сам ведь Господь, говоря в Евангелиях: Егда же приидет Утешитель, Егоже Аз послю вам от Отца, Дух истины, иже от Отца исходит [342], не показал ли, что отличительным признаком Духа является исходить, а Отца — изводить, потому что оба эти [признака] для Них суть ипостасные, а ипостасное является отличающим? Итак, не имея, согласно великому Василию, ничего общего с Отцом в том, что относится к отличающим Его признакам, Сын не будет обладать и свойством изводить.

46. По этой причине он же снова говорит [в Слове] к Евномианам о Святом Духе: «Сын Божий — плод святой от {стр. 134} Святого, присносущий от Присносущего, Духа Святого податель ко осуществлению и образованию твари» [343]. Видишь, что Сын — податель Духа, а не осуществитель? И что подаяние от Сына [бывает] по [определенной] причине, дабы Духом осуществить и образовать тварь? Обрати же внимание и на следующее: «Отъемлющий Сына, — говорит он, — отъял начало сотворения всяческих, потому что в начале существования всего стоит Слово Божие, Которым вся быша [344]» [345]. Ты видишь? Прежде существования (ύποστάσεως) всяческих, но не [прежде] ипостаси Святого Духа стоит Божие Слово, и является началом сотворения всяческих, а не существования (ύπάρξεως) Духа. Как же великий Василий, желая здесь возвеличить Сына, если бы можно было назвать Его началом божественного Духа, как через Него имеющего бытие, не назвал бы [Его так], но лишь раздаятелем Его, а началом — одной лишь получившей через Него бытие твари?