Всеслав Соло - Переодетые в чужие тела

-- Прекратите! -- воскликнула девушка и Миша замолчал. Юля тихо всхлипывала, пожимая красивыми изгибами плеч. -- Извините... Извините меня, -- сказала она, -- что было потом?

-- Может... -- хотел было остановить свое повествование молодой человек, но девушка оборвала его и потребовала:

-- Продолжайте... Что... -- Юля говорила сквозь всхлипы и слезы с огромным трудом заставляя себя успокаиваться, -- было, -- она перевела снова запнувшееся дыхание, -- дальше? Что... было дальше? -- повторила она свой вопрос более отчетливо.

-- Хорошо, -- определился молодой человек и решился закончить коротко. -- Кто-то вызвал скорую помощь, милицию, потом... -- молодой человек смолчал несколько секунд, -- потом Василия Федоровича увезли в больницу... -- сказал он и как бы спохватившись: добавил, -- в психиатрическую.

-- И все? -- тяжело переведя дыхание, уко-рительно спросила рассказчика Юля.

Она почти успокоилась и теперь сидела и смотрела в упор на молодого человека так, будто на что-то про себя решалась.

-- Это все, Юля, -- твердо обозначил молодой человек то, что он больше ничего не знает.

-- Ладно, -- сказала девушка немного оживляясь, -- пусть так. Но тогда как же вы,

Миша, объясните вчерашнее!?

-- Вы имеете ввиду Юсман и Веру? -- осторожно осведомился молодой человек.

-- Да, -- отчеканила девушка, -- откуда появились они?!

-- Но все очень просто! Стечение обстоятельств! -- вежливо парировал Миша.

-- И каковы же они, эти обстоятельства?

-- Дело в том, что когда увезли вашего отца в больницу, то я попытался тут же дозвониться до вас, Юленька, чтобы все рассказать, но... ваш телефон молчал, видимо вас не было дома.

-- В котором часу вы звонили? -- уточнила девушка.

-- Где-то, по-моему, около трех, в четвертом -- точнее сказать не могу.

-- В это время я была в университете, -- внезапно опечалившись, подтвердила Юля, ее оживленность спадала на глазах.

-- Ну вот, видите, -- обрадовался Миша, -- и тогда я позвонил Виктории Леонидовне.

-- Кто это? -- все так же печально и даже теперь безразлично спросила девушка.

-- Юсман, которая вчера...

-- Да, я вспомнила. Но почему именно ей?

-- Так получилось: первый номер телефона в моей записной книжке, попавшийся мне на глаза в той суматохе, принадлежал Виктории Леонидовне. Я искал такого человека, который бы неплохо знал и меня и Василия Федоровича.

-- А вы откуда знаете Юсман, "неплохо", если не секрет?

-- Да так... -- замялся молодой человек.

-- Извините меня за глупый вопрос, Миша.

-- Ничего страшного, Юленька, -- опустивши глаза, подытожил умолчание ответа молодой человек. -- Юсман, -- продолжил он, -- она, по счастливой случайности, оказалась психологом, да еще имеющим, как я узнал от нее по телефону, когда дозвонился ей, хорошую знакомую-психиатра, практикующего в одном из психиатричес-ких заведений. Она попросила меня перезвонить ей через полчаса. Я перезвонил и тут -- неожиданность! Та самая, знакомая Виктории Леонидовны, Юсман дозвонилась ей, оказалась... В общем, игра судьбы да и только -- Василий Федорович явился ее пациентом.

-- И эту знакомую зовут Вера?

-- Да, Юленька. Она, как Вы помните, вчера приходила, и она обещала сегодня позвонить.

-- Но почему вы решили, Миша позвонить кому-нибудь, почему? Здравый смысл подсказывает мне, что в такой ситуации, прежде всего, вы все-таки должны были разыскать меня.

-- Да, но вас не оказалось!

-- Ну, и что!? Поехали бы в университет или непосредственно ко мне домой, дождались бы!

-- Это сейчас легко говорить об этом, Юля, но вчера я испугался, что Василия Федоровича..., что Василий Федорович... Я боялся за него и не хотел медлить, больше я не знаю, что мне вам такое сказать, чтобы вы поняли, почему я так поступил, -- сказал молодой человек и замолчал, виновато опустивши голову, будто ожидая приговора.

-- Складная сказка, -- проговорила отрешенно девушка.

-- Зачем же вы так, Юленька? -- словно попросил о пощаде Миша, -- это все правда.

-- Не обижайтесь, Миша. Я не имела ввиду не верить вам. Просто... -Юля всхлипнула, -- я не желаю верить в это! -- вскричала она и тут же успокоилась и взяла себя в руки.

-- Вы сегодня сходите со мной к папе? -- жа-лобно спросила молодого человека девушка.

-- Да. Я провожу вас туда и обратно, если хотите, но...

-- Что... "но"?

-- Но я с ним встречаться не буду, -- определился Миша.

-- Почему? Вы чего-то боитесь?

-- Да, я боюсь.

-- Но чего? Если то, что вы рассказали так и есть, то о каком страхе может идти речь?

-- Я боюсь не за себя, а за вашего отца: мое появление не исключено, но все-таки может вызвать у него новый рецидив болезни. Думаю, что не стоит рисковать.

-- Об этом я не подумала. Вы правы, Миша. Извините меня, пожалуйста.

-- Ничего страшного. Вас можно понять, Юленька.

Раздался телефонный звонок.

-- Можно я? -- спросил молодой человек у девушки разрешения на то, чтобы самому снять трубку.

-- Конечно, -- согласилась Юля, и остановивши свой порыв к телефону, вся насторожилась.

Миша снял трубку.

-- Алло, -- спокойно сказал он.-- Здравствуйте, -- потом он... помолчал немного, выслушивая кого-то, и на секундочку прикрывши ладонью трубку, шепнул в сторону девушки: -- это Вера. -- Юля не спеша и стараясь не производить шума, аккуратно присела в кресло и снова целиком насторожилась. -- Да, я знаю об этом, -- продолжал говорить по телефону Миша, -- извините, Вера, одну минуточку... Я хотел спросить, Юленька очень волнуется, можно ли ей сегодня посетить отца хотя бы не надолго?.. -- девушка крепко сцепила свои руки. -- Понимаю, -- озадаченно проговорил молодой человек, отвечая Вере, выслушавши ее ответ. -- Но... Как же тогда быть?... ... Что ж... Постараюсь... Но... -- Миша мельком взглянул на Юлю. -- Сделаю все от меня зависящее... До свидания, Вера, -- печально произнес последнюю фразу по телефону молодой человек и положил трубку на аппарат.

...

Некоторое время Миша прохаживался по го-стиной, потом... медленно и мягко присел в свое кресло.

-- Что же вы молчите? -- не выдержала на-растающей тяжести паузы девушка.

-- К отцу вам сегодня... нельзя, -- подытожил свое молчание молодой человек.

-- Я пойду. В какой он больнице? -- встрепенулась девушка и решительно поднялась из кресла.

-- К нему вас не пустят сегодня и я полагаю... во многие ближайшие дни тоже, -- остановил порыв девушки Миша и она... чуть-чуть еще постояв у кресла, стала заметно обмякать и слабеть на глазах, словно надувная игрушка, из которой выдернули пробку. В конце концов, девушка подкошенно рухнула в кресло. -- Что вы?! Что с вами!? Юленька!! -- торопливо спрашивал Миша девушку. В один прыжок он успел подскочить к ее креслу и уловить падающую в него Юлю.

Нежно он похлопывал ее по щекам и не сильно встряхнул за плечи.

Юля пришла в себя.

-- Голова закружилась, я почти не спала, -

сухо проговорила она.

-- Слава Богу... Может, вам лучше прилечь? -- предложил молодой человек..

-- Может и так, Миша.

С минуту они оба молчали.

-- Почему к нему нельзя? -- спросила Юля.

-- Он тяжело болен сейчас. Вера сказала, должен пройти кризис.

-- А когда он пройдет? -- задавая вопрос, девушка оперлась на плечи молодому человеку. Миша сидел на корточках у ее ног.

-- Нам остается ждать, -- сказал он.

-- И надеяться, -- добавила его ответ девушка, -- как это обычно говорят в таких случаях, -- пытаясь защититься улыбкой неудачно искривившей ее приветливые губы, сказала она.

-- Не надо так, Юленька. Все будет хорошо. Все должно быть хорошо, обязательно. Я помогу вам, чем только смогу.

-- А знаете, -- грустно и задумчиво обратилась девушка к Мише, -- я сейчас, только что, подумала... Можете вы остаться жить здесь, пока не вернется папа.

Они смотрели глаза в глаза, словно угадывая намерения друг друга.

-- Вам покажется смешно или удивительно, Юленька, но я... только что подумал об этом же, -- сказал Миша.

Находка

Сразу же после завтрака Миша ушел, как он объяснился, "на тренировку и по делам", и Юля оставалась дома одна. Сегодня у девушки был выходной.

Вначале, ей вспомнилось -- она забыла спросить у Миши, что он делал в папином кабинете и... с кем и о чем потом говорил по телефону, когда она стояла в прихожей и справлялась со своими переживаниями? Девушка откровенно посетовала на собственную неуклюжесть общения и забывчивость.

Потом Юля, проходя мимо двери в кабинет отца, остановилась возле нее и долго, переполняемая печальными чувствами одиночества, не решалась на действие, прислушивалась. В кабинете оставалась неподкупная для сомнений -отчетливая тишина.

Продолжительно убеждая и объединяя себя в своем устремлении, Юля, все-таки покорила отношение к двери у себя в душе, что позволило девушке открыть эту дверь и наконец осторожно войти в кабинет.

Первое, что бросилось в глаза девушке, пер-вое, на чем остановился ее изучающий расположение вещей и предметов в папиной комнате, взгляд, это не задвинутый до конца один из ящиков стола.