Павел Юнгеров - Введение в Ветхий Завет. Книга 1

Нечего и добавлять, что перечисленные католические комментарии имеют строго ортодоксальный, часто апологетический характер, наполнены множеством цитат и выписок из древних святоотеческих толкований и лучших позднейших ортодоксального направления католических, нередко и протестантских, трудов. Особенно богаты ими комментарии в Cursus scripturae sacrae. Ценны здесь и библиологические отделы: почти на каждую Священную книгу излагается история толкования ее. Вообще, снова повторяем, это — полезнейшее для современного православного богослова издание. Но и другие поименованные католические комментарии для православного богослова очень полезны.

В ХХ-м веке новых крупных комментариев на все ветхозаветные книги не появлялось пока, лишь продолжали издаваться отдельные части начатых уже общих изданий. Не можем умолчать лишь о последнем библейском труде неутомимейшего и плодовитейшего католического современного писателя-библеиста, Вигуру. La sainte Bible Polyglotte (Par. 1900-1906 гг. На Евангелия и Деяния изд. в 1907 г., а на остальные новозаветные книги еще не издана эта полиглотта). Здесь содержится греческий, еврейский, латинский и французский тексты Библии, к греческому тексту LXX приданы многочисленные варианты, есть и переводы трудных мест. Вообще это издание очень ценно [468].

В обзоре иностранной экзегетической литературы, до перехода к русской экзегетике, хотелось бы обозреть более близкую нам православно-восточную, особенно у потомков Отцов Церкви, греческую экзегетику. Но, при всем нашем желании и сношениях по этому поводу [469], мы ничего не могли узнать, кроме следующих двух трудов: 'Ανθύμος. Ερμηνεία eiς τους 150 ψαλμούς του προφ. Δαβίδ. Εν Ιερουσαλίμοις (1855 г.) и журнала: Εξηγητής (за 1893-1894 гг.), в Марсели издававшегося архим. Григорием Зигавеном. В первом объясняется Псалтирь, в святоотеческом и морально христианском направлении, а во введении автор обнаруживает знакомство с западной библиологической литературой. Во втором помещались статьи экзегетического характера на ветхозаветные книги. Но он давно уже прекратился.

Толкование ветхозаветных книг в России.

В России толковательные труды стали появляться вскоре после принятия христианства, но, конечно, не самостоятельные, а переводные. Так, в IX столетии Иоанн, экзарх Болгарский, составил из святоотеческих толкований свой Шестоднев, распространившийся и в России. Вскоре же появилось в славянском переводе толкование св. Афанасия на псалмы и пророков, которое также распространялось в России. В начале XV века на Афоне был составлен славянский перевод катэны Никифора Гераклейского на книгу Иова, из Олимпиодора, Полихрония и других толковников, а также бесед Иоанна Златоуста на Бытие. И этот перевод распространялся в России. Особенное внимание переводчиков сосредоточивалось на толкованиях на Псалтирь, в виду множества первых и церковного и домашнего употребления второй. Так, в XVI веке Максим Грек и его сотрудники перевели «Великое собрание отеческих толкований на Псалтирь», т. е. обширную катэну. В Новгороде тогда же Димитрий Герасимов перевел с латинского языка толкование на Псалтирь Брюнона. Тогда же переведены были Беседы на Псалмы Василия Великого. В XVII веке Епифаний Славеницкий перевел Шестоднев Василия Великого. Кроме того в России распространены были в славянском переводе толкования на Псалтирь бл. Феодорита.

С половины XVIII века, со времени устроения духовно-учебных заведений и их духовного роста, стали появляться, сначала в рукописи, а потом и в печати, и самостоятельные толковательные труды. Как и естественно ожидать, они стали появляться близ академий и от лиц!, стоявших во главе последних. Так, ученик и ректор Московской академии (с 1761 г.), впоследствии Новгородский митрополит Гавриил, составил объяснение на некоторые Псалмы, оставшееся в рукописи. Преосв. Феофилакт (Горский), также ученик и ректор Московской академии (до 1758 г.), впоследствии епископ Коломенский, составил Гармонию и Толкование парафрастическое на все Священное Писание, также оставшееся в рукописи. Амвросий (Серебренников), бывший префект Троицкой семинарии, впоследствии архиепископ Екатеринославский, составил толкование на Иезекииля, также не напечатанное. Амвросий (Подобедов), префект и ректор Московской академии, впоследствии митрополит С.-Петербургский, написал Руководство к изучению Св. Писания Ветхого и Нового Завета, которое было напечатано (М. 1799 и позднее) и служило очень долгое время учебным руководством. Напечатано также Толкование преосвященного Иринея (Клементьевского), епископа Псковского, на Псалтирь, Даниила и малых пророков (М. 1787, 1805-21, 1814 и позднее издания есть). В этом почтенном труде автор обстоятельно, по славянскому переводу с нередким, впрочем, уклонением и к еврейскому тексту, объясняет Священные книги, в святоотеческом духе, с историческими и общебогословскими сведениями, назидательными выводами и т. п. И доселе очень ценен этот труд для православного русского богослова. Преосвященный Феоктист, бывший воспитанник Киевской академии, впоследствии епископ Курский, издал и напечатал (в 1808 г.) «Драхму от сокровища Священного Писания Ветхого и Нового Завета», т. е. сборник герменевтических правил. Преосвященный Иннокентий, бывший ректор С.-Петербургской семинарии, впоследствии епископ Пензенский, составил толкование на 1 и 2 псалмы. Преосвященный Антоний (Знаменский), также бывший ректор Петербургской академии, впоследствии епископ Ярославский, составил на латинском языке Compendium Hermenevticae (1806 г.). Никифор Феотоки, грек, архиепископ Астраханский, издал в Лейпциге катэну на Осьмикнижие (Быт. — Суд.) и на кн. Царств на греческом языке (в 1772-1773 гг.). Евгений Булгар, также грек, архиепископ Херсонский, напечатал в Вене на греческом языке экзегетические примечания на Пятикнижие (1801 г.). Остается, конечно, пожалеть, что поименованные ценные труды остались неизвестны большинству русских богословов и бесследно пропали для русской экзегетики.

В начале XIX-го века в преобразованных по Уставу 1808-1814 гг. духовных академиях введено было преподавание Св. Писания «соответственно современному уровню на Западе библейской науки и на одной линии с последними открытиями науки». Но плодов для экзегетики оказалось мало от этого. Всего появилось два ценных труда: митр. Филарета, бывшего ректора Петербургской академии, впоследствии митрополита Московского: Записки на книгу Бытия (Спб. 1816, 1819, М. 1867 г.), и прот. Павского, бывшего профессора Петербургской академии: Обозрение книги Псалмов (Спб. 1814 г.). Оба эти труда, действительно, соответствовали современному им на Западе научному уровню экзегетики. Кроме того, первый проникнут глубокими православно-богословскими мыслями своего великого автора, а второй обнаруживает обширную археологическую и филологическую эрудицию автора. Следующие труды, и более низкого при том достоинства, появляются много позже. Так, в 1848 г. издан труд преосвященного Игнатия «Примечания к чтению Св. Писания», а в 1844 и 1857 г. Савваитова «Библейская Герменевтика». Оба труда малоценны. В начале 60-х годов, в эпоху общего духовного подъема в России, изданы труды о. Феодора Бухарева: о великих пророках, Иове, Песни Песней, Плаче и 3-й книге Ездры (в 1861-1864 гг.). Преимущественно они имеют характер исагогический и кратко обозревают содержание и основные мысли Священных книг. Тогда же изданы краткие подстрочные экзегетические примечания преосв. Агафангела: на книгу Иова (1861 г.) и Премудрость Сираха (1860 г.); учебные Исагогики: Хергозерского (1860), Смарагдова (1861), Лебедева (1860). Со времени преобразования духовных семинарий в 1867 году, когда введено было в семинарии последовательное чтение и объяснение Священных книг, стали появляться учебники Афанасьева, Хераскова, позднее: Нарцисова, Спасского, Гавриловского и др. В них отрывочно изъяснялись лишь места, отмеченные в программе, и отдельные библейские тексты, иногда довольно обстоятельно, но всегда «по учебному» и для учебных целей и потребностей. В общий смысл Священных книг и течение речи священного писателя авторы не входили и не обозревали их. С сравнительно большей последовательностью объяснены книги пророка Даниила и малых пророков (Рязань, 1872-1874 гг.) Ив. Смирновым (ныне преосвященный Рижский Иоанн); на книги малых пророков переведено объяснение Ружемона (Спб. 1881 г.). На Псалтирь изданы были краткие объяснения преосвященным Палладием, епископом Сарапульским (М. 1872 г.), и митрополитом Арсением (К. 1873 г.). У первого более кратко, с выдержками из отеческих толкований, объяснена, частью по славянскому, частью по русскому переводу вся Псалтирь. У второго объяснены первые 26 псалмов очень подробно, преимущественно в морально-назидательном смысле. Сделаны также переводы и изданы в этих переводах немалочисленные отеческие толкования на Псалтирь: св. Афанасия, бл. Феодорита, Иоанна Златоуста, Василия Великого и Евфимия Зигабена. Таким образом, современный православный русский толковник имеет возможность по русской литературе ознакомиться с отеческим изъяснением Псалтири. Переведены отеческие толкования Ефрема Сирина, Кирилла Александрийского, Иеронима, Феодорита, Августина и на другие ветхозаветные книги. И с этими переводами также русский толковник имеет полную возможность ознакомиться [470]. Ценно изъяснение, особенно на Пятикнижие и Исаию, г. Властова: Священная летопись первых времен мира и человека (Спб. 1875-1898 г.). Здесь автор уделяет, если не очень много места последовательному, а тем более текстуальному (совершенно отсутствующему) объяснению, то много апологии по вне-библейским памятникам. Особенно богато таковыми вставочными рассуждениями Пятикнижие (1-3 ч.) и последовательными согласованиями с этими памятниками книга Исаии (5 ч.). На исторические и учительные книги (4-й вып.) его объяснение кратко и спорадично, в виде отдельных замечаний [471].