Митрополит Вениамин Федченков - Два сорокоуста

†

Одному лицу было необычное сновидение, указующее, что ему (и мне вместе) предстоит путь: “на север”.

За явившегося умершего я и всегда молюсь с любовию...

†

Вот от мыслей “за” решение Митрополита Сергия и за мою подписку всегда хорошо бывает на душе.

Но к подписке нужно прибавить, хотя бы словами самого же Митрополита Сергия: “Вера и Православие, и христианская жизнь остаются незыблемыми”... Или из Слова Божия: “Бога подобает слушаться больше, чем людей” (Деян. гл. 4), если они потребуют иного, чем повелевает Христово Учение... И тогда, с такою оговоркою, совесть будет спокойна.

17/30 сентября

ШЕСТНАДЦАТАЯ ЛИТУРГИЯ

Ныне снова исповедался... Нужно положиться на волю Божию в дальнейшем.

Святый Апостол первый (Еф. 1, 7-17) говорил о вере во Христа Распятого, Кровью Которого мы искуплены.

Пришли такие мысли: главный предмет проповеди - Христос Господь... т. е. именно Его Лицо и Его Дело... И даже не учение о чем бы то ни было (любви ли, нестяжательности ли, или даже будущей жизни). Нет, именно о НЕМ САМОМ нужно говорить, с Ним соединять - верою, любовию, молитвою и таинствами - челоеческие души. А все прочее придет само собою. Кроме же благовестия о Нем как:

1) воплотившемся Сыне Божием, нужно проповедывать о Его страданиях за нас;

2) искупившим нас грешных... Это ведь суть всего. А уж потом

3) о безсмертной жизни, о приготовлении к ней... Но это все не главное: главное - Лицо Искупителя Сына Божия.

†

Еще в Апостоле обратил внимание на слова, что Бог “все действует по воле Своей”... Другой Апостол был вчерашний - о скорбях.

Все по воле Божией!

†

Божественное Евангелие говорило о насыщении 4000 человек 7 хлебами и немногими рыбками.

...Ведь, все это было, воистину было... Тысячи свидетелей были. Значит очевидно, что Господь Иисус Христос и теперь может давать хлеб людям, сколько хочешь... Лишь бы мы были достойны (три дня слушали Его, некоторые “пришли издалека”)... Чего же нам смущаться?! Веруй и живи по вере, и будет все прочее. Подробность: “Милосердствую о народе”, -говорил Господь... Пожалел народ.

†

Другое Евангелие об исцелении кровоточивой женщины. Все было легко Ему!

†

И стали мне приходить мысли: до нынешнего дня довольно мучился вопросом о самом решении; должно дальше заняться вопросом уже положительным: а что дальше? Чем жить? Что благовествовать ?

И, может быть, уже наступит перелом в моих молитвах и мыслях: просить не о решении, а о последующем.

Помню и при сорокоусте за Святейшего Патриарха Тихона успокоение пришло после 14-15 Литургий: правильно ли он шел? Не предал ли он Христа?.. И когда сказал я: “да, правильно!” - тогда наступил мир. Дай, Господи, и здесь также!

Вот только писем с Афона жду; может быть, ныне придут... Дай Бог!

И если и оттуда “против”, тогда должно задуматься снова. Но и тогда решить по совести - на свою ответственность. Ибо: а) дано послушание от Митрополита Сергия (нельзя же пренебрегать им) и б) я - епископ, обязанный сам решить.

Господь, “действующий все по совету воли Своея” да устроит все Сам!

†

Были мысли о смерти... Ну что же, если и помереть! Ведь, жизнь там, а здесь одна туча... И душа спокойно слушала это.

†

После служил молебен святым Софии, Вере, Надежде и Любви... И особенно поминал свою бабушку по матери - Надежду: святая она была. Кротчайшая... Никто не видел ее раздраженною... Умерла удивительно тихо, ночью, на моих глазах: мне было тогда 6-7 лет... Святая смерть! Просил ее помощи.

†

У обиженного вчера просил прощения, и тихо стало на душе. И странно: я будто унизил себя, а между тем чувство, что это усилило меня... Божия благодать - сила, а человеческая сила - безсилие...

18 сентября /1 октября

СЕМНАДЦАТАЯ ЛИТУРГИЯ

Снова вчера получил тяжкие письма против подписки. Один из друзей пишет: “Ваше мнение здесь произвело большое впечатление; но видимо, никто из судителей ничего не понимает. Они смешивают политику с Церковью... Ведь Церковь-то для них “постольку-поскольку”. Я их и слушать не хочу: одно лицемерие глубочайшее. Пусть это резко и даже неверно, преувеличенно, худо... Но значит, люди в недоумении...”

Другой автор считает, что я продался сатане и т. д.

И опять стало тяжко на душе... Опять все заныло, заныло...

Служу... А об этом только и думается... Литургия... Всегда на ней легче бывает. А ныне даже после нее нелегко было. Тогда я стал служить молебен многим святым. Молился усердно, и стало все тише, и опять успокоилось сердце...

А уж сколько мыслей пробежало, и счета нет.

Поэтому отмечу лишь некоторые из них, а особенно одно новое, главное настроение.

†

Апостол Божий говорил ныне о свободном вкушении “идоложертвенного”... Прослушав, я сначала уловил лишь следующее: “Все мне позволительно... но не все назидает (других). Никто не ищи своего, но каждый пользы другого” (1 Кор. 10, 23-24). О других думай -мелькнула мысль... Но как-то скоро прочитался Апостол, и большого следа не осталось. Но все же основная мысль захватила душу: “о других подумай”. Полезно ли это? На сердце опять безпокойно стало.

†

Стал читать я Евангелие Святое - о конце мipa. О дне и часе никто не знает... Признак: жили, как всегда... Не ждали то есть. А после разделение: одни к Господу, другие же будут оставлены Им. Итак, бодорствуйте! Будьте готовы.

†

На молебне открылось Евангелие об исцелении сына царедворца в Капернауме... “Если не увидете знамений и чудес, не уверуете”, -сказал Господь с упреком, и быть может, не столько ему, сколько иудеям... Но все равно: кому. Это было второе чудо в Кане (Ин. 4, 46-54). Мне тоже послышался упрек, что я требую каких-то особенных откровений и указаний (“знамений”) воли Божией; тогда как достаточно было бы голоса собственной совести, разума, веры.

†

После молебна, успокоившись, я подошел к клиросу и просто посмотрел из любопытности читанный Апостол об идоложертвенном... Прочитал его со вниманием... И вдруг набежали новые мысли о третьем исходе - то главное, о чем я и должен записать...

Перепишу Апостол дальше: ищи “каждый пользы другого. Все, что продается на торгу, ешьте без всякого изследования для спокойствия (вставка русского перевода. - Авт.) совести (лучше “со” спокойной совестью своею. - Авт.); ибо Господня земля, и что наполняет ее (Пс. 23, 1). Если кто из неверных позовет вас, и вы захотите пойти, - то все, предлагаемое вам, ешьте без всякого изследования, для совести. Но если кто скажет вам: это идоложертвенное, - то не ешьте ради того, кто объявил вам, и ради совести; ибо Господня земля, и что наполняет ее. Совесть же разумею не свою, а другого; ибо для чего моей свободе быть судимой чужой совестью?”

Напишу и дальше до конца главы...

“Если я с благодарением принимаю пищу, то для чего порицать меня за то, за что я благодарю? Итак, едите ли, пьете ли или иное что делаете, все делайте в славу Божию. НЕ ПОДАВАЙТЕ СОБЛАЗНА НИ ИУДЕЯМ, НИ ЕЛ-ЛИНАМ, НИ ЦЕРКВИ БОЖИЕЙ, так как и я угождаю всем, ища не своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись” (1 Кор. 10, 23-33).

Суть дела была такова: язычники, принося жертву идолам, большую часть жертвенного после съедали дома или с гостями. У некоторых были знакомые христиане; и являлся вопрос: можно ли есть такое мясо? Ответ: можно, если никого это не соблазняет.

Или другой случай: остатки от жертвы продавались на базаре. Как быть христианам. Покупайте, если никто не соблазняется.

Итак, по существу “все мне позволительно”; но педагогически нужно смотреть на пользу ближнего... И вот подумалось мне: я правильно смотрю на лояльность; по существу считаю это позволительным. Но многие “недоумевают” и “соблазняются”, будто я вступаю в общение духовное, внутреннее с безбожной властью, гонительницей всякой веры (как там через мясо вступали в общение будто бы с идолами). А если соблазняются, то угождая ближним (а таких огромное большинство за границей), не должен ли я ради одного этого отказаться от решения моего, хотя бы по существу правильного? Это уступка ради славы Божией. И эта мысль о третьем исходе - отказе от дозволенного - глубоко проникла в мою душу. И мне сделалось от нее мирно, спокойно на душе...

Итак, мне бывает мирно от двух исходов: согласия и уступки. А третий исход - неисполнение - болезненен для души. Вот какова новая, и весьма важная, мысль!

И чувствую, что это возможно мне осуществить...

Придется написать или в газеты, или самому Митрополиту Сергию. Я готов послушаться и признаю по существу правильным, но для “церкви Божией” в эмиграции и даже для иудеев (иных вер и исповеданий) и еллинов (безбожников) соблазн. Посему, донося об этом, прошу (чего? тут не ясно поведение)... считать меня официально не подавшим (а в газетах сказать: не подаю заявления, да и действительно не подаю; или проще: посему заявление о лояльности не подаю).