Николай Скабаланович - Византийское государство и Церковь в XI в.: От смерти Василия II Болгаробойцы до воцарения Алексея I Комнина: В 2–х кн.

Позже французских норманнов стали поступать на византийскую службу немцы. Первое упоминание о немецких наемниках встречаем при Романе Диогене во время похода 1069 г., когда какой-то знатный немец наушничал императору на Роберта Криспина. Очевидно, в походе участвовал немецкий отряд, в состав которого входил и этот немец. В рассказе о походе 1071 г. есть эпизод, из которого можно сделать некоторые заключения о значении немецкого отряда. Когда Роман Диоген стоял лагерем у источника Крии, между Кесарией и Севастией, наемные иноземцы беспощадно разорили окрестности и выпасли посевы скотом. Император по этому поводу сурово обошелся с некоторыми из немцев. Те воспламенились гневом и с варварским безумием дерзко поднялись на защиту своих прав, сели на лошадей и приготовились выступить против царской палатки и самого царя. Когда намерение их сделалось известно, в лагере произошла тревога и царь отдал приказ о войне (с немцами). Когда он сел на лошадь и двинулся строем, готовый к битве, это устрашило иноземцев. Заключив с ними договор, царь отвел им крайнее место, взамен прежней близости и службы в телохранителях, полагая в этом единственное наказание за их преступление.[2216] Последние слова показывают, что немцы начали службу в рядах византийской армии в качестве не простых союзников, но лейб-гвардии, были телохранителями. Свое положение они удерживали недолго: за возмущение 1071 г. они были лишены звания телохранителей и низведены в разряд обыкновенных наемников. Как простых наемников, видим их и после Диогена. Немцы (’Αλαμάνοι) участвовали в усмирении болгарского восстания при Михаиле Парапинаке, ознаменовав свое участие тем, что, вместе с норманнами, разрушили дворец болгарских царей в Преспе и разграбили находившийся здесь храм св. Ахилла.[2217] При осаде Константинополя Алексеем Комнином немцы охраняли башню над Харсийскими воротами и, польстившись на золото Комнина, изменили Вотаниату.[2218]

Из азиатских народов Византия, кроме арабов, которые, как выше упомянуто, служили в варягах, но могли также находиться и в числе простых наемников,[2219] изредка обращалась к содействию грузин, чаще — к содействию турок. Грузины упоминаются Ибн-ал-Атиром[2220] в числе войск, бывших в армии Романа Диогена во время похода его против турок. При Парапинаке был отправлен в Грузию Михаил Палеолог для найма войска против Урселя. Палеолог собрал около шести тысяч, но медлил с уплатой им жалованья; грузины долго настаивали, чтобы деньги были им заплачены, но не получив желаемого, разошлись по домам, — остались только немногие.[2221] Турки, как показывает пример Амертика,[2222] еще при Михаиле Стратиотике стали поступать на византийскую службу, но особенно усердно византийское правительство пользовалось их услугами, начиная с Михаила Парапинака.[2223]

На правах союзных народов несли военную службу и некоторые народности, жившие на землях Византийской империи, а именно: армяне, павликиане, печенеги с узами и албанцы.[2224] Великоармянские владетели, получившие в Малой Армении земли, в обмен на уступленные ими Византии города и области, должны были поставлять вспомогательное войско и главным образом снабжали пехотой, которая славилась выдержкой, нередко отличалась в делах,[2225] нередко также проявляла непостоянство и строптивость.[2226] Павликиане, выведенные из Армении Константином Копронимом и Иоанном Цимисхием и поселенные около Филиппополя, несли военную службу и участвовали в походах греков, например, в Сицилию и Италию (1041 г.), где действовали против сарацин и норманнов, возбуждая в последних удивление своим обычаем полагать знамение креста на челе одним перстом.[2227] Печенеги поселены были в пределах Империи при Константине Мономахе, в 1048-1049 гг., сначала в придунайской, потом в Болгарской феме,[2228] оба раза десятками тысяч человек, с обязательством поставлять вспомогательное союзное войско. Первый опыт службы печенегов как союзников, в 1049 г., был крайне неудачен. Печенеги, отправленные в числе 15000 против турок-сельджуков, взбунтовались, возвратились назад с азиатского берега Босфора и подали сигнал своим сородичам оставить поля Болгарской фемы для более привольной кочевой жизни за Балканами. Новое поселение на казенных византийских землях, уже в Македонской феме, произведено при Константине Дуке, в 1064 г., — поселены были главным образом узы, хотя и родственные узам печенеги получили на свою долю часть казенных земель; те и другие приняли обязательство поставлять союзное войско.[2229] Родство узов и печенегов, их соседство и совместная служба в рядах византийской армии побуждают византийских историков называть их безразлично то печенегами (Атталиот), то узами (Скилица). Узо-печенеги участвовали во всех трех походах Романа Диогена. Отправляясь в первый поход, Диоген призвал их,[2230] около Халеба посылал на фуражировку;[2231] во втором походе, когда турки были разбиты под Лариссой и обращены в бегство, узо-печенеги гнались за ними впереди других воинов, посланных для преследования;[2232] во время третьего похода на фуражировку из Феодосиополя высланы были они же,[2233] а незадолго перед сражением, окончившимся пленом Диогена, часть узо-печенегов перебежала к туркам, и это вынудило императора принять меры предосторожности относительно оставшихся и взять с них присягу на верность.[2234] Вообще, узо-печенеги исполняли роль «летучего» войска и были пускаемы в дело, когда требовалось добыть припасы, нагнать неприятеля и т. п. Они представляли собой ненадежное войско. Измена в 1071 г. могла бы еще быть оправдана родственным тяготением к туркам; но известно, что и в других случаях узо-печенеги не отличались преданностью Империи и готовы были подать руку помощи всякому претенденту, от которого можно было ожидать наживы. Ни одно возмущение в европейских фемах не обходилось без участия печенегов из-за Балкан, или узо-печенегов, живших по эту сторону Балкан.[2235] Албанцы, жившие в горах фемы Диррахия и впервые[2236] выступающие на сцену в XI в., служили, в качестве союзников Византийской империи, еще при Михаиле Пафлагоне. В конце царствования Михаила Пафлагона, при италийском дуке Михаиле Докиане, мы встречаем албанцев в Италии. Из Италии они прибыли вместе с Маниаком, сторону которого держали.[2237] Василакий считал албанцев в числе своих приверженцев.[2238]

Наемное иноземное войско сражалось под командой своих предводителей, которые не обязаны были занимаемыми ими местами византийскому правительству и держали себя с самостоятельностью и независимостью, доходившими до своеволия, во всем, что касалось внутреннего управления войском. Тем не менее византийская централизация желала наложить свою печать и на этот элемент армии, по самой природе не мирившийся с централизационной тенденцией. Разумеется, дело могло и не выходить из сферы желания, ограничиваясь существованием в административной иерархии титула, указывавшего на звание начальствовавшего войсками народов, — мы имеем в виду титул этнарха, с которым соединялось представление об управлении союзным войском έξ έθνών (из иноземцев). Иногда лицу, облеченному этим званием, вручалось фактическое командование отрядами разных народов: например, патриций Никифор Вриенний получил в 1050 г. главное начальство над отрядами франков, варягов, конных стрелков из фемы Телуха, с горы Мавра и Каркаря и отправлен был с этим сборным войском, числом около 20000, против печенегов, в звании этнарха (εθνάρχης).[2239] Но чаще это звание имел кто-нибудь из приближенных царя, никогда не выходивший из стен Византии, чтобы предводительствовать отрядами народов. Между прочим, звание этнарха носил приближенный императора Вотаниата, славянин Борилл.[2240]

В Византии была должность, которая действительно собирала в одно целое разнородный состав византийской армии, объединяла все роды войск. Это должность стратига-автократора, с которой соединены были полномочия главнокомандующего войск и которая в известном отношении аналогична с диктаторской властью древнего Рима. Полномочия стратига-автократора имели временное значение и оканчивались вместе с окончанием похода, но в пределах определенного времени они были весьма широки. Стратиг-автократор как бы заменял императора в походе, на что указывало и само его название (автократор). Случалось, что сам император отправлялся в поход во главе войска. Это соединено было с известной церемонией: раскидывалась царская палатка, оповещавшая жителей столицы об отбытии царя в поход,[2241] царские кони украшались пурпуровыми попонами, вызолоченной сбруей, седлами, напоминавшими императорский престол (δίφρον), коней окружали скороходы с большими саблями в руках.[2242] В тех случаях, когда император участвовал в походе, никогда не было назначаемо особого стратига-автократора, по той причине, что постоянный автократор был налицо. Стратиг-автократор назначался только тогда, когда император участия в походе не принимал; он временно отдавал тогда свои права над армией другому, который, занимая какую-нибудь постоянную должность, на время делался главнокомандующим. Стратиг-автократор имел главную команду над всеми войсками, из которых в данный момент слагалась армия, и над ромейскими тагмами, и над флотом, и над этериями, и над войсками народов, все командующие частями войск должны были повиноваться ему. Из стратигов-автократоров известны следующие лица: при Романе III великий этериарх, протоспафарий Феоктист, с войсками ромеев и народов отправленный в Сирию;[2243] при Михаиле Пафлагоне патриций Георгий Маниак, посланный в Италию с сухопутным войском и флотом;[2244] при Константине Мономахе Стефан Севастофор, высланный против Маниака,[2245] доместик схол Николай, ходивший против тевинского эмира,[2246] сменивший его после неудачи великий этериарх Константин,[2247] ректор Никифор, действовавший против печенегов,[2248] опять этериарх Константин — против печенегов,[2249] аколуф, патриций Михаил, — сначала против печенегов, затем (с западными стратиотами, франками и варягами) против турок, наконец (с войсками Востока и Запада) опять против печенегов;[2250] при Михаиле Стратиотике стратиг Каппадокии Вриенний, поставленный стратигом-автократором македонских тагм против турок,[2251] и доместик Востока Феодор — против восставшего Комнина;[2252] при Романе Диогене Мануил Комнин[2253] — против турок (в 1070 г., когда император оставался в столице); при Парапинаке Исаак Комнин[2254] и кесарь Иоанн[2255] — против турок.