Иоанн Блаженный (Береславский) - 300-летняя Брачная ночь Атлантиды

Греки считали: братья Диоскуры хранят спартанцев в бою, оберегают их во время странствий в дальних краях. Их любовь покровительствует гостеприимству, мореходству. Освящает самые высшие порывы любви к отечеству. Но что гораздо важнее — дает неописуемый внутренний мир, когда человек находит своего истинного ближнего. Тогда он наконец и может упокоиться с ним и в нем, вступить в чудесный диалог, который может даровать только истинный ближний свыше.

Это возможно только при одном условии: если брат твой Диоскур ниспослан с неба и мать твоя прекрасная Леда — совершенство вечнодевственной непорочности и красоты.

Я хотел бы передать в наследство своим детям негасимую диоскурову свечу.

Посмотрите, дети мои, в каком превосхищенном страстноoм братья Диоскуры блуждают среди царства теней. Никакая Медуза-Горгона или иная химера не смеет к ним приблизиться. Любовь и пребожественный брак сердец охраняют их от всякого зла. Сколько душ освобождают они! Каким утешением служат для одиноких, безысходных, немо кричащих «Помогите! Дайте пить! Откройте! Выпустите нас!»

На Олимпе Полидевк знакомит с олимпийскими богами своего брата. Но Беседам с Олимпийцами предпочитает он нескончаемый диалог любви с Кастором. В их сердца вложен неистощимый божественный потенциал. В нем тайна воплощения человека на землю — последняя и совершенная тайна диалога двух смертных — бессмертных существ, идеально выраженная в сказании о братьях Диоскурах.

Отношения двух совершенных рыцарей Греции Кастора и Полидевка не могут достичь полноты в настоящем веке. Требуется страстноoе Олимпа и страстноoе Гадеса. Новое небо и новая земля.

Чудесное сказание выходит за собственные пределы. Отношения Кастора и Полидевка вплетаются в общую всечеловеческую ткань. Человек, каков он в божественном потенциале, больше самого себя. Этим интересен Богу, ближнему и самому себе.

Необходимо проникнуть в таинственные кладовые Премудрости, чтобы увидеть человека с множеством вложенных в него божественных перспектив и даров, чтобы понять, сколь грандиозно творение перед очами Вышнего. И глубоко сокрушиться, увидев убожество человека в настоящем — его постылый материализм, виртуальную безысходность, цыплячью скорлупу и фатальные родовые программы, приводящие к вырождению и гибели…

Беллерофонт

13.08.2005. Измир

В Атлантиде не было похоти. Даже когда зачинали обычным образом (вне одного из 15-ти способов непорочного зачатия) грех не приражался.

Еще не открыто миру проклятие “традиционной” церкви. Чем больше дудят они «спаси, не казни, помилуй», тем больше распространяют суеверных страхов и грехов. Контора фарисейской праведности обращается змеевником, универсальным проклятием, насылающим зло греха на все творение.

Если церковь не может справиться с грехом, нечего ей делать на земле. Нет Бога с ней.

Необходимо развить в себе другое зрение, взойти на иную ступень и обрести свыше дар мистической интуиции чтобы непредвзято исследовать древние культуры Атлантиды и Египта.

Цивилизация греков была родом от Атлантиды, и уже этим несравнимо превосходила господипомильное убожество иудеев, христиан с их синайским законодательством, «Спасителем» и «Искупителем». Горе культуре, если в ней не смог сойти и расцвести сад вечного девства. Господипомильная образина, грехоцентрическая махина заработает на полную катушку: ады, орудия пыток, вечные муки, геенны огненные и пр. арсенал инквизиции, больше фантомированный священниками-змеями на несчастное человечество.

Грекам был бы непонятен ни «рай для фарисеев», ни рай для мусульман, ни ад для грешников, ни конечно же шедевр средневековой инквизиции и господипомильной доктрины — вечные муки. Бог наказал иудеохристианство за клевету на древних множеством гипсовых идолов и проклятых капищ с упырно-гипсовыми статуями и смехотворно-лубочными иконостасами. Фантомы, наброшенные на неповинных греков и атлантов, с лихвой вернулись христианским ‘праведникам от инквизиции’.

Помимо развитой мистической интуиции и мистического синтеза, достигших совершенства, необходимо обращение к Премудрости для раскрытия Универсума Ее таинственных законов в каждой из цивилизаций. А также Божий рыбий глаз и премирный, метаисторический престол для постижения отличительных особенностей их с 1-ой по 84-ую и 85-ю, названную Богоцивилизацией-III. А чтобы увидеть предыдущие 84 и грядущую 85-ю как единый свиток жизни, необходимо зрение обоженных, олимпийское солнечное око.

Пока столетиями вслед за церковнославянской Псалтырью, возвышенная, благородная, прекрасная, близкая к Богу культура древних называлась «бесовской», бесы наводнили их грехоцентрические капища там, где еще недавно стояли ангелы и совершалась молитва при омывающих источниках.

О, иметь мужество вступить в сражение с фантомами религиозной химеры! На такое способны только герои. Беллерофонт — один из них.

Кто он? Бог весть. Солнечное божество на белом коне, мчащееся по небу. Ослепительный муж славы Атлантиды. Атлантический архангел Михаил, борющийся с помощью морской державы (Посейдона и Премудрости — Афины Паллады) с химерами проклятых миров (победа Беллерофонта над «непобедимой» ликийской Химерой). Опять же, в категориях обоженных, в атлантических мирах отрицает иудео-христианский сглаз в сторону таинственного прошлого, этот мир чудовищной фарисейской клеветы и фатальной болезни жреческого нигилизма.

Будущее не открыто, небо запечатано и в настоящем земля плывет под ногами только потому, что кругом одни понатыканы химеры. Потому Беллерофонт -

вдохновение веры

против фарисейской химеры.

О блистательный Беллерофонт! Просияй с неба на белоснежном крылатом дивном коне Пегасе! Дождись в овидиевских «Метаморфозах» ангелом вокруг престола Зиждительного Девства в Миромаре. Сопровождай ночное шествие Брачного Чертога с возженными свечами с вершины Соловьиной горы к Успению Божией Матери под Эфесом, через Эгейское море на Грецию, к Европе.

Беллерофонт — самый прекрасный муж славы из когда-либо бывших на земле. Непорочный рыцарь, олицетворение девства. Один из сынов Пречистой Матери, рожденный в Ее неосквернимом Лоне, сколько бы ни клеветали на него конторские гадюки, сколько бы ни запечатывали его своими рескриптами, догматами, креатурами, имприматурами и пр.

Умонепостижимая красота девства. Влюбленность во Всевышнего. И сын таинственного Божества Беллерофонт. Его прекрасное имя — само по себе музыкальная симфония — достойно того чтобы перебирать его на десятиструнной лире, призывая сонмы непорочно зачатых и вечнорожденных с неба: прекрасный рыцарь Непорочности Беллерофонт.

Герой наш — как Мелхиседек в Ветхом Завете, хотя по родословной внук Сизифа (дурная, по нашим понятиям, «родовая программа» из-за того, что дед, царек Коринфа, набрался глупости перехитрить и обмануть богов, за что наказан был бессмысленным трудом вопиющего катания камня на гору). О нет! При чем здесь дед Сизиф, Коринф и прочие метрики тех, кто любят спрашивать: «Ты кто? Илья-пророк? Ну так покажи справку о рукоположении и подчинись постановлениям синедриона»? Кто воистину любит Христа, отречется сегодня от красно-коричневого мафиозно-спидового сифилически больного христианства. И тогда — о, какой тяжелый груз спадет с него! Доблестный рыцарь, станет он молиться на коленях перед открытым небом. И откроются ему тайны бывших и будущих миров…

15-ступенная лестница обожения было чем-то вроде путеводящего правила (если такие возможны были в Атлантиде).

1. . Видение себя очами Вышнего, открытие внутреннего зрения. Иное видение, сквозное, транспаративное, проходящее через стены и времена, заглядывающее в суть вещей.

2. , связанное с множеством внутренних омывающих источников и приносящие достойные плоды: прощение грехов и привитие к Древу вечной непорочности. Достойно доблестных мужей и мироносиц-жен метаноическое устремление к вершинам горнего Олимпа, к высотам Царствия. Метанойя, давно забытая фарисейскими роботами. Другой человек, новая тварь.

3. Ради достижения небесных благ . Выветривание скорлуп, теней, призраков навязчивых. Отречение от всех видов земной любви ради небесной. Отречение от всех добродетелей и богатств земных ради нетленных, вечных. То благородное самоотречение, что ведет ко второму рождению и небывалому штурму духовных высот в нескончаемом божественном потенциале внутреннего человека.

4. , несомое благолепно и трепетно.

Множество святых в Атлантиде! Едва ли не по несколько на каждый из нескончаемых храмов и соборов. Впрочем, каждое здание в Атлантиде — белый замок Грааля. Сынов проклятия, сынов погибели, сынов измены тогда не было еще. И зло рюлило как-то иначе — скорее в призрачных и химерических формах.