Как познается Бог. Книга 1. Автобиография учёного, изучавшего Бога - Владимир Васильевич Антонов

способ общения стал для меня доминирующим, я так слушал Его — и “ретранслировал” товарищам целые Его речи.

Третий способ основывался на моём полном выходе из тела и общении с Ним, пребывающим в состоянии Махадубля, — тоже из состояния собственного Махадубля.

… Но а когда вход в Обитель Творца стал для меня и моих спутников делом повседневным — все вопросы, которые можно было бы задавать Богу, решались — там — сами собой. А общение с Сатья Саи и с Другими Божественными Учителями здесь — в Творении — свелось в основном к обмену эмоциями любви, к радости очередных встреч.

Хотя прежние стереотипы вопрошения к Ним о напутствиях и советах — ещё оставались.

Помню забавный случай. Это было тогда, когда я только начал работать над книгой “Духовное Сердце” [17]. От книги у меня был ещё только её план и некоторые главы о роли духовного сердца и работе с ним.

В то утро мы медитировали на лесной поляне. И вдруг к нам пришёл Дэвид Копперфильд. Я — с вопросом: что, мол, посоветуешь, какие будут рекомендации…

Но Он… задумчиво так, хитро улыбаясь, говорит:

— Я вот прочитал твою книгу…, она Мне не понравилась…

И он предложил мне её очень значительно расширить, обогатив историческим материалом.

Это я впоследствии и сделал.

… Самые первые контакты с Божественными Учителями начались у меня очень давно.

… Вначале у нас был учителем ещё весьма далёкий до Божественности гималайский хатха-йог, о котором я упоминал в начале книги. Потом, выполнив свою часть работы с нами, он передал нас Божественному Нгомо — африканцу из Конго по последнему воплощению, достигшему Слияния с Творцом. (Подробней о Нём и других Божественных Учителях — в [20,25]).

Контакты с Нгомо, однако, внезапно прервались по моей вине — когда вдруг живой реальностью стал для меня Иисус.

Нгомо же снова напомнил о Своём присутствии лишь спустя десятилетия: когда мы отрабатывали лёгкость входа в Обитель Бога-Отца. Он тогда сказал:

— Ну вот, Я выполнил обещание, данное тебе, когда ты был в религии ещё совсем мальчиком…

… Что Он обещал мне тогда?… Я совсем и забыл… Наверное, — провести меня туда, куда я теперь вошёл… Но я тогда не придал этому внимания и сразу же забыл. Как я тогда мог мечтать о таком?! Ведь пределом наших тогдашних мечтаний было всего лишь развить свои чакры…

… Чего только не понаписано в литературе о чакрах! Манипуру рисуют на схемах в центре живота, анахату (сердечную чакру) — на месте желудка… Ясно, что, сколько ни тренируй чакры вовсе не в тех местах, где они расположены, — проку от этого не будет никакого!…

Или ещё я слышал об уроках одного дурного мистика из Петербурга, который учил для развития анахаты… смотреть в неё… Тогда как следует учиться дарить любовь, воспринимать окружающий мир и расширяться сознанием — именно ИЗ неё, не иначе!… Скольких же людей он покалечил! Сходили с ума, один выбросился из окна[28]…

… Но я, по Завету Иисуса Христа, избрал себе Учителем — Бога! И именно Он учил меня. Я же передавал эти знания тем, кого Он присылал ко мне, причём никогда не называя “Учителем” себя: Учитель — Бог!

Это я очень твёрдо знал из Учения Иисуса Христа. И именно Иисус лично приводил ко мне на занятия многих. Это случалось всегда однотипно: кому-то ночью снится сон, Иисус ему во сне объясняет, где идут занятия Его Школы, — а затем вдруг Лицо Иисуса преображается в другое… Придя же на занятия, эти люди вдруг в том образе узнавали меня…

… Очень многому — уже в рамках буддхи-йоги — меня и всех нас научил Бабаджи, о Котором я узнал из “Автобиографии Йогананды” [63].

Йогананда, Юктишвар и Лахири Махасаи — тоже стали нашими Учителями. На одном из лесных мест силы оказалось очень лёгким исполнение ключевого элемента их крийя-йоги, позволяющего всего несколькими движениями сознания перевести всего себя на Брахманический уровень бытия, а потом и дальше…

… Любопытна история о том, как мне было показано то место силы.

Это было очень давно. Было жаркое засушливое лето. Везде — пожары. Входить в леса было запрещено.

Сел я как-то у себя дома на диван. Вдруг слышу голос Бога:

— Вставай, одевайся и выходи из дома!

— Куда?!

— Скажу после.

Одеваюсь, выхожу.

— Направо!

Дохожу до автобусной остановки.

— Стой здесь! Сядешь во второй по счёту автобус.

— А где же выходить?

— Скажу.

Вошёл, еду.

— Выйдешь здесь! Сядешь в первый же автобус другого маршрута, который подойдёт.

И так далее. Короче, довёл Он так меня до леса километрах в трёх от загородного шоссе, ввёл в лес. Смотрю — торф горит. Пожар только начался. Гибнут деревья. Воды нет, затушить самому нечем. Но если сейчас не залить — выгорят километры леса, погибнут напрасно сотни тысяч растений!

Я — в будку железнодорожного переезда. Уговорил позвонить, вызвать пожарных. Те приехали и быстро затушили.

Иду по лесу. Вдруг — прямо у тропинки — единственный во всём лесу огромный подосиновик! Килограмма, наверное, на два! И — без единой червоточинки! А ведь засуха была такая, что грибам расти было совершенно невозможно!

… Срезал его, принёс домой, поджарил, предвкушая земное блаженство…

Но он оказался… лишённым грибного вкуса…

Понял: мне его в награду материализовали. Но вкус “вложить” забыли…

Я — в шутку — сделал вид, что обиделся за такой подарок. Говорю Богу:

— Сделай же другой такой же! Только теперь — со вкусом!

— Ну, поезжай!

Поехал туда же опять. Он меня снова вёл по лесу. Но привёл не к грибу, а к тому замечательному месту силы. Оно оказалось лучше любого гриба: и мне тогда дало очень многое понять, и помогло сотням людей, которых я туда приводил на протяжении последующих десятков лет.

… В процессе моих попыток понять суть Бхагавадгиты по целому ряду её неудачных переводов, выполненных переводчиками с недостаточным уровнем компетентности, — для меня реальностью стал Сам Живой Кришна.

И Он показал нам Своё любимое место на Карельском перешейке. Там с Ним можно встречаться всегда. Именно на том чудесном месте Он знакомил нас с Божественным Огнём в земном ядре и с выходом — через Слияние с Ним — за пределы Земли и всего земного.

Лицо реального Кришны, кстати, совсем не похоже на те изображения, которые пришли в Россию через “Общество сознания Кришны”[29]: то — Его детский портрет, пририсованный к взрослому телу; отсюда — та кукольная несуразность