Алексей Прийма - Реальность неведомого

Татьяна Махотина – худенькая, невысокая, востроносая, с точеной фигуркой – была и, само собой, по сей день осталась единственной в моей команде дамой с холерическим темпераментом. Меня всегда забавляло, как кардинально менялись ее манеры и повадки, когда Татьяна входила в транс на «круге». Она превращалась в человека, главной отличительной чертой в поведении которого становилось олимпийское спокойствие. Медитация, транс делали ее совершенно другой, непохожей на ту, какой бывала она в повседневной жизни.

Так вот, невозмутимая, безмятежно-флегматичная в трансе Татьяна вдруг неожиданно заволновалась, когда я надел на ее голову наушники.

– Вижу какую-то чепуху, – прошептала она, тревожно хмурясь. – Не может быть, чтобы эту картинку транслировали в мой мозг внеземляне.

– Какую картинку, Танюша?

– Красная площадь в Москве. Люди в военной форме выносят из Мавзолея гроб с телом Ленина.

– М-да-а, – молвил я врастяжку. – Действительно, бред какой-то. Попробуйте задать вопрос – в чем смысл картинки?

– Ответа нет, – сообщила Махотина после недолгой заминки.

Тяжко вздохнув, я снял с ее висков наушники и оценивающим взглядом окинул моих сотрудниц. На чью бы голову надеть теперь скобу с наушниками? Выбор пал на Наталью Гля-делкину.

Наталья – полная противоположность Татьяны. Высокая, статная, круглолицая, всегда, как, впрочем, и все остальные мои сотрудницы, с иголочки одетая и ухоженная, она была знаменита в нашей тесной компании рассудочной деловитостью, а также ровным спокойствием духа. Такой женщине я бы не колеблясь доверил руководство какой-нибудь солидной фирмой, будь у меня такая возможность.

На ее виски и опустилась в следующий момент дуга с наушниками. Надетая моей неловкой рукой, она тут же смяла тщательно уложенную прическу, замысловато вспененную копну пшенично-русых волос.

К некоторому моему удивлению, Наталья Гляделкина тоже вскоре забеспокоилась:

– Не понимаю… Идет сугубо земная информация. В ней нет ничего, так сказать, инопланетного, чужеродного. Вижу Белый дом в Москве. Он – в некотором отдалении. На переднем плане движущейся картинки – высокие дома, стоящие вдоль проспекта. Вижу арку в стене одного из домов. Из-под арки выходят строем люди. Те, что шагают впереди, несут символ двуглавого орла.

– Спросите, в чем смысл картинки?

– Мне отвечают, что они знают наше будущее.

– Не понял. Кто – «они»?

– Ну, эти… Наши «марсиане», партнеры по диалогу. Картинка, которую я сейчас вижу, – это информация из будущего, говорят они.

– Ах, вот как. Из будущего!

Должен вам тут сказать, что в апреле 1993 года (внимание, здесь и далее важную роль играют даты) вышла в свет в Москве моя написанная в январе того же года книжка, небольшая по объему. В ней я рассказал, в частности, о том, как в ходе сеансов гипноза, в который вместе с гипнотизером Валерием Авдеевым я погружал контактеров с внеземлянами, были получены две «вести из будущего». Первая: осенью 1993 года в российской столице произойдет что-то вроде почти молниеносной гражданской войны. На улицах появится боевая техника, а прицельная стрельба из автоматов будет вестись прямо из окон многоэтажных зданий. И вторая: в 1995 году на территории нашей страны будет идти какая-то затяжная внутренняя война.

Оба предсказания сбылись!!!

Октябрь 1993-го: штурм Белого дома и попутные боевые действия в его окрестностях и не только в окрестностях.

1995 год: кошмар гражданской войны в Чечне.

Но самое главное, в той книжке я давал прогноз о гипотетичном конце света на Земле.

Я привел в книжке отчеты о некоторых моих экспериментах и прочие материалы о пророчествах и предсказаниях на наше общее с вами ближайшее будущее. Все они с тревожной синхронностью били прямой наводкой в одну точку. Они содержали в себе сведения, якобы полученные из будущего и толкующие о катаклизме, который – якобы! – должен произойти на Земле во вполне обозримом будущем.

А теперь – после этой совершенно необходимой для понимания дальнейшего справки – вернемся к нашему прерванному рассказу.

– Они говорят: «Подождите. Сейчас поищем и покажем вам несколько более отдаленное будущее…», – прошептала Наталья Гляделкина, и вдруг ее начало трясти.

Голова женщины мелко задергалась вниз-вверх, как у припадочной, а тело стало совершать кругообразные движения, встряхиваемое слабыми судорогами.

– Что с вами? – обеспокоился я. – Вам плохо?

– Нет. Просто через меня идет сейчас сверху вниз поток какой-то энергии. Мне это не нравится, но я чувствую, что так надо… Вижу картинку. Очень страшную! Развалины зданий. На улице перед развалинами медленно бродят люди. А другие люди лежат неподвижно на земле. Слышу голос: «Это что-то вроде эпидемии». Все. Картинка исчезла.

– Развалины, говорите… Ну-ну… – проворчал я. – Послушайте, а вы, случаем, не разыгрываете меня? Ведь вы же, милочка, читали мою книжку про конец света…

– Да. Читала. Ну и что с того? Сейчас я рассказываю о том, что вижу. Вернее, секундой ранее видела. Были показаны развалины и было сказано про нечто вроде эпидемии.

– То есть вы тут ни при чем. Вам просто показали картинку? – переспросил недоверчиво я.

– Да. Просто показали.

Гляделкина говорила медленно, с трудом, делая большие паузы между словами. Она пребывала в достаточно глубоком медитативном трансе.

– Что ж, допустим… – процедил я. А потом, рассматривая женщину, продолжавшую мелко трястись, предположил: – А может быть, ваши незримые собеседники совершенно сознательно дурачат сейчас меня через вас? Неумно развлекаются? Подгоняют «видения» под мою гипотезу о всемирном катаклизме, сформулированную в той книжке? По неведомым причинам они хотят потрафить автору книги. Мол, молодчина, все предсказал верно… На самом же деле предсказание автора о конце света – полная чепуха. И все эти картинки, все эти разговоры об эпидемии – не более чем развесистая клюква. Очередная попытка неких эфирных вампиров-хулиганов запугать всех нас до умопомрачения…

Произнося сей краткий монолог, я вовсе не адресовывал его ни Наталье Гляделкиной, ни другим моим сотрудницам, сидевшим на «контактном круге». Я просто размышлял вслух.

– Снимите с меня наушники, – клацая зубами и сотрясаясь всем телом, прошептала Наталья умоляюще. – Снимите…

Сознание плывет. Тошнота подступает к горлу. По-моему, я нахожусь на грани обморока.

Из рассказа Инны Василиади:

– Слышу фразу: «Ситуация подготовки». Вижу мост перед Белым домом в Москве и площадь перед ним. На мосту и на площади – немало людей. Они двигаются туда-сюда, энергично перемещаются с места на место.

Различаю среди них руководителей происходящего. Они отдают какие-то команды, делают указующие жесты руками. И все это происходит без криков и излишней суеты. Все творится в атмосфере, я бы сказала, подчеркнутой деловитости.

Вот вы прочитали сейчас коротенький отчет Инны о ее «видении». Затратили на чтение несколько секунд. А между тем у нас с Инной ушло на перешептывания, на «составление отчета» не менее четырех-пяти минут.

Женщина медитировала. Ее сознание было в полузаторможенном состоянии. Работа по произношению слов оказывалась в этой ситуации именно работой, тяжким трудом. Речь то и дело прерывалась паузами. Слова подбирались с мучительным усилием. Я все время переспрашивал и уточнял.

Читая дальнейшие записи моих диалогов с дамами в условиях «контактных трансов», не забывайте, пожалуйста, об их специфике, только что обрисованной. Все последующие записи вслед за предыдущими будут очищены от бесконечных протяжных междометий, мучительных поисков нужных слов и моих тоже бесконечных уточняющих вопросов. Подчеркиваю, уточняющих, но ни в коем случае не наводящих.

Инна Василиади продолжает свой контактный монолог:

– Наплывает нечто черное… Яркая вспышка перед глазами. Началось что-то вроде ускоренной киносъемки. Мелькают лица людей, искаженные страхом.

Татьяна Махотина:

– Тихий ясный солнечный день в Москве. На улицах почему-то очень мало прохожих… И вдруг я оказываюсь на морском побережье. Четкое, неведомо откуда взявшееся знание: это берег океана. Не знаю, какого именно. Здесь творится форменный кошмар! Происходит землетрясение. Наблюдается всеобщая паника…

И опять – Наталья Гляделкина:

– Идут вихревые ураганные потоки голубовато-серого цвета. Рушатся огромные здания, небоскребы. Слышу голос: «Сан-Франциско». Туманные клубы застилают взор.

Возникает вопрос – неприятный, но деться от него некуда. Может быть, я довел моих верных сотрудниц до легкого сумасшествия? Вызвал, сам того не желая, кратковременное расстройство психики у них? Все они читали мою книжку с предсказаниями про конец света. И вот сейчас, когда вдруг на «контактный круг» выплыла неведомо откуда тема будущего, у всех моих сотрудниц дружно, разом поехала крыша, произошел сдвиг по фазе по мотивам, так сказать, той моей книжки?…