Арнольд Минделл - Самостоятельная работа над собой

Например, прямо сейчас я отождествляюсь с разговором с вами. Я слышу, как я говорю в то время, как пишу для вас. И в то же самое время я замечаю, что этому первичному процессу мешает вторичный: с улицы входит Барбара, она хочет поработать дома. Что касается меня, то моему телу хотелось бы побежать на пляж. Я полагаю, пора изменить мое собственное сознание, переключить каналы, подвигаться — так что до скорой встречи. Я намерен поменять каналы и самотождественности. Пока!

Все формы страдания обладают по крайней мере одной общей характеристикой. Страдающий — это жертва вещи или человека, какого-то злого преследователя, создающего страдания. Индивиды очень по-разному относятся к страданию. Умирающие люди, по крайней мере вначале, борются со своей судьбой. Позже у них могут быть сновидения и телесные переживания, которые заставляют их прекратить борьбу со своим страданием и соединиться с ним.

Для людей весьма необычно сознательно хотеть отождествляться с той своей частью, которая причиняет страдания, или симпатизировать ей. Все склонны оставаться со своим первичным процессом: они ненавидят преследователя. И все же, разумеется бессознательно, каждый человек становится преследователем и потом страдает, сам не зная почему.

Коль скоро вы бессознательно отождествляете себя с жертвой и не осознаете мучителя, у вас возникает чувство безысходности. Этот фактор, а также неполное переживание страдания обусловливают непрерывность страдания. Если вы не способны медитировать, вы утратили позицию важного во всех отношениях метакоммуникатора, который может работать над процессом во всей его полноте, и отождествили себя с одним из участников драмы "преследователь — жертва" (см. рис. 13).

Рис. 13. Джон Генри Фьюзели "Ночной кошмар"

Многие из тех, кто испытывает сильные страдания, говорят, что они не могут медитировать. Их проблема заключается в том, что они отождествляют себя с жертвами "творца боли", и они выходят из положения, избегая его. Как получается, что простая смена каналов вроде рассказанной истории о страдающем человеке так помогает им? С точки зрения, процесса причина весьма проста. Они чувствуют себя лучше, потому что переключили самоотождествления. Они более не идентифицируют себя в качестве мучеников; они стали беспристрастными наблюдателями, созидателями, рассказчиками. Прежнее страдание было обусловлено их бессознательным.

Юнг часто говорил, что способ облегчения страдания состоит в том, чтобы найти смысл в трудной ситуации. Обнаружение смысла облегчает страдание, раскрывая его цель. То же самое справедливо для нахождения метакоммуникатора или беспристрастного наблюдателя, который стоит вне пространства драмы "преследователь — жертва". Если вы отождествляетесь только с одной своей частью, тогда нет никакого метакоммуникатора: некому работать именно с этой частью. Вы не можете принять решение глубже ее исследовать, усилить ее или даже усилить страдание, потому что вы являетесь этой частью. Одно из оснований для работы над собой состоит в том, чтобы развивать взаимоотношения со многими аспектами себя самого и быть способным вникнуть в них, дать им развернуться.

Чем больше вы работаете над собой, тем меньше вы будете отождествляться только с одной своей частью и тем ближе вы к режиму метакоммуникации. Таким образом, даже если вы погружены в какие-то превратности судьбы, вы помните о возможности смены каналов и переключения самоотождествлений и можете глубже вникнуть в сообщение и историю страдания. Например, вы можете чувствовать себя несчастным и все же быть способным нарисовать себе картину кого-то, кто страдает, рассказать себе историю об этом человеке. Я думаю, что величайший дар медитации заключается в том, что она действует автоматически, и ее воздействие не ослабевает ни в каких состояниях бытия, будь то бодрствование, сон или даже кома.

Когда кто-то занемог, ему может сниться, что он здоров, или он может переживать моменты хорошего самочувствия в медитации. Это возможно потому, что, подобно любому другому процессу, физическая боль происходит только с частью личности. Когда страдающий медитирует, источник страдания появляется в качестве части его тела, персонажа сновидения или духа. Эта часть, «болезнетворец», не чувствует боли. Если вы переключитесь и поработаете с создателем боли, а не только с первичным процессом, жертвой, вы сможете работать со своей собственной болезнью, усиливая симптомы и исследуя их значение. Они часто пропадают, как только приобретают смысл.

Это напоминает мне о женщине на одном из моих семинаров, у которой было очень болезненное воспаление гортани. Сначала она просто лежала пластом и страдала от лихорадки и изнеможения. Внезапно она вспомнила, что может медитировать, и решила очень внимательно отнестись к своей боли. Она чувствовала свое воспаленное горло как холодный и острый кусок металла. Это была смена каналов от проприоцепции к визуализации. Она чувствовала боль, причиняемую этим инструментом, и не смогла следовать за процессом дальше, поэтому она решила переключить самоотождествления и стала металлическим оружием. Сообщение оружия заключалось в следующем: "Ты слишком милая и слишком мягкая! Поднимайся и перестань так бояться высказать свое мнение!" К моему удивлению, она интегрировала это сообщение, конфликтуя с самим голосом. Ее голос стал суровым и металлическим, и она решила излагать свои мнения письменно, а не высказывать их вслух. Воспаление в горле моментально исчезло.

Одно из центральных переживаний сложных взаимоотношений формулируется примерно так: вы — жертва кого-то, кто ведет себя подло по отношению к вам, кто предал вас или безжалостно покинул. Другая личность становится вторичным процессом. Если у вас серьезные проблемы с взаимоотношениями, вы вынуждены думать о другом человеке, ненавидеть его, любить его, скучать по нему или избегать его — все время, внутри и вне ваших фантазий. Внутренне работая над этими проблемами во время медитации, вы получите огромное облегчение. Один из методов заключается в том, чтобы чувствовать себя жертвой, в то время как этот другой человек является вашим мучителем. Это то, чем вы занимаетесь постоянно, но на сей раз вы делаете это намеренно и осознанно. Альтернатива состоит в переключении отождествлений и в попытке стать вторичным процессом, заставляющим вас испытывать глубокие страдания.

Отождествление с другой стороной проблемы взаимоотношений превращает вас в некую смесь первичного и вторичного процессов. Я настоятельно рекомендую попробовать это сделать, потому что в противном случае вы будете бессознательно злиться на себя самого или других, а это менее конструктивно, чем то же, делаемое осознанно.

Разрешите мне рассказать вам одну забавную историю. Этим летом мне пришлось встречаться с многими людьми. Я стал ощущать себя жертвой публики. Наконец мне удалось обрести толику мира и одиночества, укрывшись в этом домике на берегу. И вот этим утром внезапно раздался стук в дверь. "Черт подери, — подумал я, — здесь нет ни телефона, ни почтового ящика, как меня здесь могли найти?" Вошла давно забытая приятельница. Я вскипел от ярости. Почему же, когда несколько часов спустя я наконец попросил ее уйти, я улыбался?

Позже я медитировал на эту тему и обнаружил, что сосредоточиваюсь на Барбаре, которая тоже медитировала. Я чувствовал себя трикстером и решил помешать ей. Теперь она стала моей жертвой, а я был злом! Она расстроилась и попросила меня вести себя потише. Я снова уселся медитировать, и опять появился трикстер и сказал мне: "Ты, придурок, тебе следует интегрировать меня, а не извиняться за меня. Именно я в тебе улыбнулся, когда ушла твоя забытая подруга, потому что я был рад, что она пришла. Она, подобно мне, нарушитель мира и покоя! Забавно причинять беспокойство, попробуй!"

8. САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ РАБОТА СО СНОВИДЕНИЯМИ И ТЕЛОМ

Прошлой ночью мне приснилось, что одна женщина подарила мне красивый древний фонарь из Китая. Это была маленькая вещица, размером примерно в ладонь, продолговатая и прямоугольная, с крошечными рисунками-орнаментами. И этот маленький фонарь помимо прочего был предназначен для того, чтобы висеть на стене моего кабинета, над телефоном и чайником. Я очень часто пользуюсь чайником, когда работаю. Я люблю пить чай и в одиночестве, и с моими клиентами.

Теперь, проснувшись, я думаю, что это был красивый сон, но что он значит? Что я ассоциирую со своим телефоном? Я не люблю его! Он постоянно трезвонит, и я не умею с ним обращаться. Вместо того чтобы нанять секретаршу, я купил автоответчик. А мой чайник? Я действительно люблю свой чайник. О! Этот чайник стал источником множества одухотворенных контактов с другими человеческими существами. Это настоящий ритуал, доставляющий удовольствие и отдохновение, — пить чай с кем-нибудь. Иногда я даже фантазирую о дзэнском любителе чая, который превращает чаепитие в искусство.