Аэропорт. На грани катастрофы (сборник) - Джон Кэсл

пиджака и галстука. В носках он тихо прошел к двери и вышел в холл, где был телефон; мать с тревогой последовала за ним.

– Триливен, – ответил он в трубку.

– Слава Богу, Пол. Это Джим Брайент, – скороговоркой представился звонивший. – Я уже не на шутку разволновался. Ты нам очень нужен, Пол. Можешь приехать прямо сейчас?

– А что случилось?

– У нас тут беда. «Мейпл лиф эйр чартер» – «эмпресс С6», один из модифицированных – летит из Виннипега с кучей пассажиров, оба пилота в тяжелом состоянии в результате пищевого отравления.

– Что?! Оба пилота?!

– Именно. Аварийная ситуация. В кабине экипажа какой-то парень, но он уже много лет не летал. К счастью, судно на автопилоте. У «Мейпл лиф» здесь никого; нам нужно, чтоб ты приехал и рассказал, как его посадить. Как думаешь – получится?

– Боже правый! Не знаю. Ничего себе задача. – Триливен взглянул на часы. – Расчетное время прибытия?

– 05.05.

– Осталось меньше двух часов. Надо шевелиться. Слушай, я сейчас в южной части города…

– Давай адрес. – Триливен назвал. – Полицейская машина заберет тебя через несколько минут. Как будешь здесь, сразу поднимайся в центр.

– Хорошо. Собираюсь.

– Удачи, Пол!

– Не помешает.

Бросив трубку, он быстро вернулся в гостиную и стал надевать ботинки, забывая про шнурки. Мать уже протягивала ему пиджак.

– Что случилось, сын? – обеспокоенно спросила она.

– В аэропорту проблемы. И похоже, очень серьезные. Сейчас приедет полиция: они меня туда отвезут.

– Полиция?!

– Ну-ну. – Он заботливо приобнял ее на секунду. – Не волнуйся. Им просто нужна моя помощь. Мне придется оставить тебя до утра. – Поискав глазами табак и трубку, он сунул их в карман. – Постой-ка! А как они узнали, что я здесь?

– Видимо, сначала позвонили Далси…

– Да, наверное. Позвони ей, пожалуйста, мама! Скажи, что все в порядке.

– Конечно. А что за проблемы, Пол?

– На самолете, который скоро должен садиться, пилоту стало плохо. Они хотят, чтобы я попробовал посадить самолет по радио.

Вид у матери был озадаченный.

– Что значит по радио? – переспросила она. – Если пилоту плохо, кто же будет управлять самолетом?

– Я буду, мама… только с земли. Или, точнее, буду пытаться.

– Не понимаю.

«Пожалуй, я тоже», – подумал Триливен пятью минутами позже, уже сидя на заднем сиденье полицейской машины, которая, едва отъехав от тротуара, сразу же понеслась вперед на последней передаче. Уличные фонари мелькали в окнах все быстрее; стрелка спидометра неуклонно двигалась вправо, в ночной тишине выла сирена.

– Похоже, ночка в аэропорту выдалась на славу, – бросил через плечо сидевший рядом с водителем сержант полиции.

– Похоже, – отозвался Триливен. – Не расскажете, что там происходит?

– Если б я знал! – Сержант сплюнул через окно. – Мне лишь известно, что туда согнали чуть ли не весь транспорт, чтобы при необходимости очистить район моста. Мы тоже туда ехали, пока нас не развернули к вам. Как я понимаю, у них намечается светопреставление.

– Я думаю, – вставил молодой водитель, – летит какой-то потерявший управление самолет с ядерным снарядом.

– Сделай одолжение, прекрати нести чушь! – оборвал его сержант. – Начитался всяких комиксов!

Никогда еще он не добирался до аэропорта с такой скоростью, мрачно отмечал Триливен. В считанные, как ему показалось, мгновения они долетели до Марпоул и, проехав по Оук-Бридж, оказались на Лулу-Айленд. Затем, взяв правее, они вновь пересекли устье реки в направлении Си-Айленда. По дороге им стали попадаться отдельные полицейские патрульные машины, чьи экипажи уже беседовали со стоявшими в дверях своих домов ошарашенными людьми. Вскоре они уже неслись по последнему отрезку дороги, ведущей в аэропорт; впереди маячили огни низкого и длинного здания терминала. Взвизгнув шинами, водитель резко затормозил, чтобы избежать столкновения с неспешно разворачивавшейся впереди пожарной машиной. Сержант коротко, но от души выругался.

Возле главного здания аэропорта Триливен выскочил из автомобиля, поспешно вошел в двери и миновал зал ожидания еще до того, как стихла полицейская сирена. Махнув служащему, выскочившему навстречу, он сразу зашагал в центр управления в административном крыле. Несмотря на изрядный рост, его движение было стремительным. Видимо, именно свобода и гибкость в сочетании со статной фигурой, прямыми светлыми волосами и суховатым мужественным лицом делали его объектом повышенного внимания для многих женщин. Черты его лица – резкие и грубоватые – напоминали вырезанные непрофессиональной рукой из деревянного чурбана. Триливен слыл сторонником строгой дисциплины, и уже не один разгильдяй получил шанс ощутить трепет от холодного блеска этих светло-голубых глаз.

В центр управления полетами он вошел как раз в тот момент, когда Бердик, волнуясь, почтительно говорил в телефонную трубку.

– …нет, сэр, он не профессиональный пилот. Он летал на одномоторных истребителях во время войны… С тех пор – нет… Я спрашивал… Врач на борту говорит…

Руководитель полетов шагнул к Триливену:

– Как я рад, капитан!

– Это он о том парне, что на «эмпресс»? – спросил Триливен, кивнув в сторону Бердика.

– Да. Он только что поднял с постели президента компании в Монреале. Старик, кажется, не очень-то доволен… как, впрочем, и я. Этот телефонный разговор должен был состояться в другом месте. Давайте быстрее, Харри!

– Что же мы еще можем сделать? – обильно потея, взмолился в телефонную трубку Бердик. – Нам придется сажать его по радио. Я разыскал здесь старшего пилота из «Кросс-Канада» – капитана Триливена. Он только что подошел. Сейчас мы свяжемся с самолетом и будем его вести… Сделаем все возможное, сэр… Конечно, это неимоверный риск, но вы понимаете, нам ничего другого не остается.

Триливен взял у диспетчера записи полученных от 714-го сообщений и внимательно их прочел. Негромко запросив сводку погоды, он просмотрел свежие данные. Затем, отложив бумаги, он хмуро посмотрел на руководителя, достал трубку и стал набивать ее табаком. Бердик продолжал бубнить в телефон:

– …я уже думал об этом, сэр. Здесь Хоувард займется прессой – их пока еще нет… Да, да, мы приостановили доставку бортпитания на все рейсы из Виннипега. Это пока все, что нам известно. Я сразу же позвонил вам…

– Ну, что скажете? – спросил Триливена руководитель полетов. Молча пожав плечами, тот вновь уткнулся в бумаги. На его лице залегли глубокие морщины. Перечитывая данные, он размеренно попыхивал трубкой. Некий молодой человек, спиной открыв дверь и придерживая ее ногой, внес в комнату поднос, уставленный картонными стаканчиками с кофе. Один он протянул руководителю полетов, еще один поставил перед Триливеном, однако пилот проигнорировал его.

– …расчетное время – 05.05 тихоокеанского, – все больше распаляясь, твердил Бердик. – У меня масса дел, сэр… Мне придется еще как-то… Я позвоню… Я позвоню вам сразу, как только еще что-то узнаю… Да, да… До свидания. – Положив трубку, он с облегчением выдохнул, раздувая