Цянь Чжуншу - Осажденная крепость

Писатель подумал, что его собеседник не кто иной, как сам владыка преисподней Яньван — недаром у него такая внушительная борода. Он вновь вскочил с кресла и со словами: «Ваше величество, государь подземного мира, простите мою неучтивость!» — совершил глубокий поклон — из тех, о которых французы говорят: просалютовал раскрытым задом (saluer à cul ouvert).

— Вы ошибаетесь, почтеннейший! — расхохотался бородач. — Конечно, я признателен за оказанную мне честь, хотя и не могу ответить как полагается на ваш поклон — от ваших увесистых книг у меня и спина болит, и поясница ноет. Но только я вовсе не отрекшийся от трона император и даже не вновь назначенный смотритель дворца, превращенного в музей. Вообще-то повсюду принято после упразднения монархии обращать дворцы в хранилища древностей. Но только на всех восемнадцати ярусах ада никаких древностей, кроме орудий пыток, нет. За последние тысячи лет человечество достигло большого прогресса во всех областях, но жестокость людей в отношении собратьев так и не уступила место утонченности и цивилизованности. Когда в охранке вымогают у человека признание, когда в лагерях истязают заключенных, к ним применяют те же испытанные, хотя и примитивные методы, какими пользовались еще дикари. Возьмем, к примеру, Китай. Когда там допрашивают с пристрастием, вы по-прежнему встретитесь с такими достижениями древней культуры, с таким «национальным достоянием», как вливание воды через нос, прижигание подмышек, сжимание пальцев в тисках и тому подобное. Следовательно, находящиеся в аду орудия пыток не приходится считать древними сокровищами. Их действительно отправили на землю, где они и используются. А ваш покорный слуга имеет честь возглавлять Компанию продуктов китайской земли.

При последних словах бородача Писатель, успевший было пожалеть о своей чрезмерной почтительности, вновь оживился и подумал: «У меня небесный дар, ты ведаешь продуктами земли — великолепное сочетание, лучше не придумаешь!» И стал рассуждать вслух:

— Продукты земли, само собой, стоят денег. Но кто пойдет покупать их сюда, внутрь земли? Впрочем, я догадываюсь. Все, что было на поверхности земли, разворовали бесчестные чиновники. К тому же сейчас повсюду роют бомбоубежища, вот и вы решили последовать этому примеру. Недаром же говорится: купец ради выгоды готов полезть в любую дыру.

Директор компании невозмутимо отвечал:

— Послушать вас, так наша фирма не только продукты, но и всю китайскую землю согласна запродать иностранцам, лишь бы выгоду получить. Покупатели, конечно, нашлись бы, да кто в состоянии дать настоящую цену за такой бесценный товар! Будь я настоящим торговцем, я старался бы получать реальный барыш. А это значит, во-первых, не продавать себе в убыток, а во-вторых, не принимать необеспеченных векселей. При этих условиях никому не удалось бы приобрести Китай, а ведь сейчас глупые политиканы торгуют им оптом и в розницу. Но должен сказать, что вы неправильно поняли название нашей фирмы. Продукты китайской земли, которыми она занимается, это дети. Хотя ад переместился в мир живых, люди все-таки умирают, и кто-то должен ведать дальнейшими их метаморфозами, помогать их душам находить новые воплощенья. В этом смысле мы ведаем всеми людьми и животными, которых порождает китайская земля.

— Но почему ваша контора именуется «компанией»?

— Отчасти это связано с традицией. В каждой компании есть правление, и у нас в аду были Управление вознаграждений за добро и Управление наказаний за зло. Но в то же время все акционеры компаний имеют слово в решении любого вопроса и следят, чтобы дела велись честно и справедливо. Вот и мы хотели сказать, что не допускаем обмана, что каждая душа обретет то тело, которое ей предназначено. Об этом свидетельствует и моя черная, густая борода.

— Очевидно, большая борода говорит о большой мудрости, накопленной с возрастом?

— Ваш изощренный ум снова направился по ложному пути. Или это общая болезнь всех литераторов? На самом деле возраст с бородой не связан. Скажем, евнух может быть очень старым, но борода у него не растет. Вам известно, почтеннейший, что в некоторых странах Запада непременной принадлежностью судей является белый парик. Вам наверняка попадались также на глаза книжки, рассказывающие иностранным читателям о китайской цивилизации. Так в них утверждается, что наша страна и народ, наши обычаи и психология во всем противоположны тому, что есть на Западе. Мы — восточная раса. Значит, все они, в которой бы стороне от нас ни жили, относятся к западной. Наше государство Срединное, следовательно, ихние страны считаются «внешними», периферийными. Когда мы выражаем почтение, мы сгибаем колени, а они отдают честь, поднимая руку к голове. У них мужчины до женитьбы на коленях просят у девушек любви, а нашим приходится стоять на коленях после свадьбы — в случае, если они боятся своих жен. Видите, как у них все не по-людски! Пойдем дальше: у нас высоко ценят свою репутацию — у них не боятся потерять лицо. У нас траурный цвет белый, у них — черный. Их мудрые судьи носят на голове белые парики, значит, по логике вещей, наши поборники справедливости должны отращивать на подбородке черную щетину. Только в этом случае мы не пойдем вразрез с выводами специалистов по сравнительному изучению Востока и Запада. К тому же мы дадим людям понять, что кроме этой черной как ночь бороды в мире нет никаких запутанных дел, которые не стали бы ясными, как день.

Директор компании говорил энергично, с напором, тряся бородой и брызгая слюной. Наш Писатель одним ухом слушал его, а сам прикидывал: поборники справедливости обычно оказываются людьми занудливыми, не желающими ни в чем потрафить другим. Если слушать бородача, в Америку вряд ли попадешь, уж лучше поскорее смыться. Он встал и проговорил с улыбкой:

— Сегодня я из-за своей небрежности причинил ущерб вашей почтенной конторе и оторвал вас от важных дел. Тысяча извинений, тысяча извинений! Однако благодаря встрече с вами, достопочтенный, я узнал много важных вещей. Можно сказать — ха-ха! — что судьба даровала мне нечаянное счастье. Когда я буду писать мемуары, обязательно отзовусь о вашем учреждении самым лестным образом. А сейчас не смею более вас утомлять; не прикажете ли вы своим подчиненным, чтобы принесли обратно мои книги — я подарю вам иные из них по своему выбору и со своей надписью. Во-первых, у вас останется память обо мне. А во-вторых, библиофилы раскупят книги с моими надписями за дорогую цену и тем самым компенсируют ваши расходы по ремонту этого помещения.

— Об этом, право же, не стоит беспокоиться. Но, раз попав сюда, вы, почтеннейший, не можете уйти просто так, — сказал директор, теребя бороду и не трогаясь с места.

— Почему это не могу? — возмутился Писатель. — Неужели ваши подручные посмеют удержать меня? Или вы не знаете, что я гений? Я попал к вам совершенно случайно, непредвиденно, так сказать. У меня и в мыслях не было доставлять вам неприятности!

— В Поднебесной не бывает случайности. Все происходящее — лишь загримированная, замаскированная необходимость. Каждый из мира людей после смерти попадает сюда, к нам, причем каждый своим способом. Но способы эти не выбираются произвольно, они сообразуются с непреложным правилом, сформулированным в древности: «Сам придумал, сам и страдай, прошу залезать в котел»[160]. Проще говоря: кто чем занимался при жизни, от того и бедствовать будет. И явится он ко мне как миленький. Вот вы писатель, и что же? Ваши книги пробили земную кору, и вы вместе с ними скатились сюда. А сегодня утром к нам пожаловала душа одного инженера по сантехнике. Хотите знать, каким образом? Через канализацию! Видимо, он находился в туалете и был нечаянно смыт. Потолок в моем кабинете то и дело проламывается или протекает, сам я получаю травмы или вымокаю до нитки. Но когда работаешь на общее дело, приходится терпеть.

— Хорошо, кем же вы хотите меня сделать?

— Я как раз думаю над этим. Вы за свою жизнь израсходовали много чернил; по нашему обыкновению, следовало бы превратить вас в каракатицу, которая выпускает чернильную жидкость. Но вы перепортили также немало бумаги, поэтому можно превратить вас в барана, с тем чтобы из вашей кожи изготовить пергамент. Ну и, само собой, за время писательской деятельности вы израсходовали много кисточек, так что вполне резонно обратить вас в зайца, крысу или опять же в овцу. Но вы же писатель новой формации, в ваших руках кисточки выглядят так же, как китайские палочки для еды в руках иностранца. Для вас более привычны ручки со вставными стальными перышками или, скажем, вечное перо с платиновым наконечником. Ну а какие животные могут производить металл — этого я не знаю… Можно, на худой конец, вернуть вас в мир живых в облике большого чиновника: у него в душе и в наружности много и железа и стали. Что касается платины, так есть распространенный тип красоты — девушка с платиновыми волосами и сапфировыми глазами. И самое последнее — это ваша манера прятаться под разными псевдонимами, всучивать свои рукописи разным журналам. Совершенно естественно было бы увидеть в вас закоренелого грабителя-рецидивиста, прячущегося от закона и потому постоянно меняющего имена. Да только жизнь у вас одна, так что не удастся быть и мужчиной, и девушкой, и каракатицей, и зайцем. Значит… Эй, погодите, я же говорил, что отсюда так просто не уйти! Там за дверьми собрались люди, хотят свести с вами счеты.