Первокурсники - Эллен Том

— Здорова, Рите! — хмыкнул Артур. — С каких пор ты руководишь Йоркской командой караоке?

— Ни с каких. — Девушка стянула с головы резинку, и кудрявые черные волосы устремились во все стороны. — В жизни не пела. Просто присматриваю за столом Лиз, пока она ходит за чипсами. — Она заново заплела волосы и опять помахала микрофоном. — Я должна заставить народ петь.

— Шансов ноль, — поморщился Артур. — Я знаю, что тут за люди.

— Ты вот в прошлом году пел. — Девушка выгнула бровь.

— Черт, серьезно?

Она рассмеялась:

— Да. «Свободных девчонок»[2], если не путаю. А потом пошел и записался к вархаммерцам.

— Твою ж мать. Неудивительно, что они так злобно смотрят.

— Нет, думаю, они всегда такие. — Девушка наконец повернулась ко мне и улыбнулась: — Кстати, я Рита. В прошлом году мы с Артуром жили в соседних комнатах.

— Я Люк, его новый сосед. Приятно познакомиться.

Она нахмурилась:

— Ох, бедняга. Он уже просветил тебя насчет преимуществ мочеиспускания в умывальник?

— Изложил основные аспекты, да.

— Ага, я выслушала ту же речь в первый день. Проблема в том, что девушке сделать это в раковину не так-то просто. О, слава богу, вот и Лиз.

Лиз — девчонка в ярко-зеленой толстовке с надписью «ОБЩЕСТВО ХОРИСТОВ» — забрала свой микрофон, и Артур с Ритой отправились пить кофе. Меня они не позвали, что было слегка обидно, и сам я не напросился, так что в итоге просто бродил меж столами, чувствуя, как отступает похмелье под натиском зверского голода, и стараясь не думать об Эбби.

Я записался в футбольную команду. Пожалуй, это был самый оживленный и шумный стенд в зале. Парни за столом будто бы сразу опознали во мне своего, закивали и заулыбались, а один, по имени Уилл, пожал мне руку и сказал:

— Отлично, приятель. Увидимся на отборе?

Полагаю, я действительно «свой». Да, наверное, весь смысл высшего образования в том, чтобы расширить сознание, выйти за рамки, попробовать что-то новое, но ведь не так уж плохо придерживаться знакомой территории. И я знаю футбол. Это единственное, что мне действительно нравится и в чем я чрезвычайно хорош. Это чего-то да стоит.

Шататься в одиночестве было неловко, так что я присоединился к очереди за бесплатными чипсами и тут наконец заметил знакомое лицо. Невдалеке у одного из столов подписывала бланк Фиби, пока ей что-то взволнованно вещала девочка с косичками.

Ощутив внезапную легкость, я помахал и подошел.

— Как дела?

— Привет, Люк! Сам как? — На щеках Фиби выступил румянец. Она была искренне рада встрече. — Я искала нашу старую подругу Стефани Стивенс, но ее вроде нет.

— Знаю, я и сам чувствую какую-то ответственность за нее. Хотя она наверняка нас даже не помнит. Ну а ты… куда записалась?

— В общество феминисток. — Фиби щелкнула ручкой по связке фиолетовых шаров, прикрепленных к столу. — У них тут шарики и все такое, так что все жутко официально. А ты уже куда-нибудь вступил?

— Эм-м… в футбольную команду, и пока все.

— А, ну конечно, футбол… — Она фыркнула и тут же зажала рот. — Прости, но это мое главное воспоминание о собраниях по понедельникам. Мистер Вейл озвучивает результаты матча: «…И в субботу Люк Тейлор забил исключительный хет-трик. Молодчина, Люк».

Фиби удивительно точно скопировала голос мистера Вейла.

— Я и еще куда-нибудь запишусь, — излишне оборонительно сказал я. — Просто пока не решил куда.

— Да, я тоже, — кивнула она.

— А знаешь что? Мы могли бы записаться куда-нибудь вместе.

Фиби довольно долго молчала.

— Э… ага, ладно… Куда?

Мы огляделись.

— Может, в Карибское общество? — Она указала на стол с огромным флагом Ямайки и щуплым дредастым пареньком, качающим головой под Боба Марли.

— Думаешь, он правда оттуда? — усомнился я.

— Я уже с ним говорила. Это Джереми, и он с Гернси. Заявил, что жизнь на маленьком острове даровала ему «карибский менталитет».

— Ну да… Нет, думаю, Джереми мы пропустим. Какие еще варианты?

— Не знаю…

Я отделил от связки один из феминистских воздушных шаров и предложил:

— Хорошо, давай так: я отпускаю шарик, и на какой бы стол он ни опустился — мы запишемся.

— Идет, — улыбнулась Фиби.

Я отпустил нитку, и шар, взмыв вверх, поплыл над лесом голов и рук. Мы шли следом и наблюдали, как он медленно опускается на стол, окруженный метлами и жизнерадостными студентами в длинных черных мантиях.

Фиби подняла брови:

— Ух ты. Это немного… слишком.

— Нет уж, идем! — усмехнулся я. — Мы договорились, что запишемся, куда бы он ни приземлился.

Так странно. Вдруг безумно захотелось доказать ей, что я не просто скучный однобокий футболист. Что мой кругозор куда шире. Хотя, если честно, я и сам в это не до конца верил.

— Ага, договорились, — кивнула Фиби. — Но… квиддич?

— Шарик сказал свое слово, Фиби.

— Воздушные шары не разговаривают, Люк. Даже в «Гарри Поттере».

— Весь смысл универа в том, чтобы пробовать новое.

— Ты прям как моя мама, — засмеялась она.

— Что ж, мама у тебя явно офигенная. Идем.

Мы пробрались к столику квиддича и вписали в бланк свои имена. Парень в парике Рона Уизли сообщил, что сегодня днем состоится «неформальная встреча».

— Надо пойти, — сказал я Фиби. — Нельзя записаться, а потом забить.

— Ну, технически можно… — прошептала она.

— Нет, мы внесли наши имена и должны прийти хотя бы раз. — Я протянул ладонь. — По рукам?

— Ладно, ладно, — усмехнулась Фиби. — Я приду.

Мы обменялись рукопожатиями и номерами, но когда я убирал телефон обратно в карман, он снова завибрировал. С легким облегчением я отметил, что это не Эбби. Звонили со стационарного телефона.

— Да? — ответил я и услышал женский голос.

— Люк? Люк, это Салли. — Короткая пауза. — Мама Эбби.

Глава 4

Это не свидание. Вот что я без конца себе твердила. Мы просто случайно, ради смеха, вступили в команду по квиддичу.

Но в то же время это вроде как свидание. Мы ведь договорились встретиться. Что привело к множеству вопросов и к неумолчной внутренней истерии. Начиная с «надо ли собрать волосы наверх?» и до самого «если дойдет до дела, я что, правда забью на Эбби Бейкер и пересплю с Люком?».

Очевидно, да. Пусть и не без сожалений, потому что в девятом классе она позволила мне присоединиться к своей танцевальной группе, когда Флора уехала, и вступилась за меня, когда Мод Эванс пыталась дать мне роль зубной щетки. К тому же Эбби плакала, когда уходила миссис Ренчанова. Так что я знаю, что она милая. Хотя могла бы и не утруждаться, учитывая ее внешность.

Я уже нафантазировала, что именно Эбби заставила Люка плакать, изменив ему со своим соседом по общаге. Флора что-то такое предположила мельком, и версия укоренилась в моем мозгу, став единственно верной и логичной.

Люк же совершенно преобразился в моих глазах, когда потащил меня записываться на квиддич. За семь лет наблюдения за Люком Тейлором ни мне, ни Флоре ни разу в голову не пришло, что у него есть чувство юмора. Но он умел плакать и шутить. Возможно, он и есть мой идеал мужчины.

Я подтянула спортивные штаны. Я пыталась выглядеть круто, как та девчонка с радужным горшком, но без собственно стрижки треники не особо впечатляли.

— Пришли.

Негин подняла глаза. Мы стояли в нескольких метрах от длинного приземистого здания, похожего на сарай. Перед дверью толкалась и болтала небольшая кучка людей. Люка еще не было.

— Ладно, увидимся. — Негин, словно турист, вцепилась в лямки своего рюкзака и развернулась.

Я не хотела оставаться одна и неловко ждать, пока один из поттероманов со мной заговорит.

— Уверена, что не хочешь со мной?

Негин уставилась вдаль, словно о чем-то глубоко задумалась, а затем медленно кивнула: