Анна Бабяшкина - Разница во времени

Ознакомительный фрагмент

— По какому вопросу вы хотите говорить с Даниилом Львовичем? — уже почти ласково спросила девушка на том конце провода.

— У меня есть для него деловое предложение, — как можно более туманно обрисовала свои намерения Наташа, знавшая, что стоит только произнести слово «реклама», как ей тут же будет предложено выслать все тот же прайс-лист по факсу, а генеральный директор окажется на больничном, в командировке или вообще глухонемым.

— Какого рода у вас предложение? — не унималась секретарша.

С такими дотошными секретаршами г-же Ростовой тоже доводилось сталкиваться. И не раз. В этом случае обычно спасал набор экономических терминов, почерпнутых из учебников по МВА. Говорить надо было так, чтобы звучало страшно солидно и при этом непонятно. Так, чтобы секретарша поняла, что это не ее, секретарского, ума дело — расспрашивать менеджеров о сути деловых предложений. Но откровенно врать даже секретаршам — недопустимо, так что некое подобие смысла в придуманную Наташей фразу все-таки было заложено.

— Наша фирма намерена предложить вашей компании совместный проект в области фосстиса, что позволило бы обеим компаниям побороть издержки автаркии и получить существенную прибыль за счет эффекта синергии, — выпалила г-жа Ростова.

В этом месте секретарши обычно либо офигевали и безропотно соединяли с ответственными работниками компаний, либо просили «объяснить по-русски». Если разговор шел по первому сценарию, г-жа Ростова записывала себе в актив первую победу. Если же секретарши просили объяснить суть предложения более доступно, Наташа начинала действовать по «плану Б». Она сурово спрашивала зарвавшуюся секретаршу: «А вы уверены, что это в вашей компетенции — принимать менеджерские решения и оценивать деловые предложения? Может быть, мне лучше поговорить с кем-то, кто разбирается в вопросе?» И настойчиво требовала соединить ее с начальством. На этом этапе сдавалось 99.9 % секретарш. 0.1 % был на счету нервных дамочек, которые просто бросали трубки от испуга. Каково же было удивление Наташи, когда, ни на секунду не смутившись, секретарша «НИИЧАВО» в ответ на Наташин пассаж выдала:

— Приятно разговаривать с человеком, изучавшим инкотермс. Но в соответствии с узусом, рекомендую представить ваше предложение в письменном виде. Хотя, со своей стороны, могу заметить, что эмерджентная эволюция в настоящее время не стоит у нас на повестке дня.

Наташа парализованно молчала. А секретарша, как будто с усмешкой, продолжила щебетать:

— Спасибо за звонок. Надеюсь, мы пришли к консенсусу, и мне не требуется произвести редукцию вышесказанного?

Наташа наконец сглотнула ставшую в горле комом слюну и не придумала ничего лучше, как действовать по «плану Б»:

— А вы уверены, что это в вашей компетенции — принимать менеджерские решения и оценивать деловые предложения? Может быть, мне лучше поговорить с кем-то, кто разбирается в вопросе? — промямлила г-жа Ростова.

— Разумеется, я действую интра вирес, — самоуверенно заявила девица на том конце провода. — У вас есть наш адрес электронной почты, чтобы выслать ваше предложение?

— Нет, — бессильно прошептала Наташа, машинально записала адрес электронной почты и положила трубку.

Где-то минут двадцать г-жа Ростова сидела на кухне, нервно курила и пыталась оправиться от потрясения. Но Наташа не была бы Ростовой, если бы какой-то секретарше удалось надолго выбить ее из колеи. Так что уже через двадцать минут она звонила в «Свои люди» и требовала разговора с менеджером по маркетингу. Каково же было ее удивление, когда ситуация повторилась практически один к одному! Только на этот раз секретарша Геннадия Андреевича Козлова, гендиректора «Своих людей», забросала ее каким-то другим набором непонятных слов, почерпнутых из «Словаря экономических терминов». В «Квартиру» Наташа звонила уже с опаской. Когда выяснилось, что и там нет ни менеджера по рекламе и PR, ни директора по маркетингу, Наташа просто бросила трубку. Перенабрала номер и, постаравшись придать как можно больше томности голосу, промяукала:

— Добрый день! Стаса будьте добры!

— По какому вопросу?

— По личному, — игриво-обиженно продолжала мяукать г-жа Ростова.

— Извините, по личному вопросу на работе Станислав Леонидович просил не соединять. Звоните ему на мобильный. Всего доброго, до свидания!

— Фак! Фак! Фак! — громко выругалась Наташенька, стукнув телефонной трубкой по аппарату так, что пластмасса пошла трещинами.

Не сработали стандартные Наташины приемчики и в трех других заведениях — везде секретарши вежливо и профессионально «отбрили» г-жу Ростову и предложили «писать письма мелким почерком». Полезного во всей этой ситуации было только одно: у Наташи уже практически не было сомнений, что все эти заведения не случайно оказались у Тарасовой в одном списке. Что-то общее у них, определенно, есть. Слишком уж странно и при том похоже ведут себя секретарши этих едален.

Стрелки часов приближались к шести вечера, а Наташе до сих пор не удалось договориться ни об одной встрече! Г-жа Ростова была откровенно деморализована, мозг ее продолжал лихорадочно работать, но ничего «пробивного» придумать был не в состоянии. Наташа решила, что надо сделать паузу, скушать что-нибудь вкусненькое и с кем-нибудь побеседовать. Г-жа Ростова знала, что все лучшие идеи и озарения случаются в режиме диалога: когда ты с кем-то беседуешь, то начинаешь думать в три раза интенсивнее, чем один на один с собой. Даже если собеседник не подсказывает тебе ничего сверхъестественного, ты как бы смотришь на ситуацию с различных точек зрения и, соответственно, лучше ее понимаешь. Надо было найти собеседника на вечер. И Наташенька позвонила своей приятельнице Люсе Можаевой, с которой они познакомились не так давно, где-то полгода назад, встретившись в травмопункте. Люсенька под Новый год сломала руку, а Наташа тогда пребольно поскользнулась на плохо очищенном ото льда тротуаре и думала, что сломала ногу. На самом деле у г-жи Ростовой было просто растяжение. В ходе краткого общения в травмопункте девушки сильно подружились, главным образом потому, что каждая из них обнаружила в другой полную свою противоположность. Если г-жа Ростова была карьеристкой до мозга костей, то Люся в тот момент сидела дома и мечтала о том, как бы так устроиться в жизни, чтобы вообще никогда не работать, а есть мармелад перед телевизором. Надо сказать, долгое время г-же Можаевой удавалось быть домохозяйкой и домоседкой, но сейчас она расслабленно продавала путевки во Францию в одном из туристических агентств.

Г-жа Можаева на предложение выпить кофе и поболтать ответила согласием. Наташа, дабы лучше объяснить собеседнице свою проблему, назначила встречу, конечно же, в «НИИЧАВО». Г-жа Можаева долго удивлялась тому, что она, работая по соседству — на Масловке, — до сих пор ничего не знает о таком интересном заведении, как «НИИЧАВО», и обещала быть на месте к полвосьмого вечера.

Люся опаздывала, и г-же Ростовой волей-неволей пришлось некоторое время наблюдать за клиентурой ресторана. Народу в понедельник было не больше и не меньше, чем в пятницу. Посетители вели себя как завсегдатаи — могли запросто подойти поздороваться к людям за соседним столиком или даже пересесть из-за одного столика к другому. За некоторыми столами при свечах играли в домино и карты, за другими бурно что-то обсуждали. Словом, было очевидно: мало кто пришел сюда просто поесть в приятной обстановке, все находились здесь для общения со всеми. Несколько людей, конечно, производили впечатление случайных посетителей, сиротливо сидевших в сторонке и не принимавших участия в общей тусне. И г-жа Ростова была одним из этих людей.

Публика за одним из столиков принялась активно оглядываться на Наташу и о чем-то бурно дискутировать. Наташа почувствовала себя неуютно и уставилась в меню. От упомянутого столика отделился молодой человек и направился к г-же Ростовой. С приятной улыбкой он сел на место, предназначавшееся для г-жи Можаевой, и с большим интересом спросил:

— Добрый вечер! Вы здесь в первый раз? Вы новенькая?

— Не в первый раз, но я новенькая, — честно ответила г-жа Ростова, тоже с интересом разглядывая собеседника и пытаясь определить, можно ли его отнести к новой технической интеллигенции, дабы понять, верно ли она определила перспективную нишу для «НИИЧАВО».

— Понятно. Тогда можно я задам традиционный дурацкий вопрос, который положено задать при знакомстве, — слегка смутившись, заговорщически продолжил беседу молодой человек.

— Разве вы только что его не задали, когда спросили, новенькая ли я? — парировала улыбающаяся г-жа Ростова.

— Да. Но он недостаточно дурацкий, — засмеявшись, ответил молодой человек. — Я про другой вопрос. Ну вы знаете, когда знакомишься с незнакомой девушкой, положено задать вопрос… Таков обычай…

Конец ознакомительного фрагмента