Потерянный альбом (СИ) - Дара Эван

— Ответь нам, Джордж, помню я выкрик….

— И под этим я имею в виду, что нужно поместить понятие риска в какой-то содержательный контекст, помню, сказал он…

— Потому что важно держать в уме, что практически все влечет некий риск, помню, сказал он…

— Ответь нам хоть что-нибудь, Джордж, помню я…

— Например, помню, сказал Фобель: недавно мы заказали прогноз риска; и при текущей концентрации всех химикатов вместе взятых, обнаруженной в водоносном слое города, мы ожидаем, если люди в среднем пьют два литра воды в день, 1,6 смерти от рака на каждые сто тысяч человек с семидесятилетним сроком жизни…

— Ну и что вы с этим сделаете! помню, закричал кто-то…

— Но не забывайте, просто не забывайте об одном, помню, сказал тогда Фобель: за тот же семидесятилетний срок ДТП уносят жизни почти тысячи восьмисот из каждых ста тысяч человек, а курение всего одной пачки сигарет в день убивает четыре тысячи из ста тысяч только одним респираторным раком…

— Кончай, Джордж! помню я…

— Но на этот риск идем мы сами, помню я…

— Эй — брось, помню я…

— Прошу, люди, — прошу, помню, сказал тогда Фобель…

— Прошу, помню, тогда сказал Фобель: тем не менее эти цифры позволяют увидеть совершенно крошечный, незначительный риск от следовых соединений в правильной перспективе…

— Итак, мэм, возвращаясь к вашему вопросу, помню, сказал тогда Фобель: риск существует, как и почти во всем; но, в сравнении с другими повсеместно принятыми рисками, риска от следовых веществ практически нет…

— Ага, услышал я: но этот риск для нас создаете вы…

— Послушайте, послушайте, помню, вклинился чиновник от штата: факт прост: если вы всерьез заинтересованы в снижении риска, то сами можете сделать куда больше, чем любой совет директоров или законодательное собрание в истории…

— Ну понеслась, помню я…

— Например, помню, сказал он: страховая статистика по стране показывает, что число смертей от сердечно-сосудистых заболеваний в год более чем на двести двенадцать процентов выше, чем от злокачественных образований, — больше чем в два раза; но сердечно-сосудистые болезни, и это известный факт, напрямую коррелируют с диетой…

— Так что задумайтесь об этом, помню, сказал он: и задумайтесь еще раз, когда в следующий раз потянетесь за картофельными чипсами…

— Да пошел ты!, помню, выкрикнул кто-то…

— Верно, верно, это вам слышать не нравится, помню, сказал чиновник от штата: потому что вы уже решили для себя, что это приемлемый риск, хотя он в тысячи раз опаснее любого риска от изаурских водоемов…

— Так что проблема здесь — настоящая проблема — в том, что вы реагируете на свои восприятия и решения, а не на факты как они есть, помню, сказал он…

— Именно, помню, сказал человек, сидящий в другом конце сцены: но риск существует не в восприятии, а в мире…

— И пока вас заботит только первое, мы обязаны думать о втором, помню, продолжил он…

— Например, помню, рассуждал он: нет никаких сомнений, что здесь и сейчас, при существующих условиях, для вас куда вероятней заражение воды из-за ваших собственных отстойников, чем от чего угодно, что проскакивает мимо систем утилизации корпорации «Озарк»…

— И все же этот факт вы напрочь отказываетесь признать, помню, сказал он…

— Бред, помню, сказал кто-то: это какой-то бред…

— Да вы спятили! помню, сказал кто-то: вы на хрен спятили!..

— Другая противоположность свободы — это власть! помню я…

— Дайте человеку сказать, помню я выкрик…

— А потом Фобель, Джордж Фобель, он снова встал, и поднял руки, и попытался унять толпу; и помню, он сказал посреди шума Люди…; люди…; прошу…

— Прошу, давайте продолжим с каким-то порядком и приличиями, помню, сказал он, потому что если мы не, если вы не…

— И из каждого угла слышались разговоры, споры и гул, и кто-то даже смеялся, головой не успеваешь вертеть…

— А потом, помню, с самой галерки выкрикнули Вы сами сказали, что хотите нас услышать…

— Да, помню я крик: да!: вы сказали, вы…

— Так слушайте, помню я голос: слушайте, что мы…

— И тогда раздалось Люди…

— И тогда со сцены раздалось Люди, прошу…

— И тогда, помню, человек со сцены взял микрофон, и поднес ко рту, и широко открыл глаза…

— И сказал очень уверенно и громко Люди… люди…, помню, сказал он: наша проблема здесь — не слишком мало демократии, а слишком много…

— А потом я…

— Но вот наконец, наконец на кафедру поднялась следующая женщина в очереди — помню ее голос из динамиков, он был тихий, и зал чуть-чуть примолк, когда она заговорила…

— И помню, она сказала Да; меня зовут Жанетт Бейлог, и я живу на Рига-стрит…

— Рига?; но где — в смысле, какая еще…

— Может, желтый — может, тот маленький домик в тупичке, где я…

— Я из филиала «Озаркское наследие» Ассоциации виноделов Миссури, и меня просили задать всем вам следующий вопрос, помню, сказала женщина: учитывая хрупкие химические процессы в каждом аспекте качественной винокультуры, можете ли вы гарантировать нам, уже испытывающим на себе пагубные последствия после усиленной разработки свинцовых рудников в Потоси и Вибурнуме, что наши виноградники не испытают дополнительный стресс из-за ваших…

— Так, мэм, помню, сказал тогда Джордж Фобель, и помню еще, он вытянул и опять расслабил губы: повторяю еще раз, и надеюсь, в последний…

— Знаешь, Джордж, помню, тогда сказал другой мужчина, на середине стола: Джордж, должен сказать, уже доходит до того, что я не верю своим ушам…

— И он назвался директором анализа продукта «Озарка», и помню, как он сказал Знаете, мне пришло в голову, что здесь творится какой-то химический маккартизм — полное возвращение маккартиевской ментальности …

— И потом, помню, этот из «Озарка» сказал С моей стороны очевидно, что на эти химикаты просто набросились без разбора, что их репутацию порочат, не глядя на факты…

— Ах так? помню, выкрикнул кто-то: Ах так?..

— Эй, бросьте, помню, раздалось со сцены: люди, пожалуйста, просто примолкните…

— Но поймите меня правильно, помню, сказал тогда тот мужчина: поймите правильно; мы считаем, что дихлорметан — очень важный символ; если мы проиграем сейчас, это будет значить, что американский народ отбросило на пару сотен лет в эпоху охоты на ведьм, только в этот раз ведьмы не люди, а химикаты…

— Вот в чем важность этого вопроса, помню, сказал он: это не имеет никакого отношения к «Озарк Лабораторис» или к дихлорметану…

— Но тут вдруг поднялась волна шума, все говорили, жаловались и ссорились, и помню, люди выкрикивали Чушь! и Лжецы! и Вы сами себя послушайте, а…

— И помню, как женщина рядом со мной, с седыми волосами, уложенными в волнах, как в салоне красоты, и еще в ветровке и клетчатой рубашке, и вот она сидела, уронив лицо в ладони, она плакала…

— И помню, кто-то кричал Конечно — там, где живете вы…

— И потом другой мужчина за столом, который еще не говорил, помню, он вклинился и заявил Знаете, вы тоже должны задуматься о вашей роли…

— Вы там на хрен спятили?, помню я…

— Вот именно, о вашей роли, помню, сказал он…

— Я хочу сказать, мы в этом бизнесе только из-за спроса со стороны потребителей, помню, говорил он: мы производим только то, что люди активно хотят…

— Бред! помню я выкрик…

— Люди хотят убийц?, помню я выкрик…

— Да, вот именно, помню, сказал он: речь о спросе на наши продукты целой страны, целого мира; это и ваш спрос — спрос на конкурентную зарплату в индустрии, где конкуренция жестока, а регулирование — нескончаемо…