Новый Мир Новый Мир - Новый Мир ( № 7 2012)

История происхождения и развития языка подтверждает древнюю мудрость: природа не делает скачков. Беседу вел Александр Механик. — «Эксперт», 2012, № 13,  2 апреля < http://expert.ru >.

Говорит известный лингвист, автор книги «Происхождение языка» Светлана Бурлак: «Некоторые говорят, что у нас есть врожденная программа, определяющая, как должен быть устроен язык. Так считают многие американские лингвисты, прежде всего Ноам Хомский. Но мне кажется, что дело тут не в какой-то врожденной программе, а скорее в привычке. Есть много вещей — сложных, иерархически организованных, как язык, — которые человек способен научиться распознавать, оценивать как „правильное” и „неправильное” и даже самостоятельно порождать. Например, такова музыка. Мы воспитаны в европейской музыкальной традиции, у нас в одну октаву „влезает” 12 нот (если считать по белым и черным клавишам на пианино). И если кто-то споет вам в песне ноту где-то между ми и ми-бемолем, вы распознаете эту ноту как фальшивую, неправильную. А в Индии есть музыкальные традиции, где в той же самой октаве умещается 22 ноты, там нота, промежуточная между нашими ми и ми-бемолем, может оказаться правильной, и человек, услышав мелодию с такой нотой, не скажет, что она фальшивая. Но разве у нас может быть врожденная программа распознавания музыки европейской (или индийской) традиции?»

Как относиться к современному искусству. — «Рабкор.Ру», 2012, 19 апреля < http://www.rabkor.ru >.

Говорит художник, куратор и марксист Арсений Жиляев: «<...> возведение в канон мемитического реализма ХIX века — в высшей степени формализм, предполагающий слепое проецирование на современность исторических особенностей прошлого. Надо понимать искусство в развитии без слепой ретроспекции. Если вам нравится критический реализм, попытайтесь вернуть его в современность, доказать актуальность, исходя из сегодняшней ситуации и сегодняшних художественных языков».

«Я отношусь спокойно к людям, по каким-то причинам не принимающим современное искусство, хотя, если такие люди претендуют на владение определенным уровнем культуры, они, как минимум, должны знать, что оно сегодня из себя представляет. <...> Я не верю в то, что проект современного искусства будет существовать долго. Но это не означает, что мы должны восстановить культурные формы прошлого, это было бы с точки зрения марксизма недопустимой вольностью».

Максим Кантор. О стяжательстве и Воскресении. Как государство соотносится с верой? — «Новая газета», 2012, № 41, 13 апреля.

«Роскошь не есть прихоть того или иного архипастыря — это дань обряду. Так устроена Православная церковь. Православные — не баптисты, не сайентологи, не квакеры и не адвентисты седьмого дня. Православный храм — не молельный дом протестантской секты, в котором можно находиться, не снимая головного убора (квакерский обычай). Православный храм поражает величием. И Патриарх — по чину, а не по алчной прихоти (хотя это может совпадать, тяга к роскоши может быть особенностью человеческой) — облачен в драгоценные ризы и живет богато. Православная икона иногда утешает, но порой грозит, а часто блещет величием — Христос во Славе и Спас Ярое Око. Властность и слава архипастыря уравновешены несуетным равенством в мире общины, деревенским попом, который столь же нищ, как прихожане».

«Лев Николаевич не любил обрядовую церковь и высказал немало горьких (и справедливых) упреков по адресу лицемерия и мздоимства. Впрочем, отметим правды ради, что Лев Николаевич не любил вообще неправду и стяжательство как таковое — и вероятность того, что он стал бы хулить Патриарха и одновременно славить миллиардера Прохорова, исчезающе мала».

Комплекс короля Лира. Парадоксы российских запретов с точки зрения француза, который дружил с Пастернаком и спорил с Солженицыным. Беседу вел Александр Ярошенко. — «Российская газета» (Федеральный выпуск), 2012, № 76, 6 апреля.

Говорит Жорж Нива: «Из здравствующих русских писателей для меня классик — Валентин Распутин. В его минорной тональности ему равных нет. Он шедеврален в своей меланхолии. Лучшее свое Распутин создал в рамках советской цензуры. Все у него получилось только благодаря таланту».

«У французов нет такого комплекса — любят их или нет. Французы как-то не сомневаются в существовании своей страны».

«Мы много спорили о России с Александром Солженицыным. Он очень верил в земство и говорил, что только земство спасет Россию от коррупции. Я ему как-то задал вопрос, а почему коррупция не сможет проникнуть и в земство? Он в ответ только рассмеялся. Не знал, что ответить...»

Борис Куприянов. «Есть одно интеллигентское заблуждение: субъектами в стране являемся только мы и власть». — « Citizen K », 2012, № 5, 3 мая.

«Раздел происходит не по показателям дохода, социального статуса или происхождения — мы отличаем своих от чужих по особенностям речи, по жестам, одежде, книгам, образу жизни. Общество разделено, и то, в какой части вы оказались, не зависит от вашего выбора. Доступность хорошего образования, среда, семья — вот решающие факторы. Признание гностического тезиса о „двух народах”, о „людях и быдле” освобождает удачливого индивида от заботы о большинстве, и таким образом большинство становится еще более забитым и диким».

«Есть и еще одно интеллигентское заблуждение: субъектами в стране являемся только мы и власть. Некое высшее сословие. Некоторые считают, что мы можем договориться, другие — что мы должны конкурировать, но никто не принимает в расчет „простецов”. В этом заблуждении находится не только интеллигенция, но и власть. И они, и мы одинаково „живем, под собою не чуя страны”. Мы вместе говорим о согражданах в третьем лице».

Илья Кутик. «Объективная реальность» — это не вид из окна. Беседу вел Андрей Левкин. — «ПОЛИТ.РУ», 2012, 13 апреля < http://www.polit.ru >.

«Проблема нынешней поэзии отнюдь не тусовки или мафии, которые есть в любом деле, в любой стране и при любом строе, а в том, что в ней, несмотря на множество симпатичных авторов, нет новых направлений, течений и школ, то есть новых поэтических идей. Ненависть к „измам” и школам — это советские дела, а не преизбыток грандиозных одиночек, которые во все времена — что в России, что на Западе — относили себя к определенным направлениям или соотносились с тем  или иным стилем и школой. (Все одиночки любого века выросли из школ или образовали свои.)».

«У любого автора, хотя бы только в голове, есть некий референтный круг, из живых и мертвых. Это и называется „провиденциальным собеседником”, как сказал Мандельштам, или „мной и Другим”, как это называют современные гуманитарии. <...> Аудитория поэта — это „я и Другой”, или, если по Гегелю, „свое иное”, то есть, свои иные ; ведь поэт никогда не сочиняет только для себя, но и для своего Другого. Конечно, любой поэт, хотя бы каким-то боком своего интеллекта, думает о постулатах рынка, но это, как по мне, относится более к прикладной поведенческой модели, нежели к творческой, внеуставной. Наверно, мечтает и о том, как эту аудиторию расширить, несмотря даже на сложность того, как он или она пишет».

Елена Ленковская. Детский Декамерон. Заметки о новой детской литературе. — «Урал», Екатеринбург, 2012, № 4 < http://magazines.russ.ru/ural >.

«Главный герой — школьник с поведением а-ля „анфан террибль” (или, если хотите, ребенок с широко распространенным нынче диагнозом „гиперактивность”) — всегда был определенным вызовом обществу. Однако раньше он действовал и обнаруживал свое программное несоответствие бытующим стереотипам и программное же соответствие общечеловеческим ценностям на довольно ограниченной территории. Во всяком случае, область, касающаяся сексуальной жизни, была в стороне, оставаясь даже для отпетого „ужасного ребенка” под негласным запретом. В последние полтора десятилетия популярный у читателей и писателей типаж немного изменился. <...> И самое главное — персонаж НДЛ приобрел вдобавок к прежним устойчивым характеристикам еще одну, весьма существенную — он демонстративно озабочен вопросами отношений между полами».

Алексей Машевский. «Гамлет» Шекспира. — «Нева», Санкт-Петербург, 2012, № 4 < http://magazines.russ.ru/neva >.