Чрквоугодие (ЛП) - Суини Кевин

Невозможно просто выразить то, что нахлынуло на Лили в те мгновения, когда на нее навалился ужас, прошлая и настоящая боль смешались, как бензин и парафин, свертываясь, воспламеняясь, поглощая. В ней пылали ненависть, ярость и страдания и в то же время рождалось нечто столь же холодное, как если бы ее сердце было печью, а мозг – арктической пустошью.

Она не собиралась умирать. Не сейчас. Не сейчас.

Не раньше, чем...

Она имела легкий доступ к такому количеству плоти, что ее соперник не мог и надеяться перебить ее.

Обе руки, одна из которых визжала от боли, схватили ее правую грудь и подняли тяжелый груз вверх, в то время как ее рот опустился

на нее и она закричала. Пока внезапно этот крик не оборвался, когда она вгрызлась в свое тело и ее рот наполнился кожей, жиром, молочной тканью и кровью.

Она оторвала от себя полный рот плоти, и в ее груди взорвалась бомба агонии, как будто в нее выстрелили в упор.

Скрежеща челюстями, едва успевая сжимать то, что пыталась пережевать, она смотрела на Ким Бу Чжуна глазами, полными безумия.

А он не собирался сдаваться.

Секатор отсекал нос от его лица с жутким хрустом, в то время как оставшиеся пальцы другой руки вцепились в его левый глаз и начали вырывать глазное яблоко из глазницы, крича и вопя.

- Я выживу! Я выживу! Я ВЫЖИВУ! Я ВЫЖИВУ!

Лили закричала ему в ответ беззвучным воем, все здравомыслие улетучилось.

А потом они оба были слишком заняты едой, глотки были заняты своим главным предназначением – глотать топливо, и единственными звуками в комнате были влажные звуки и случайные стоны агонии.

************

ЛИЛИ ВЫИГРАЛА.

Она носила бюстгальтеры с чашечкой G, и она просто больше ела.

Но надо отдать должное азиатскому джентльмену, он продолжал пытаться, даже когда уже не мог видеть, что режет, и был настолько слаб от потери крови, что его попытки отрезать собственные яички увенчались лишь тем, что одно из них выскочило в потоке крови и спермы.

После этого он потерял сознание, хотя это уже ничего не значило, поскольку он уже умирал. Ученик перерезал ему горло.

То, что произошло дальше, было беспорядочным нагромождением образов и звуков, которые Лили не могла собрать в единое целое.

- В избытке ты был проклят, в избытке ты был спасен.

Боль. Кровь.

- ...мнения по этому поводу будут...

Последователи Ученика возились с чем-то.

- Очистился от греха.

Бинты. Рвота.

- ...правда? Ну, положите на лед, они, возможно, смогут их спасти...

Боль. Шприц.

- Иди с миром.

Небытие.

А потом она оказалась в больнице.

Потом были вопросы, вопросы от медсестер и врачей, а потом еще вопросы от полиции, от детективов.

Ее родители.

Папа.

И хотя все они задавали ей много-много вопросов, у нее было мало ответов, потому что ей было очень трудно сосредоточиться на том, о чем они ее спрашивали, потому что она была голодна. Она была так голодна... но даже если она не могла ответить на все эти вопросы, она знала одну вещь. Она знала, что может удовлетворить жажду в ее внутренностях.

Того, чего она жаждала, не было ни в одном обычном меню, ни в одной известной поваренной книге.

Единственным блюдом, которое могло удовлетворить ее, было то, которое, как известно, лучше всего подавать холодным...

...ну, может быть, с щедрым количеством соуса HP Sauce...

Скоро третий грех – ЛЕНЬ.

Перевод: Дмитрий Волков