Дональд Бартельми - Шестьдесят рассказов

- А черт его знает. Может, мы проиграли?

- Ну, как могли мы проиграть? Как могли мы? Мы!

- Мы держали хвост пистолетом. Могли хоть кому настучать по тыкве, начистить хлебало. И все же, может быть…

- Помню старые денечки, когда мы почти автоматически…

- Да. Почти без усилий…

- Верно. Заходите, коммандер. Ставьте прямо сюда, да все равно куда, дайте я место расчищу. Ставь эту посудину прямо здесь. Одиннадцатифутовый серебряный кубок!

- С великолепной гравировкой, с датами.

- С великолепной гравировкой, с датами. Но это было тогда.

- Так. Помощь ожидается?

- Я позвонил по номеру насчет помощи, и они сказали, что помощи больше нет.

- Я отведу тебя в Затон.

- Чего я там не видел?

- Я отведу тебя в Затон, город новой жизни.

- Может, завтра или еще когда.

- Затон, возвращающий бодрость.

- Слушай, мне как-то не с руки.

- Где можно соприкоснуться с первоосновами, поздороветь даже против своей воли.

- У меня уйма дел.

- Эта пустынная дорога. Она ведет в Затон.

- Нужно прополоть и проредить хлопок, забежать в аптеку.

- Ты бывал когда-нибудь в Затоне?

- Да, я там бывал.

- Затон, город новой надежды.

- Настроить окарину, пришить пуговицу к рубашке.

- Ты много путешествовал? Ты достаточно много путешествовал?

- Я путешествовал, и немало.

- Чтобы вернуться, нужно сперва уйти, это фундаментальная истина.

- Радость возвращения есть высшая из моих радостей. Достигается прогулкой вокруг квартала.

- Затон. Ты видел новую казарму? Для государственной полиции. Они использовали для строительства этот красный камень, который у них там повсюду, очень симпатичное здание, тусклое и красное.

- А полицейским нравится?

- Кто же их спрашивал. Но они вряд ли могли бы… Я насчет что она же новая.

- Проветрить спальник, почистить фляжку.

- Ты видел новый амфитеатр? Построен из красного камня. Они ставят там все трагедии.

- Да, видел, он совсем рядом с железнодорожным вокзалом, верно?

- Нет, он поближе к Великому Лицею. Великий Лицей, сверкающий янтарь в оправе надменного города.

- Я бы сейчас совсем не отказался от жареной картошки. Жареная картошка с кетчупом.

- Затон. Задуман как один из этих новых городов. Где все и каждый будут счастливее. Очень строгие местные законы. Там не позволяют иметь автомобиль.

- Да. Я был там в начале. Я помню лихорадку перед сдачей проекта. Меня попросили сделать доклад. Но мне ничто не шло на ум. Я просто стоял там, в синем рабочем халате с эмблемой Затона, точь-в-точь похожем на беременное платье, стоял и молчал. Я не мог придумать, а что же сказать. В конце концов я сказал, что присоединяюсь к общему мнению.

- Единственная тамошняя древность это монастырь, датируется 1720 годом или около того. Там есть Черная Богородица, и Богородица черная, и Ребенок тоже. Датируется 1720 годом или вроде того.

- Я видел. Крутая вещь. Такая крутая, что слезу вышибает.

- А осенью приезжает цирк. Выступает в саду красных камней, где резные красные астры и резные красные флоксы оттеняются поребриками из желтого берилла.

- Я видел. Поразительно круто.

- Так что решено, мы едем в Затон, где будут рауты и пирушки, а может, еще и простая, без формальностей танцулька, может - пообжимаешься на веранде с одной- другой тамошней ослепительной красавицей.

- Теперь я не очень чтобы очень насчет обжиматься. По большей части я стою перед ними на коленях, занимаюсь для них вязанием или делаю грамматический разбор…

- И затонское стадо бизонов. Шесть тысяч зверюг. И все они еще живы.

- Каждый дом имеет обширный парк и газоны, латунные подсвечники, троекратную в день доставку почты. Элегантные вдовы, одиноко живущие в просторных особняках, поливающие газоны с помощью вращающихся желтых разбрызгивалок, внимательно обследующие траву в поисках побуревших участков, которые должно полить. Иногда в доме есть взрослый ребенок, или почти взрослый, работающий в школе или больнице, преподавателем или консультантом. Стены многих домов украшены семейными фотографиями, если спросить, кто там изображен, тебе ответят охотно и с удовольствием. На закате всех, кто прожил этот день, награждают орденами, крестом св. Жайме, крестом св. Эма.

- Задуман как один из этих новых городов, где каждый будет счастливее, много счастливее, вот в чем идея.

- Мир. Безмятежность. Мертвых экспонируют в художественных галереях, в рамах. А иногда ставят на постаменты. Почти то же, что и везде, только в Затоне экспонируют самую доподлинную…

- Личность.

- Да.

- И они крутят пленку, как говорил этот мужик или там женщина, прямо рядом с его или ее…

- Рамой или постаментом.

- Записанную загодя.

- Естественно.

- Ошеломленные белые лица разговаривают.

- Убил несколько цветов и поставил их в горшочки под этими лицами, все так делают.

- Что-то непрестанно тянет тебя назад, как магнит.

- Смотреть, как бизоны щиплют траву. Не может быть, чтобы я ждал именно этого, я ждал слишком уж долго. Это вялое, бесцельное слоняние с места на место казалось мне невыносимым. Но под конец я и сам был уже не прочь пощипать малость травки, это бы смотрелось забавно.

- Есть ли на небесах мятлик, голубая трава? Наведи справки. Я видел улицы Затона, несколько костров, а над ними - дворняжки, жарящиеся на рябиновых вертелах.

- А на другом углу какой-то человек переделывал мозг в горе.

- Затон проецирует положительные образы себя через великое коммуникационное средство кинофильма.

- Кинематографы запружены плодами их прежнего труда.

- Настоящие фильмы. Рассылаются повсюду.

- Фильм есть великое коммуникационное средство нашего века - здоровый, хихикающий фильм.

- Так что, если ты даже не едешь в Затон, ты имеешь возможность проникнуться его смыслом.

- Мне бы хотелось бы просто отдохнуть и побездельничать.

- Звуковые дорожки на бирманском, итальянском, тви и других языках.

- Один фильм стоит тысячи слов. Не меньше чем тысячи.

- Есть фильм про новую казарму и фильм про новый амфитеатр.

- Хорошо. Великолепно.

- В том, что про новую казарму, мы видим ребят из роты «А» на утренней поверке, бодрых и расторопных. «Маттингли!» - выкликает сержант. «Я!» - говорит Мат- тингли. «Морган!» - выкликает сержант. «Я!» - говорит Морган.

- Отличные ребята, пусть и малость дерганые. Отличные.

- В том, что про амфитеатр, восьмидневная сценическая постановка эккермановских «Разговоров с Гете».

- Что говорит Гете?

- Гете говорит: «Я посвятил всю свою жизнь людям и их улучшению».

- Гете так и сказал?

- И был процитирован в наипервокласснейшей кинопродукции Затона, возвышающей образ Затона в глазах всего мира.

- Круто, круто, как в гору.

- И есть документальный фильм о легендарных за- тонских гаражных распродажах, где в невзрачных, брошенных на пол мешках можно найти массивные серебряные тарелки.

- Люди вздыхают и напирают друг на друга, крепко сжимая свои серебряные тарелки. Только и остается, что позавидовать, позавидовать и сплюнуть.

- Сколько угодно жилья для приезжих, все затонс- кие гостиницы пустуют.

- Надо взглянуть на бумаги, у меня там вроде еще остались какие-то армейские льготы.

- Затон - новый город, он и тебя может сделать новым.

- У меня не хватает духу.

- Я могу забронировать места на самолете или на поезде, цены на все билеты снижены.

- Люди вздыхают и напирают друг на друга, крепко сжимая свои серебряные тарелки.

- Так ты хочешь так и сидеть здесь? Сидеть здесь и быть самим собой?

- Зайти в обувную лавку, купить ботинки.

- Ежевика, лютики и красный клевер. Музыка последнего времени кажется мне потрясающей, хотя в целом я не слишком жалую новое qua новое. Но новая музыка! Она завоевала пристальнейшее внимание нашей группы.

- Мамка не разрешала играть здесь на кларнете. К величайшему.

- Мамка.

- Мамка не разрешала играть здесь на кларнете. Тоска, да и только.

- Мамка была продвинутая.

- Мамка была очень продвинутая.

- Сидела там, разрешая и не разрешая. В своей старой качалке.

- Разрешая то, не разрешая се.

- Не разрешала гобой.

- Не разрешала электроскрипку. Вайбы*.

- Перекатится через пальцы твоей ноги и раздавит их к такой-то матери, потом десять раз подумаешь, прежде чем возникать, когда она разрешает-не разрешает.

- Точно. Ведь у кого вся капуста? У нее.

- Верно.

- Нужно тебе малость капусты, ну там купить комикс или что, приходилось идти к Мамке.

- Иногда да, иногда нет. В зависимости, какого цвета у нее настроение.

- Лиловое. Золотистое. Синее.

- Вот лиловое и привело ее тот раз за решетку.