Мария Гинзбург - Нф-100: Лунапарк Короля Мертвых

Оставалось высказаться только Марку Винису. Фосерри предполагал, что услышит еще один вариант мифологии, но он ошибся.

- Как и Роки, я чувствую себя отвратительно, - с чувством произнес Винис. - Но только Роки не понимает, почему, а я понимаю. Для народов Земли Луна всегда, как символ, представляла собой женское начало. Это базовые эмоции, самые основные импринты, подсознание, интуиция, сновидение. Качества, изначально развитые у женщин сильнее, чем у мужчин. Некоторые люди считают, что лунные аспекты хуже солнечных. В то время как они не лучше и не хуже. Они просто другие.

- Что ты имеешь в виду, Марк? - спросил Дшара.

- Приведу пример для наглядности, - сказал Винис. - Как ведь обычно? Вот смотришь - люди живут. Вот муж, руководит людьми или предприятием. Отдаёт приказы, зарабатывает деньги. Казалось бы, он глава в семье? С одной стороны так оно и есть. Однако яснее ясного, что если хочешь воздействовать на мужа, то делать это следует через его жену. Если она мудрая женщина, она ни когда не будет становиться в позу и чего-то от него требовать. Но если она что-то решила, то он именно так и сделает. Причём, будет уверен, что решение принял самостоятельно. Это и есть женский способ воздействия на мир. А если женщина не мудра, если она - не женственна, она сама становится руководителем. Напяливает на себя портки и идет руководить. С задатками у женщин всё хорошо, они ничуть не глупее нас, мужчин. Но все будет хорошо лишь на первый взгляд. Дело бы процветало, приносило прибыли. Эта женщина бы командовала кучей людей. Но вот в личной жизни была бы крайне несчастной. Ибо сильный мужик ни когда не станет жить с подобным нечто. И теперь, когда Луна вся искорежена, я думаю, что у людей, у землян, произошел ужасный перекос. Ведь все в мире, в космосе взаимосвязано. Зачем они вообще терраформировали Луну?

- Вот и я не понимаю, - признался Ракун. - Если нам было нужно жизненное пространство, Марс гораздо больше для этого подходит.

- Но ведь Тор говорит, что у вас Луна была как раз мужчиной, - заметил Уин Дшара. - И даже Тор понимает, что Луна - это большой кусок железа с примесями.

Дшара был родом с О'мриэля, одной из самых технократических планет Союза. Представители его расы забыли богов как понятие задолго до того, как Дшара появился на свет.

Но Марк пропустил его слова мимо ушей.

- Вот, да, - кивнул Марк. - Марс - сильная планета, мужская, подходящая для освоения ее мужчинами. Это был бы естественный и гармоничный процесс. А теперь, наверняка, женщины всё больше норовят действовать по - мужски. Через солнечные аспекты. Вместо мягкого воздействия исподволь, они всё больше норовят влиять напрямую. Чем сильно корёжат свою сущность. Я уверен, они имеют кучу проблем по женской части.

- Кстати, о солнечных и лунных аспектах и искореженной сущности, - сказал Фосерри. - Во-первых, Марк, если ты будешь так рассуждать в присутствии землян, тебя могут арестовать. А ты мне нужен на задании. Так что попридержи свои взгляды при себе. Второе. С нами пойдет специалист от "Дримуорлда", Гертруда Кортасар. Вы все здесь хорошо умеете бегать и стрелять. Но никто из нас не сможет забраться в черепушку взбесившимся роботам и разобраться, что из-за чего они начали убивать людей. А Кортасар - та, кто написал программы для всех тех биороботов, которых нам предстоит встретить. Только она сможет определить, что послужило причиной сбоя.

Марк поморщился, но спорить с командиром не стал.

- Ух ты! - воскликнул Ракун. - Она красивая, эта Кортасар?

- А, да, - вспомнил Фосерри. - К чему я вел. Гертруда Кортасар - лесбиянка. Так что можете не распушать хвосты.

По конференц-залу пронесся разочарованный вздох.

- Вот видите, я же говорил! - с чувством глубокого удовлетворения заметил Винис.

Торвальд глянул на часы, висевшие на стене.

- Знаете, уже одиннадцать, - заметил он.

- Они вышли из лифта и идут по коридору, - ответил ему молчавший до сих пор Неймер.

* * *

Программисты добились для себя свободного дресс-кода еще во времена зарождения своей профессии. И профсоюз стойко отражал поползновения работодателей в этой области. Мужчины-программисты обычно одевались более небрежно, чем женщины, но и те особенно не тосковали по тесным деловым пиджакам, в которых невозможно свободно вздохнуть, и узким юбкам, в которых сложно ходить по лестницам, не говоря уже о том, чтобы сесть перед монитором по-турецки. Чем, конечно, вызывали бешеную зависть коллег, вынужденных одеваться согласно строгим предписаниям.

Герда обычно приходила на работу в джинсах и майке. Зимой к ее костюму добавлялся удобный свитер. Эта весна выдалась холодной. Хагстрем, заглянувший в рабочую комнату Герды, был вынужден лицезреть именно его. Хотя на темно-синем свитере не было заковыристых лозунгов или приколов, понятным только коллегам по цеху, Хагстрем рассматривал его с очень печальным выражением лица. Герда даже подумала, что чем-то запачкалась, и тоже посмотрела себе на грудь.

- Я искал вас в курилке, - сказал Хагстрем.

- Я не курю, - ответила Герда рассеянно.

- Это хорошо, - кивнул Хагстрем.

К этому моменту Герда покинула мир программных кодов и осознала, что в ее комнате находится один из влиятельных людей компании.

- Да вызвали бы меня к себе, - сказала она.

Хагстрем неуловимо покачал головой. Герде стало интересно. Хагстрем явно не хотел, чтобы об их разговоре стало известно.

- На следующей неделе мы с вами летим на Луну, - сказал Хагстрем.

- Да, я знаю.

- Нам предстоит повстречаться с представителями Космопола, - продолжал он. - Если вы сочтете возможным придти на первую официальную встречу в красивом, скромном платье, компания выплатит вам бонус в размере двадцати процентов от вашей месячной зарплаты.

"Свинья", восхищенно подумала Герда. - "Но деловая и практичная свинья".

- Не забудьте, конечно, прихватить и комплект одежды для полевых условий, - закончил Хагстрем. - До встречи.

Он повернулся и пошел к выходу, не дожидаясь ее ответа. Но полпути остановился, обернулся и задумчиво посмотрел под потолок, словно там, в сплетении сервоприводов, находилось ответ на какой-то взволовавший его вопрос.

- Выполнение моей просьбы может ввести вас в дополнительные расходы, - сказал Хагстрем. - Чек перешлите в бухгалтерию компании.

В тот же вечер после работы Герда приобрела платье, которое ей давно нравилось, и украшения к нему. Кортасар хорошо зарабатывала, и эта покупка не разорила бы ее. Но ей просто некуда было в нем ходить.

"Первая официальная встреча с представителями Космопола", о которой упоминал Хагстрем, должна была состояться в одиннадцать. Герда проснулась поздно. Она торопливо оделась и влетела в лифт без пяти одиннадцать. В лифте девушка столкнулась с Хагстремом.

- Доброе утро, - сказала она заспанным голосом.

Джек кивнул в ответ. Так же пристально, как свитер в их прошлую встречу, он осмотрел платье Герды. Черный трикотаж, вручную вышитый белым растительным рисунком. Свободная юбка, которая заканчивалась чуть выше колена. Обтягивающие рукава скрывали руку по самое запястье. В довольно глубоком вырезе ворота поблескивала серебряная цепочка. На ней болтался черный круглый камушек в серебряной же оправе.

- Нравится? - спросила Герда.

- Вы выполнили мою просьбу как нельзя лучше, - кивнул Хагстрем. - Именно то, что нужно. Скромное, но женственное. У вас отличный вкус, Труди.

На работе ее имя обычно сокращали на немецкий манер. Собственно говоря, Герда и Гертруда являлись двумя самостоятельными именами, но в мультинациональном коллективе никто уже не знал таких тонкостей. Саджо первым назвал Гертруду Гердой - он любил старые сказки. Тогда она объяснила ему разницу - правильная форма должна была звучать как "Герти", но он весело отмахнулася. С тех пор так и повелось, что близкие друзья называли ее Гердой, а просто знакомые - Гертрудой или Труди.

- Но теперь я думаю, что зря посоветовал вам так одеться, - продолжил Хагстрем. - Я вчера беседовал с Дэззуо, командиром этих космических громобоев. Он категорически не хотел включать вас в команду. Я с трудом его уломал. И теперь он ожидает увидеть совсем не красивую и со вкусом одетую молодую девушку.

Герда закусила губу. Хагстрем был до омерзения деликатен. Однако из его слов становилось ясно, что не только сам Джек в курсе одной неприятной старой истории, но теперь и этот инопланетянин, Дэззуо.

- Мне пойти переодеться? - спросила она. - У меня еще есть джинсы и свитер.

Несколько мучительных мгновений Хагстрем колебался.

- Не стоит, - решил он наконец. - Вы знаете, я никогда не разделял мнения, что люди вашего склада - мужеподобные агрессивные фурии. Пора, в конце концов, ломать стереотипы!

Он дружелюбно подмигнул Герде.

- К тому же, - сказал Джек. - Я в детстве увлекался книжками про одного шпиона. У него было много подружек, но только одна - шпионка, как и он сам. Вместе они были прекрасной парой. Я всегда представлял ее именно так, как вы сейчас выглядите. Я думаю, это хороший знак.