Сергей Пономаренко - Я буду любить тебя вечно

- Помнится, вы мне про корень мандрагоры рассказывали, что он вырастает из семени висельника, - пробормотал он некстати.

- Молодой человек, уймитесь! Вы что, с Павловской больницы сбежали? Может, мне «скорую» вызвать или милицию? Еще раз повторяю. Я вас не знаю, и в первый раз вижу, - похоже начала злиться журналистка.

- Все, все - никуда не надо звонить! - вмешался Глеб, увидев, что девушка решительно подняла телефонную трубку. - Я беру над ним шефство, а вы видите, что я абсолютно здоров. - Он не стал рассказывать ей, что является психотерапевтом этого парнишки.

История болезни Романа его все больше заинтересовывала.

- Кофе хотите? Напротив есть неплохой кафетерий, хочу вас угостить, - предложил он.

- Никуда я отсюда не пойду, - решительно ответила она, подозрительно рассматривая посетителей. - И кафешки напротив нет, надо идти почти до самой Институтской.

- Конечно, кофе можно выпить и здесь, - скромно предложил Глеб, выразительно посмотрев на банку кофе, стоящую на краю стола, и несильно толкнул Романа кулаком в ребра, увидев, как тот пытается что-то сказать.

- Понятно, что вы нахалы, - миролюбиво ответила журналистка, - но кофе, так и быть, угощу. Только заранее предупреждаю: кофе отвратительный, купленный на базаре, грубая подделка. Хотя, пока от него никто не умирал. И воду придется вам принести из мужского туалета. До него ближе, чем до женского.

- Судя по табличке, эти услуги объединены в одной комнате, - вспомнил и уточнил Глеб, но, натолкнувшись на жесткий взгляд журналистки, ретировался.

- Давайте тару, Роман принесет, - и сунул в руки опешившему парню пустую литровую банку.

- Он у вас малахольный? - спросила журналистка, когда за Романом закрылась дверь.

- Вроде нет, просто заочно влюбленный в вас неразделенной любовью. Вы ведь не замужем? Так ответьте ему взаимностью! - пошутил Глеб.

- Я его первый раз в жизни вижу, но если вы так настаиваете… - поддержала шутку девушка, состроив невинное личико и часто заморгав глазками, изображая «паиньку».

- Очень прошу Вас, не отталкивайте его. По крайней мере, сразу, - уже серьезно сказал Глеб. - Влюбленные - это как больные, - И сразу вспомнил рассуждения Алины на этот счет.

- А если вы мне больше нравитесь чем он, то как мне поступить? - весело спросила девушка.

- Отдаться зову сердца, - серьезно ответил Глеб. Девушка легко поддерживала разговор и этим, несмотря на первое впечатление, ему понравилась. От нее как бы исходила аура доброжелательности и доброты, этим она его привлекла. Несмотря на чудачества визитеров, она их не выгнала, и даже согласилась напоить кофе. Глеб почувствовал к ней влечение, но не такое, какое он до сих пор испытывал к женщинам - на одну ночь, это было что-то большее, претендующее на определенное место в его жизни.

- Я об этом подумаю, - по-прежнему шутливо ответила девушка.

- Извините, а как вас зовут? - спросил Глеб. - Меня, например, Глеб.

- Очень приятно. А меня - Юлия, можно просто Юлька.

- Мне также очень приятно, - кивнул головой Глеб.

Открылась дверь, и Роман занес воду в комнату. Глеб встал, театрально развел руками и торжественно сообщил парню: - Прошу познакомиться - Юлия, имя производное от греческого Иулия, что означает пушистая, волнистая.

- Не такая уж я и пушистая, - рассмеялась Юлька, - очень часто бываю ершистой!

Роман пока ходил за водой, успокоился, и постепенно взял инициативу в разговоре в свои руки. Вскоре, за кофе, рассказал свою историю - похождения на Лысой горе, и назвал причину, по которой они пришли сюда.

- Так ты считаешь, что я, точнее, в меня вселился дух той девушки, Аники Мозенз? - Юлька прыснула со смеху. Роман покраснел, смешался,

- Это не совсем так… Хотя и не исключено… На Востоке существует философская система перерождения одного и того же человека - цепочка реинкарнаций.

Считается, что каждый человек, точнее душа, астральное тело, находится в потустороннем мире определенное количество времени, зависящее от того, как он жил здесь, на земле. Люди, ведущие разгульную, беспутную жизнь, и кроме этого, ничего не видящие в жизни, попадая в то пространство, постоянно притягиваются своими неосуществленными желаниями назад, на землю.

Журналистка улыбнулась и многозначительно сказала:

- Ну и ну!

- Для таких людей в любой исторической эпохе всегда существуют условия для реализации их низменных желаний, так как структура эпох их не интересует, - скороговоркой рассказывал Роман, словно боялся, что его могут прервать. - По закону Кармы каждый человек должен полностью реализовать все свои желания, цели и надежды. Люди с низменными желаниями очень быстро возвращаются назад, попадая в момент зачатия, как невидимая форма, реализуемая будущим человеком. Тоже самое касается людей, которые, в силу обстоятельств кратковременности своего пребывания на земле, не смогли пройти предначертанный путь. Аника прожила слишком короткую и трагическую жизнь.

- Все это мудрено и очень умозрительно, - совсем, как те статьи, которыми мы потчуем читателей, - улыбнулась девушка. - Ну, даже если это так, то что из этого следует?

- Если следовать логике, то Роман считает, что ему предначертано принести счастье новой ипостаси Аники Мозенз в этой жизни, дать успокоиться ее душе, - объяснил Глеб, в то время как Роман снова приобрел цвет вареной свеклы.

Это можно считать предложением руки и сердца? - рассмеялась девушка. - Более оригинального и быстрого сватанья, наверное, еще не было. А если он ошибается - вдруг дух Аники Мозенз вселился в другое тело? - лукаво спросила она, и иронично добавила: - Мне не хочется быть в роли брошенной жены. Какой же тогда выход?

Тут дверь в комнату открылась и в нее вошел худющий, бледный юноша, с лихорадочным блеском в глазах.

- А вот и автор, которого я жду, - сказала она и заторопилась. - Вот мой телефон, если что, перезвоните мне. Извините, но мне надо работать, вы и так много времени забрали у меня. Всего хорошего. - Глебу и Роману ничего не оставалось, как уйти.

Через час Юлька освободилась, в глубине души поражаясь фантасмагории, бреду больного воображения, содержащихся в материале, принесенном автором для печати. Это похлеще, чем истории, которыми ее пытались грузить чудаковатые визитеры. Вздохнув, она начала править этот материал, в глубине души надеясь в будущем перейти в более солидную газету.

49.

На Глеба встреча с девушкой произвела громадное впечатление. В ней было что-то такое, что завораживало, притягивало. В жизни Глеба было немало женщин, которые появлялись и исчезали, но до сих пор только Ольга оставила глубокий след в его душе. Внешне девушка была почти антиподом Ольги, - у той яркая внешность сразу бросалась в глаза и привораживала взгляд, а эта притягивала к себе некой внутренней привлекательностью, простотой, открытостью и спокойствием. Даже то недолгое общение вызвало у Глеба ощущение, что этой девушке свойственна доброта, честность, верность в отношениях. Он почувствовал даже некоторую ревность к Роману, который шел рядом и, похоже, строил планы продолжить с ней отношения. Вдруг Роман погрустнел и печально сказал:

- Есть одно несовпадение. Как мне пригрезилось в потерне, на Лысой горе, у той журналистки были черные волосы, а у этой светлые, хотя внешне вроде похожи. Как это объяснить?

Глеб с раздражением посмотрел на парня, затем на часы.

- Никак. Верить или не верить - все от тебя зависит. Придешь ко мне на прием, тогда подробно побеседуем, а пока извини, очень спешу на работу.

Он резко развернулся и пошел в противоположную сторону. Через несколько шагов стал себя ругать за срыв, и анализировать, из-за чего он произошел. С некоторым удивлением понял, что видит в Романе не пациента, а соперника. «Неужели мимолетное знакомство на меня так подействовало? - с удивлением подумал он. - Впрочем, что с того, даже если это и так? И почему бы не попробовать поближе познакомиться с этой девушкой? Я принял обязательства лечить этого паренька, но не принимал из-за него монашеский обет и, в моральном отношении, совершенно свободен», - принял он решение. Он окликнул Романа, который удивленно продолжал стоять на месте, не понимая причин раздражения психоаналитика, вернулся к нему, посоветовал тому в спокойной обстановке осмыслить сегодняшнюю встречу с журналисткой, провести пару деньков в домашней обстановке, ни с кем не встречаться, а завтра прийти к нему на прием, чтобы совместно обсудить эту ситуацию.

Как только Глеб зашел в кабинет, сразу поспешил к телефону и набрал номер редакции.

- Юлька, это вы? - обрадовался он, услышав голос девушки. - Извините, что так сразу звоню, но дело в том, что хотел вас предостеречь. Я не мог всего рассказать, когда мы были втроем, сами понимаете. Дело в том, что Роман серьезно психически болен, а я не его приятель, как, может, вы подумали, а психоаналитик. Лечу его.