Одна Ж в Большом городе - Голубицкая Жанна

В повседневном наряде готы тоже выделяются из толпы. Девушки-готы носят корсеты, кружевные платья (часто – копии платьев Викторианской эпохи, эпохи Ренессанса и т. д.), плащи, кофты с воланами, длинные кружевные юбки. Их макияж – подведенные густо-черными стрелками глаза на бледном лице и кроваво-красные губы. Готы-мужчины предпочитают черные шляпы, камзолы, белые кружевные рубашки (с жабо и оборками на рукавах), панталоны, плащи, штаны из кожи или винила. Самым «готическим» материалом считается бархат, а цветами конечно же кровавый и черный. Готическое мировоззрение определяется «темным» восприятием мира.

Это особый романтично-депрессивный взгляд на жизнь, отражающийся во всех сферах жизни гота: в поведении (замкнутость, частые депрессии, меланхолия, повышенная ранимость), в восприятии реальности (мизантропия, т. е. нелюбовь к людям, пристрастие к сверхъестественному), в отношениях с обществом (неприятие стереотипов, стандартов поведения и внешнего вида, антагонизм к обществу, изолированность от него). Другой характерной чертой готов является восприятие смерти как фетиша (предмета поклонения). У большинства поклонников готики с возрастом это увлечение проходит, хотя отдельные личности могут остаться танатофилами (любителями смерти) на всю жизнь, что относится уже к области не культуры, но психиатрии. Что интересно, при всех своих «смертельных» замашках готы довольно приветливы и открыты для общения: они никогда не причиняют вреда окружающим и довольно легко принимают в свои ряды всех желающих.

История вторая: романтическая

Рассказывает Аня Д.:

– Мы встречались с Гришей уже около двух месяцев, но отношения наши никак не развивались. Мы ходили в кино, допоздна гуляли, но… ни разу даже не целовались. Я уж не знала, что и подумать: зачем он тогда приглашает меня на свидания, коль даже поцеловать не хочет? И тут подруга посоветовала мне затащить его на кладбище. «Там обстановка такая романтическая, таинственная, очень сближает, – сказала она. – Уж если там – перед лицом вечного – он тебя не поцелует, пиши пропало!» Гриша долго не хотел идти на кладбище: говорил, что не видит в этом ничего интересного и забавного. Мы чуть не разругались, но я все же настояла. Привела его на Ваганьковское: кладбище, так сказать, с традициями… Сначала, когда мы пришли (это было на закате), Гришка все канючил: «Ну и чего здесь делать, что тут хорошего?»

Я уж даже раскаялась в своей затее: какие уж тут поцелуи, сейчас подумает, что я ненормальная, и вообще убежит! Но решила еще немного потерпеть. Взяла его за руку, и мы пошли вдоль аллеи, читая надгробные надписи. Потом присели на лавочку возле какой-то могилки: там на памятнике было очень красивое стихотворение, посвященное умершей девушке. Ее оставшийся в живых возлюбленный сетовал, что ему нечего делать на этом свете без нее, и мечтал скорее оказаться рядом с любимой. Тут мой кавалер притих. Мы еще посидели. А потом Гриша вдруг обнял меня и сказал: «Боже, какое счастье, что ты у меня есть! И что мы оба живы». И поцеловал. Так мы и целовались там, на примогильной лавочке. Не знаю, может, грех это? Но я была счастлива. И мне показалось, что это лучшая дань памяти тех влюбленных, которых разлучила смерть. И ту ночь мы впервые провели вместе. Не подумайте, не на кладбище. Мы поехали к Гришке.

Рассказывает Гриша Н., друг Ани:

– Я сначала действительно подумал, что Анька рехнулась: заладила – на кладбище, на кладбище… Я не понимал: чего там делать, да еще с девушкой? У меня незадолго до этого бабушка умерла, поэтому ни с кладбищем, ни с могилами никаких романтических ассоциаций в принципе быть не могло. Но потом смотрю – уперлась. Ладно, думаю, дурь девичью уважу, схожу. А там как увидел этот стих, который парень посвятил своей погибшей невесте, так во мне будто что-то перевернулось! Я вдруг понял, как мне Аня дорога, что не надо в этой жизни терять ни секунды на то, чтобы кому-то что-то доказать. Ведь сегодня мы есть, а завтра – никто не знает. И надо жить здесь и сейчас, ловить момент, любить друг друга, пока мы рядом. И в этом овеянном смертью месте мне вдруг невыносимо захотелось самых простых жизненных проявлений – прижать к себе любимую девушку, приласкать ее, почувствовать живое тепло ее тела. До сих пор не знаю, что это было – наваждение какое-то…

Комментирует психолог Борис Переверзин:

– Помните, героиня фильма «Москва слезам не верит» говорила: «А я слышала, что на кладбище хорошо знакомиться»? Как ни парадоксально, но в непосредственной близости от вотчины мертвых отношения живых выстраиваются действительно лучше. Науке известен феномен Situation body self-insurance («ситуативное самострахование организма» – англ.), о котором и говорит Гриша: в местах упокоения умерших у многих людей активизируются жизнеутверждающие настроения и функции – как бы вопреки исходящим отовсюду флюидам смерти. Считается, что при виде оплота вечности, коим является кладбище, человек освобождается от многих «земных» комплексов и страхов и настраивается на программу срочного самосохранения и самовоспроизведения. На эту тему существует множество поверий и преданий у разных народов мира: например, индусы уверены, что бесплодная пара может зачать, занявшись любовью возле усыпальницы Тадж-Махал, а англичане полагают, что девушка скорее согласится выйти замуж, если сделать ей предложение… на кладбище.

Комментирует культуролог Диана Двинеева:

– Соседство темы любви и смерти прослеживается в культурном наследии всей нашей планеты. Если обратиться к творчеству классиков, у каждого из них мы обнаружим так или иначе затронутую тему вечного покоя и последнего пристанища в связи с зарождением новой любви или жизни (особенно это касается эпохи романтизма и декаданса). Сегодняшние дни – не исключение. Недаром у нас стала необыкновенно популярной книга Б. Акунина «Кладбищенские истории», автор которой заявляет: «Все, что когда-то было, и все, кто когда-то жил, остаются навсегда… Подите на кладбище. Если день, погода и ваше душевное состояние окажутся в гармонии с антуражем, вы ощутите себя частицей того, что было прежде, и того, что будет потом. И, может быть, услышите голос, который шепнет вам: “Рождение и смерть – это не стены, а двери”».

Ты не одна:

Пришла мне тут в голову странная ассоциация. Не зря же в экономике и в народном хозяйстве так ценятся всякие энергосберегающие изобретения. Например, машины, которые могут работать не на топливе, а на вторсырье, а еще лучше – на биологических отходах. Так и нам, женщинам, по жизни было бы полезно научиться функционировать на всяком, простите, г… То есть уметь перерабатывать его в энергию и получать от него драйв. Навык быстрого преобразования в своей голове негатива в позитив и умение «работать» на полученном продукте сберегло бы нам кучу сил и нервов. Так как на свете, по определению, «сырого» негатива несравнимо больше, чем готового к употреблению, расфасованного и красиво упакованного позитива. Поэтому отчего бы не извлечь из любой не очень приятной и не очень веселой ситуации ее позитивный корень и не воспользоваться им для оптимизации нашего жизненного процесса? Дайте мне патент на изобретение женского нервосберегающего ресурса! Каков он? Он прост, как все гениальное! Это – элементарное г…

Для тех, кто не понял:

Кладбище – место невеселое. Но именно с ним связаны некоторые тенденции, которые находятся сегодня на пике моды. Извлекаем их – и получаем гламур.

Готический фэшн-код

Внимание: новое веяние! Готический прикид переместился с кладбищ и из мистических триллеров и романов-ужастиков сначала на мировые подиумы, затем в светский бомонд и, наконец, семимильными шагами ринулся в народ.

Новые дракулы

Теперь в нарядах «с плеча» героев средневековых «вампирических» романов щеголяют не только готы – приверженцы определенной субкультуры и члены неформальных сообществ, – но и просто продвинутые граждане, желающие шагать в ногу с модой. Однако чтобы правильно следовать сей оригинальной тенденции и стать достойным членом компании новомодных «дракул», нелишне все же понимать, кто такие готы и чего они хотят от жизни? Или от смерти?