Юность подарит первые шрамы - Крамер Стейс

Последние слова Арджи довели Никки до беспросветного отчаяния. Уверяю вас, даже свалившийся с неба метеорит, глобальная катастрофа или же растерзанная тушка ее любимой кошки, брошенная к ее ногам, не впечатлила бы Никки так, как признание Арджи.

– Умоляю, не разбивай мне сердце. Пожалуйста, не делай этого, – взмолилась она.

– Никки, ты достойна большего. Ты обязательно встретишь человека, который по-настоящему полюбит тебя.

– …Вот только я теперь из-за тебя никого больше не смогу полюбить, – ответила Никки, перед тем как уйти от него. Навсегда.

Глава 23

– Я уверена, что вы помиритесь, – успокаивала Джел Калли.

– Нет. Не помиримся, – хмуро заявила Калли, ковыряясь ложкой в каше.

– Ты хоть расскажи, что произошло? – спросила Диана, не удовлетворенная краткой историей, что поведала подругам Калли. Лаффэрти, в общем-то, и не хотела ничего рассказывать. Джел, Диана и Никки сами догадались, что случилось неладное, и сразу предположили, что Калли переживает из-за Руди. Тогда-то Калли и ответила им нехотя, что она поссорилась с парнем, но не рассказала, из-за чего именно. Калли пообещала хранить его тайну, и, как бы тяжело ей ни было, свое обещание она не нарушала.

– Произошло то, что я целиком доверилась человеку. Выстроила какую-то свою иллюзию и сама же потом от нее пострадала… Мама была права во всем. Я полюбила меркантильного, абсолютно беспринципного человека.

– …Я поняла, что ничего не поняла, – сказала Диана, еле-еле скрывая негодование. Ее всегда раздражала манера Калли говорить загадками.

– Я тоже, – кивнула Джел. – Ладно, Калли. Расскажешь все, когда будешь готова. Но, во всяком случае, я уверена, что в тебе сейчас говорят эмоции. Руди не такой плохой, как ты считаешь.

– Действительно. В конце концов, он же не убил человека, – смеясь, сказала Диана.

– …Ну да, – ответила Калли, вздрогнув из-за слов Брандт.

В столовую вошла Никки. Ученицы тут же забыли про завтрак и свои беседы, уделив все внимание Дилэйн. Та поразила всех своим внешним видом: впервые в жизни Никки появилась перед публикой без макияжа.

– Никки, что с твоим лицом? – тут же подлетела с вопросом Мессалина Аксельрот.

– А что с твоим чувством такта, Мессалина? – рявкнула Никки.

Никто больше не рискнул подойти к ней. Никки поставила на поднос чашку кофе и пюре из киви и присоединилась к подругам.

– Достали, – сказала Никки, явно нервничая из-за столь чрезмерного внимания к собственной персоне.

– Успокойся. Все понимают, что расставание с парнем – это больно, и поэтому волнуются за тебя, – утешала Джел.

– Мне не больно. Мне… вообще никак.

– Никки, никогда бы не подумала, что ты будешь так страдать из-за какого-то парня, – удивилась Диана.

– Ну подумаешь, обожглась, с кем не бывает? – задала вопрос Калли, а потом печально вздохнула, вспомнив о своих свежих «ожогах».

– Да. Вот только я уже столько раз обжигалась, что превратилась в пепел, – ответила Никки. После она взглянула на Элеттру, сидевшую в нескольких жалких метрах от нее. Элеттра почувствовала на себе чей-то гневный взгляд, посмотрела в сторону Никки и тут же резко отвернулась. Даже «стая» пуль, летящая в ее сторону, не напугала бы Элетт-ру так сильно, как ненависть, открыто транслируемая Дилэйн. – Сидит такая довольная… Радуется триумфу. Бедный Арджи, он не знает, во что вляпался. Он ведь такой впечатлительный, такой доверчивый. Просто легкая добыча. А эта сука только рада этому.

– Бедный Арджи? То есть ты считаешь, что во всем виновата Элеттра? – спросила Диана.

– А разве нет? Кинг увидела меня с парнем, заметила, как я счастлива с ним, и решила вновь нагадить мне, наговорив ему кучу всего про меня.

– Никки, ты так говоришь, будто Арджи – маленький мальчик, которого злые дяди заманили в лес. Пойми, если парень бросает свою девушку ради другой, проблема только в парне. И точка.

Диана и Никки еще долго спорили, без устали доказывая свою точку зрения. Калли молча завтракала и размышляла над тем, как ей поступить, если спор ее подруг доведет их до ссоры, как восстановить их отношения. Джел в это время выпила уже пятый стакан воды и поняла, что у нее совершенно нет сил, чтобы вмешаться в бурное обсуждение Брандт и Дилэйн, дабы успокоить подруг. Несколько позже Джел осознала, что ее слабость настолько сильна, что ей с трудом удастся подняться с места.

Все же у нее получилось встать на ноги, медленными шажочками дойти до стены и использовать ее в качестве опоры всякий раз, когда ноги подкашивались и перед глазами темнело. Калли, Диана и Никки были так увлечены разговором, что даже и не заметили, как их покинула Джелвира.

Больше месяца Джел питалась яблоками, водой и таблетками. Чувство голода стало неотъемлемой частью ее жизни, как сердцебиение и потребность в кислороде. Джел знала, что происходит внутри нее, ведь она прочитала немало книг про похудение. Итак, когда запасы глюкозы и гликогена истощаются, запускается процесс кетоза, то есть организм начинает расщеплять жир, чтобы получить энергию. Вскоре подключаются белки. Они распадаются на аминокислоты, которые потом преобразуются в глюкозу. Затем наступает аутофагия. Тело пожирает себя. Разрушаются мышцы, клетки различных органов, отчего нарушается работа всех важнейших систем организма.

Назревает вопрос: если Джел знала все последствия голода, почему же она продолжала морить себя им? Ответ прост. Все это истощение, расщепление, распадение, разрушение вело к исчезновению лишнего веса. И это для нее было важнее всего.

– Джелвира О’Нилл!!! – кричал Янни Фостик.

Джел и не заметила, как добрела до кабинета физики, как начался урок и как учитель не на шутку взбесился из-за безуспешных попыток докричаться до нее.

– …Да, мистер Фостик? – ответила наконец она, медленно вставая.

– Я буду долго ждать ответ на свой вопрос?! – учитель физики был крупным мужчиной, обладавшим телосложением помидора. Когда Янни Фостик нервничал – а нервничал он в основном, когда ученицы отвлекались на его уроке, – казалось, что его тело увеличивается, точно воздушный шар, только вместо воздуха тот был наполнен яростью и вот-вот мог лопнуть.

– Мистер Фостик, повторите вопрос, пожалуйста…

– В чем заключается закон Стефана – Больцмана?!

– …Закон Стефана – Больцмана… – Джел уставилась в учебник, пытаясь отыскать подсказку, но перед глазами все расплывалось, точно книга находилась на дне аквариума.

– К доске! Быстро!

– Мистер Фостик, я не готова, – призналась Джел без какого-либо сожаления.

– К доске!!! – заорал Фостик.

Джел, превозмогая наистрашнейшее головокружение и мощнейшую слабость, подошла к доске.

– Повторите то, что вы сказали.

– …Я не готова, – ответила Джел странным голосом. То был голос человека, что находился на грани.

Диана, Калли и Никки переглянулись меж собой, испугавшись необъяснимого поведения подруги. Да и остальные одноклассницы пребывали в замешательстве.

Только Янни Фостик ничего не замечал и продолжал стращать Джелвиру:

– Получается, что я на прошлом уроке просто так потратил свои силы, раскладывая по полочкам сложнейший материал. Так? Не слышу!!!

– …Так.

– Мистер Фостик, можно я отвечу и напишу формулу? – послышался встревоженный голос Дианы.

– Нет, Диана. Ваша подруга будет стоять здесь до конца урока, а вы будете смотреть на это позорное клеймо класса.

Как волк выбирает самую чахлую овцу для перекуса, так и Янни Фостик выбрал наислабейшую ученицу, чтобы вдоволь поиздеваться над ней. Прошло полчаса с момента начала жестокого наказания Джелвиры. Фостик объяснял новую тему, а Джел в это время почувствовала, как ее душа постепенно покидает тело. Ей вдруг показалось, что пол под ее ногами стал дрожать. Только Джел сделала шаг к первой парте, чтобы зацепиться за нее руками, как послышался разъяренный голос учителя:

– Стойте на месте, О’Нилл. И не прячьте глаза! Пусть все видят, как вам стыдно!