Патриция Хайсмит - Мистер Рипли под водой

Том согласился.

— Прекрасно, дорогая, я очень тебе благодарен. — Он сжал ее руку и быстро поцеловал. — Я буду любить эту вещь и постоянно чистить — заботиться о ней.

Мысли Тома большей частью витали где-то в другом месте. Где и когда рассказать ей о трагедии Притчардов? Мадам Аннет не упомянула об этом в течение прошедших двух часов, поскольку была занята приготовлением ланча. Но телефон может зазвонить в любой момент, и кто-нибудь, Грэ, а может и Клеги, сообщат какие-нибудь новые подробности, которые распространяются так быстро. Том решил в любом случае получить удовольствие от ланча и послушать рассказы о Марракеше и двух французских джентльменах, Андре и Патрике, которые так хороши оказались для обеда.

Элоиза сказала Эду:

— Мы рады принимать вас здесь, в нашем доме! Надеемся, что вам у нас нравится.

— Спасибо, Элоиза, — ответил Эд. — Прекрасный дом — очень удобный. — Эд взглянул на Тома.

Том в этот момент задумался, закусив нижнюю губу. Может быть, Эд знал, о чем он думает: о том, что вскоре ему придется рассказать Элоизе о Прит-чардах. Если Элоиза спросит о них во время ланча, Том приготовился уклониться от ответа. Он был счастлив, что она о них не упомянула.

23

После ланча никому не захотелось кофе. Эд сказал, что он предпочел бы пройтись «через весь город».

— Ты действительно хочешь позвонить Джеффу? — спросил он.

Том объяснил Элоизе, курившей за столом: они с Эдом подумали, что их старый приятель Джефф Констант, фотограф, мог бы заехать к ним погостить на пару дней.

— Мы случайно узнали, что он сейчас свободен, — объяснил Том. — Он вольный стрелок, как и Эд.

— Конечно да, Том! Почему бы и нет? А где он будет спать? В твоей мастерской?

— Я уже подумал об этом. На пару дней я переберусь к тебе, а он займет мою комнату. — Том улыбнулся. — Как пожелаешь, дорогая.

Они и раньше несколько раз так делали: ему проще было спать у Элоизы, чем ей переносить вещи в его комнату. У них в спальнях стояли двуспальные кровати.

— Ну конечно, Том, — сказала Элоиза по-французски. Она встала, а за ней Том и Эд.

— Я на секундочку, — сказал Том, в основном Эду, и вышел в кухню.

Мадам Аннет, как всегда, ставила тарелки в посудомоечную машину.

— Мадам, сегодня был прекрасный ланч, спасибо. У меня к вам два дела, — добавил Том, понизив голос. — Я сейчас расскажу мадам Элоизе о Притчардах — чтобы она не узнала это от незнакомых людей... может, тогда она не станет так волноваться.

— Да, мсье Том. Вы правы.

— И второе. Я приглашу еще одного моего друга-англичанина приехать завтра. Не уверен, что он сможет, но решил вас предупредить. В таком случае он займет мою комнату. Я через пару минут позвоню в Лондон, а потом дам вам знать.

— Очень хорошо, мсье. А как насчет обеда — le menu?

Том улыбнулся.

— Если возникнут трудности, мы поужинаем завтра где-нибудь в городе. — Завтра воскресенье, но мясная лавка утром всегда открыта.

Он поспешил вверх по лестнице, боясь, что в любую минуту может зазвонить телефон — например, позвонит Аньес Грэ, которая знала, что в это время Элоиза должна быть дома, и начнет говорить о Притчардах. Телефон наверху был на этот раз в комнате Тома, а не у Элоизы, как обычно, но она вполне может взять трубку, если окажется в его комнате.

Элоиза была у себя и распаковывала вещи. Том заметил пару хлопчатобумажных кофточек, которых раньше не видел.

— Тебе нравится, Том? — Элоиза держала у талии юбку в вертикальную полоску. Полоски были фиолетовые, зеленые и красные.

— Это что-то новенькое, — отозвался Том.

— Да! Поэтому я и купила. А этот пояс? И еще у меня есть подарок для мадам Аннет. Дай я...

— Дорогая, — перебил ее Том. — Я должен сказать тебе... кое-что... очень неприятное. — Теперь он завладел ее вниманием. — Ты помнишь Притчардов...

— А, этих Пришардов... — повторила она, как будто ей напомнили о самых занудливых и непривлекательных людях на земле. — Ну и?

— Они... — Тому трудно было подыскивать слова, хотя он и знал, что Элоиза недолюбливала Притчардов. — С ними произошел несчастный случай... или они покончили жизнь самоубийством... Я не знаю, каким образом, но полиция, наверное, сообщит.

— Они погибли? — Губы у Элоизы полуоткрылись.

— Аньес Грэ рассказала мне сегодня утром. Позвонила. Их нашли в пруду. Помнишь этот пруд? Мы видели его, когда заходили взглянуть на дом...

— Да, помню. — Она стояла, держа пояс в руках.

— Может быть, они поскользнулись — один мог потянуть за собой другого, я не знаю. Дно илистое — не так-то просто оттуда выбраться. — Том вздрогнул, словно бы сочувствуя Притчардам, но это было не что иное, как страх утонуть в грязи, не чувствовать под ногами ничего, кроме податливого ила, вязкой грязи, набившейся в ботинки. Тому была ненавистна сама мысль об этом. Он продолжил и рассказал Элоизе о двух мальчиках, продававших лотерейные билеты, которые в испуге прибежали к дому Грэ и сообщили, что видели в пруду два тела.

— Черт возьми! — прошептала Элоиза и присела на край кровати. — И Аньес вызвала полицию?

— Несомненно. А потом... я уж не знаю, от кого она это услышала, или я забыл... полиция нашла под Притчардами мешок с человеческими костями.

— Что? — изумленно спросила Элоиза. — С костями?

— Они были странные, эти Притчарды. — Теперь Том сел в кресло. — Все это произошло буквально несколько часов назад, дорогая. Думаю, потом мы больше об этом узнаем. Но я хотел рассказать тебе до Аньес.

— Мне надо позвонить Аньес. Они живут так близко от этого места. Невозможно поверить — мешок костей! Что они с ними делали?

Том покачал головой и встал.

— И что еще найдут в этом доме? Пыточные инструменты? Цепи? Может, эти двое — пациенты Крафт-Эбинга[58]! Может быть, полиция найдет еще кости.

— Как это ужасно! Они убивали людей?

— Кто знает? — Том действительно этого не знал. Он подумал, что Дэвид Притчард вполне мог хранить среди своих сокровищ несколько человеческих костей, выкопанных им где-нибудь или принадлежавших человеку, которого он убил. Притчард был отъявленный лжец. — Не забудь, Дэвид Притчард бил свою жену. Может, он бил и других женщин.

— Том! — Элоиза закрыла лицо руками.

Том опустился рядом с ней, обнял ее за талию.

— Я этого не утверждаю. Просто так могло быть, вот и все.

Она крепко обняла его.

— Я думала... каким это утро... могло быть для нас. Но такая ужасная история!

— Но сейчас уже не утро — а впереди еще много времени. Ты хотела позвонить Аньес, дорогая. А потом я позвоню Джеффу. — Том направился к двери. — Ты, случайно, в Лондоне не встречалась с Джеффом? Он немного выше и крупнее Эда. Такой же светловолосый. — Том не хотел напоминать ей о том, что Джефф и Эд были совладельцами Бакмастерской галереи, так же, как и Том, потому что это могло вызвать у нее воспоминания о Бернарде Тафтсе, с которым Элоиза никогда не чувствовала себя уютно, потому что Бернард выглядел явно сбрендившим и очень странным.

— Я помню это имя. Сначала ты позвони. Пока я жду, Аньес, может быть, узнает побольше.

— Это верно! — Том засмеялся. — Кстати, мадам Аннет, конечно же, слышала утренние новости от своей подруги Марии-Луизы. — Он принужденно улыбнулся. — С учетом того, как распространяются слухи по телефонной сети, мадам Аннет, может быть, знает больше, чем Аньес!

Том обнаружил, что его личной телефонной книжки нет у него в комнате, значит, она в холле на столе. Он спустился вниз и набрал номер Джеффа Константа. На седьмом звонке ему улыбнулась удача.

— Джефф, это Том. Слушай — сейчас все тихо, так вот, почему бы тебе не устроить короткие (а может, и не такие уж короткие) каникулы и не приехать к нам с Эдом? Как насчет завтра? — Том поймал себя на том, что разговаривает так осторожно, как будто линия может прослушиваться, чего никогда не бывало. — Эд сейчас пошел прогуляться.

— Завтра. Ну что ж, до завтра. Думаю, я смогу. С удовольствием, благо самолеты летают. Ты уверен, что для меня найдется комната?

— Конечно, Джефф!

— Спасибо, Том. Я узнаю расписание самолетов и перезвоню тебе — думаю, не раньше чем через час. Это удобно?

Ну конечно, это было удобно. Том заверил Джеффа, что будет счастлив встретить его в Руаси.

Том сообщил Элоизе, что телефон свободен и что, похоже, Джефф Констант приедет завтра и останется на пару дней.

— Очень хорошо, Том. Я позвоню Аньес.

Том медленно спустился по лестнице. Он хотел проверить угольный гриль, подготовить его для вечера. Он раздумывал, снимая с гриля брезент и откатывая его в подходящее место, что может произойти, если Притчард успел сообщить миссис Мёрчисон о своей находке, уверив ее, что это кости ее мужа, потому что на мизинце правой руки у него оказалось выпускное кольцо.

Почему тогда полиция ему не звонит?

Его проблемы, кажется, далеки от завершения. Притчард, если он сообщил миссис Мёрчисон, — а может быть, и Цинтии Граднор, не дай бог, — должен был добавить, что он свалил или собрался свалить кости к порогу Тома Рипли. Нет, вряд ли бы он сказал «свалил» — скорее «перенес» или «переместил», особенно в разговоре с миссис Мёрчисон.