Скарлетт Томас - Операция «Выход»

– Какая бездарная трата времени, – качает головой Хелен. – Глупая, бездарная трата времени.

– И все равно я не та дочь, о которой ты мечтала, да?

Джули представляет себе пропорционально сложенную девушку с длинными черными волосами, которая ест рис, пьет вино и смеется над какой-то политкорректной шуткой. Представляет коврики радужных расцветок, здоровую пищу и лагерь, полный нарядных палаток и женщин в нарядных шляпах. Девушка с длинными черными волосами декламирует стихи, и все ее внимательно слушают. А вот она летит на самолете, и это ее ничуть не страшит. О боже, она прыгает с парашютом, она – работница службы гуманитарной помощи, путешественница, специальный представитель «Си-эн-ди»,[54] она путешествует по Африке или Азии, с потрепанным рюкзаком и широченной улыбкой. И ничего не боится.

– А я – не та мать, о которой ты мечтала, ведь так? – говорит Хелен. – Знаешь, я всегда хотела только, чтобы ты была счастлива, Джули. Я хотела, чтобы ты была счастливее меня, счастливее, чем я когда-либо могла стать. Знаешь, как я тебе завидовала? Ты родилась в правильном поколении, и у тебя определенно был шанс прожить замечательную жизнь, не такую, как у меня. Ведь что я? Я вышла замуж не за того человека, забеременела в девятнадцать, и мне казалось, что моя жизнь кончена. Когда я начала снова собирать ее по кусочкам, я делала это для того, чтобы ты поняла, насколько твоя жизнь может стать удачнее моей. Я рассердилась, когда ты провалила экзамены. Я думала, что ты недостаточно старалась или понапрасну теряла время с Люком, и я считала, что это было ужасно глупо, потому что перед тобой были открыты все эти возможности, которых у меня никогда не было. Когда я училась в школе, у меня даже не было шансов сдать экзамены. Меня отправили в местный технический колледж, потому что я была девчонкой. Я была расстроена, потому что ты могла бы стать кем угодно. Могла бы стать директором крупной компании. Все, на что могла претендовать я, – это быть секретаршей. Ты могла бы стать доктором. Из меня получилась бы только медсестра.

– Я бы лучше была секретаршей или медсестрой, – говорит Джули. Хелен настолько шокирована этим заявлением, что Джули вынуждена сделать паузу, чтобы обдумать свои слова. – Но я понимаю, о чем ты говоришь. Я рада, что живу в мире, где у меня есть свобода выбора, но свобода все же должна оставаться свободой. То есть… да, только благодаря вашему поколению у нас вообще есть эта свобода, но… Как бы то ни было, я не думаю, что когда-нибудь выйду замуж, – говорит Джули с улыбкой. – Если тебе от этого легче.

– Слава богу, что так. – Хелен ерзает на кровати. Она закидывает ногу на ногу, скинув шаль – та свободно свисает с колен.

– И, возможно, я изменю мир, но так, что ты, наверное, не заметишь.

– Ты не обязана менять мир, Джули.

– Отлично, потому что у меня, скорее всего, не получится.

Обе неловко смеются.

– Я рада, что ты приехала, – говорит Хелен.

– Я тоже, в каком-то смысле.

– Ты вернешься? Я бы хотела познакомить тебя со своими друзьями, и…

– Что, и тебе не будет из-за меня неловко?

– Неловко? Не будь такой дурочкой. Слушай, я знаю, сейчас у тебя важная поездка, но как-нибудь, однажды, позвони мне – или даже не звони, просто приезжай. Попробуем подружиться. Если мы ненавидим друг друга, что ж, прекрасно – по крайней мере, мы попытались. Но, может быть, это и не так.

Джули улыбается.

– Да, может быть.

Хелен крепко сжимает руку Джули, потом отпускает. Джули встает с кровати.

– Так, значит, вы сейчас в Уэльс?

– Да. Похоже, самое время ехать.

– Попрощаешься за меня с Шарлоттой и Люком?

– Конечно.

– И передай Люку: я надеюсь, он найдет то, что ищет.

– Передам. Что ж, пока.

– Пока, Джули.

Глава 43

– Джульетта? – повторяет Шарлотта в пятый или шестой раз.

– Заткнись, – говорит Джули.

– Меня это имя прикалывает. Тебе стоит снова начать им пользоваться.

– Мне нравится быть просто Джули, спасибо.

Дождя по-прежнему нет. Люк сидит в кузове, а Шарлотта – снова впереди, рядом с Джули. Они едут по сельским дорогам туда, где смогут выбраться на большие «желтые» дороги, которые приведут их в Уэльс. Джули сказала Шарлотте, что, пожалуй, попробует одолеть и «красную» дорогу, если она им встретится по пути, но Шарлоттин стиль чтения карты несколько необычен, так что кто знает, куда их может занести.

Джули сбивчиво рассказала про свой разговор с мамой и про Дэвида с Шантель – как она одолела «красную» дорогу на подступах к Оксфорду, какими счастливыми выглядели Дэвид и Шантель и как она чуть не заплакала, когда они ушли, держась за руки. После этого Люк возился, чинил скафандр фольгой, оставленной Дэвидом, а Шарлотта потешалась – по-доброму – над именем Джули.

– Родители в натуре нам планку сдвигают, а? – вдруг произносит Шарлотта.

– Моя мама хотела как лучше, – говорит Джули. – Это было просто недоразумение, правда.

– Чертовски крупное недоразумение.

– Да уж, – вздыхает Джули, потом на несколько секунд сосредоточивается на дороге.

Шарлотта хихикает.

– Джульетта.

– Заткнись, – улыбается Джули. – Почему бы тебе не попробовать найти корень из мнимой единицы или еще что-нибудь.

– Ха-ха, – говорит Шарлотта, водружая ноги на приборную доску.

– Люк, ты о'кей? – спрашивает Джули, пытаясь поймать его взгляд в зеркальце заднего вида.

– Да, – отвечает он. – Я в порядке. Смотрю вот в окошко.

– Смотреть здесь особо не на что, – замечает Шарлотта.

– Интересно, как дела у Лиэнны, – говорит Люк, сев на место.

– Скорее всего, она уже вернулась домой, – говорит Шарлотта.

– Нет, спорим, она все еще там, – говорит Джули. – Она была настроена очень серьезно.

– Гм-м. – Шарлотта принимается скручивать сигарету. – О черт! – вдруг восклицает она. – Мне же нужно позвонить Вэю – сказать ему, когда мы приедем, и выяснить, где он будет нас ждать. Можно одолжить твой телефон, Джул?

– Конечно. Люк, мобильник у тебя?

Он проверял на нем свою электронную почту.

– Да, – говорит он, протягивая его Шарлотте. – Держи.

Однажды на Уинди-Клоуз почти на всю ночь вырубилось электричество; тогда Люку тоже пришлось проверять электронную почту с помощью мобильника, хотя пользоваться мобильниками ему вообще-то не рекомендуется. Он помнит абсолютную тьму той ночи, когда погасли даже фонари вдоль дороги, и не было ни тусклого зарева над промзоной, ни огней в других домах на их улице. Лиэннина мама часто засыпала перед включенным телевизором, и порой всю ночь напролет под окнами ее спальни копошились странные огни и тени. Люк вспоминает, как однажды сказал Джули, что мать Лиэнны на самом деле похищают инопланетяне, а может, насилует какое-то сексуальное привидение. Сейчас за окном он будто снова видит ту кромешную ночь, только на этот раз в ней мелькают то намек на траву, то живая изгородь, когда фары внезапно выхватывают их из тьмы.

– Странно, – говорит Шарлотта. Пытается закрыть телефон. – Джул? Как выключить эту хреновину?

– Дай сюда, – тянет руку Люк.

– Что странно? – спрашивает Джули.

– Мы должны встретиться с Вэем в гостинице «Трэвелодж», про которую я никогда не слыхала… Стоп, дайте-ка я посмотрю на карте. О, вижу. Это в Уэльсе, но… Не там, куда, как я думала, мы поедем.

– А ты думала, куда мы поедем?

– Домой к Джемайме и Уолтеру. Думала, мы с ним встретимся там.

– Почему?

– Он гостил у них. Я ж говорила – они его доставили сюда на самолете, чтобы он написал главу для Уолтеровой книги.

– О. И что, по-твоему, происходит?

– Не знаю. Позвоню Джемайме. Люк? Можно мне телефон?

– Да, пожалуйста.

Шарлотта набирает номер.

– Не берут трубку, – говорит она. – О, постойте, там сообщение на автоответчике, с номером мобильника. Запущу по-новой. Есть ручка?

Люк шарит по сторонам.

– Где-то тут была одна…

– Просто прочитай вслух, – говорит Джули. – Я запомню.

– Ты уверена? О, вот он. – Она произносит длинный номер, потом тычет как попало в кнопки, пытаясь дать отбой и снова включить мобильник. – Чертово устройство. О'кей, ну и какой там номер, детка?

Джули его повторяет. Шарлотта набирает неправильно, так что Джули приходится повторить еще раз.

– Просто удивительно, как ты так умеешь, – говорит Шарлотта. – О… Привет, Джем, это Шарлотта… Ага, клево, спасибо… Да, едем… Гм-м?… Да, только что с ним говорила. Он хочет встретиться с нами в гостинице… Ой, правда, что ли?… Ох, бедные вы несчастные… Да, конечно… О'кей… Что? А, точно… Я сама об этом подумала… Мы поговорим об этом, когда увидимся, или я перезвоню попозже… А вы собираетесь?… Что ж, о'кей, тогда мы тоже поселимся в «Трэвелодже»… Нет, никаких проблем… О'кей… Будь здорова. Пока.

– Что там происходит? – спрашивает Джули.

– Их дом затопило, так что они перебрались к родителям Джемаймы. А Вэя поселили в «Трэвелодже», потому что у ее родителей больше не было места. Да и в любом случае, не станешь же ты селить важного гостя, специально привезенного из Америки, у своих родителей? Так что нам придется тоже поселиться в «Трэвелодже» либо спать в фургоне. Вэй будет ждать нас завтра утром перед самым рассветом, то есть позже этой ночью, у себя в номере.