Юсеф эс-Сибаи - Мы не сеем колючек

— Я уже тысячу раз передумывала!

— Ну, все равно — пригодятся.

— Мне ничего от тебя не надо!

— Бери, бери, не ломайся.

Анвар тяжело вздохнул и направился к двери… Внезапно остановился и вновь повернул к ней усталое, огорченное лицо.

— Послушай, Наргис! Я вижу, в этом проклятом мире мне не дадут возможности спокойно пожить хотя бы месяц-другой. Я, грешным делом, думал, что вся загвоздка в жене. Но вот она умерла, и ничего не изменилось. Более того, я еще чувствую себя виноватым в ее смерти. Конечно, на все воля Аллаха и наша судьба в его руках, но та боль, которую я ей причинил, наверняка свела ее в могилу раньше времени. От одной мысли, что я могу на тебе жениться, она доходила до умопомрачения. В такие минуты с ней мог случиться удар, и мне пришлось поклясться, что я никогда не возьму тебя в жены. Не знаю, кто подогревал ее, но она все время была на точке кипения. Последнее время дом превратился для меня в настоящий ад. Она взвинтила и детей — я выглядел в их глазах каким-то преступником. Но клянусь, мне ни разу не приходила мысль тебя бросить. Поверь, часы, которые я проводил с тобой в этом доме, были для меня единственно счастливыми в жизни… Как лучи теплого солнца зимой, как прохлада в жаркое лето… А теперь я теряю и эту последнюю радость — отдохнуть в тишине, вдали от людей. Ничего другого у меня уже не осталось, даже работа не занимает. А с твоим уходом, Наргис, жизнь окончательно потеряет для меня всякую прелесть…

Сейида чуть не расплакалась, так искренне и правдиво звучали его слова. Вот перед ней мужчина, которого многие боятся, считают могущественным и влиятельным, а он просто слабый человек, со страхом ожидающий рокового часа… Но несмотря на острое чувство жалости, Сейида понимала, что она не должна оставаться с Анваром — он действительно слабый человек, и семья сумеет настоять, чтобы старик отец бросил свою любовницу.

Анвар протянул руку и тихо проговорил:

— Мы жили друзьями, надеюсь, друзьями и расстанемся. Я никогда не забуду тех счастливых часов, которыми тебе обязан.

Сейида поцеловала его. Что бы она тут ни кричала, как бы ни сетовала, будто ее выбрасывают на улицу, Анвар обошелся с ней в высшей степени порядочно. Забыв все свои недавние упреки, которые были нужны ей лишь для того, чтобы вынудить Анвара на решительный шаг, Сейида растроганно произнесла:

— Да будет с тобой милость Аллаха. Ты хороший человек, Анвар. Спасибо тебе за все доброе, что ты для меня сделал…

— Помни, Наргис, я всегда готов прийти тебе на помощь!

Анвар-бей ушел. Сейида опустилась в кресло и горько задумалась: что делать, куда идти? Неужели возвращаться к Даляль?! Каким бы непрочным ни было ее положение содержанки, все-таки его не сравнить с той жизнью, которую Сейида вела до этого. Анвар дал ей почувствовать вкус независимости, самостоятельности, приучил сознавать свое человеческое достоинство. Соседские детишки называли ее тетушкой Наргис, торговцы и привратники величали госпожой — словом, она была довольно уважаемой особой в своем квартале.

Увы, сам Анвар и его дети не разделяли этого отношения — для них Сейида была и осталась существом низшего порядка, с которым можно повеселиться, развлечься, однако связь с ним должна была поддерживаться в тех пределах, которые не могли бы дурно повлиять на их репутацию.

Неужели ей никогда не встретится человек, достаточно терпимый и пренебрегающий мнением окружающих, чтобы закрыть глаза на прошлое Сейиды? Неужели муж, дети, собственная семья так и останутся для нее мечтой, далекой, несбыточной.

В Каире стояли погожие зимние дни. Солнце ласково пригревало мостовую, отражаясь в витринах бесчисленных лавок и магазинов… Сейиде казалось, что все прохожие улыбаются, радуются жизни и только у нее одной, горькой неудачницы, ничего не складывается. Она безучастно поглядывала по сторонам, не замечая восхищенных взглядов встречных мужчин и шутливых реплик завсегдатаев кафе, которые убивали время за игрой в нарды и незатейливым уличным острословием.

Сейида и не заметила, как очутилась на улице, где находилось заведение Даляль. Может, зайти? Послушаться голоса судьбы, которая привела ее к этому подъезду? Сейида немного помедлила и решительно толкнула входную дверь. Как всегда, первой ее встретила Захра.

— Где госпожа? — спросила Сейида, устало выслушав радостные восклицания служанки.

— У себя.

— Одна?

— Нет, с гостями…

Даляль уже спешила из гостиной, сияя приветливостью, будто нежданный приход Сейиды переполнил ее счастьем.

— Как поживаешь, милочка? Как здоровье бея?

— Мы с ним… расстались.

Даляль изменилась в лице — так поразила ее эта новость.

— Что же произошло?

— Ничего.

— Не может быть… Ты что-нибудь натворила?

— Я сказала, что выхожу замуж.

— Это действительно так?

— Разумеется, нет.

— Зачем же тебе понадобилась вся эта комедия?

— Хотела вызвать в нем ревность…

— А он что? — заинтересовалась Даляль.

— Выходи, говорит.

— Но он как-то объяснил тебе, почему сам не хочет жениться?

— Что проку от его объяснений?.. Будто бы поклялся покойной жене, что никогда не введет меня в дом.

— Вот примерный муженек! Даже после смерти слушается…

— Пусть живет как знает.

— Не глупи, Сейида!

— А что прикажешь делать?

— Не уходи от него. Или он другую завел? Этим старичкам никогда нельзя верить!

— Нет, нет, Даляль, — остановила ее Сейида. — Анвар предлагал жить по-прежнему. Это я сама настояла.

Даляль недоумевающе взглянула на Сейиду.

— Что же ты теперь делать будешь?

— Не знаю. Анвар подарил мне квартиру, буду, пожалуй, жить потихоньку, как все нормальные люди…

— На какие шиши? Может, он оставил тебе ренту?

— А ты что предлагаешь?

— Возвращайся ко мне. Ты еще молодая, кто знает, может быть, еще встретишь второго такого Анвара. Только уж тогда вцепляйся в него мертвой хваткой!

— Надо подумать.

— Чего тут раздумывать? У тебя один выбор — работать или разбазарить все сбережения!

И то правда, Сейида, проживешь деньги, продашь мебель и драгоценности, а тем временем уплывет твоя молодость и останешься ты одна со своей нуждою. Неужели на старости лет придется снова идти в прислуги?

— Ну, так что же? Надумала? — вновь спросила Даляль.

— Видно, не судьба мне с тобой расстаться!..

— Вот и чудесно! — обрадовалась хозяйка. — Пойдем к гостям…

— Сейида?! — раздался из глубины квартиры хорошо знакомый голос. — Каким ветром тебя принесло? — И в коридоре появился Аббас в лихо заломленной красной феске.

— Шла мимо и заглянула.

— Я слышал, ты ударилась в добродетель! Живешь с Анвар-беем почти как законная супруга. Нас, грешных, и знать не хочешь.

— Радуйся, Аббас-бей, Наргис-ханум вернулась к старым друзьям, — засмеялась Даляль.

— Ну, более старого друга, чем Аббас эль-Бараи, у нее нет.

— Вот и поговорите, а я пойду к остальным гостям. — И Даляль уплыла к себе в комнату.

— Ты выглядишь несчастной, Сейида, — сказал Аббас, как только они остались одни. — Что-нибудь у тебя случилось?

— Ничего. Разве я была когда-то счастливой?

— Не надо шутить. Ты в самом деле чем-то встревожена?

— Только у тебя нет тревог, Аббас. А все нормальные люди о чем-нибудь да тревожатся.

— Ну, не хочешь рассказывать, и не надо… Может быть, в другой раз будешь поразговорчивей? Или, может, ты боишься?

— Кого?

— Анвар-бея.

— Я живу одна.

— Тогда дай адресок на всякий случай.

И Сейида сказала ему свой адрес.

Глава 36

В тот же вечер Аббас поспешил в гости к своей прежней подруге. В руках он нес бумажную сумку с бутылкой виски, сладостями и закусками. Надо было показать широту натуры. Сейида теперь не замарашка, какой он знал ее когда-то, а шикарная женщина и, наверное, настоящая богачка. Говорят, ее покровитель был щедрым человеком. Все складывается как нельзя удачнее. Именно теперь, когда Аббас так нуждается в деньгах, они поссорились, и Сейида до поры до времени одинока. Нельзя упускать момент. Она считает его богатым женихом и может клюнуть на отцовское наследство — откуда ей знать, что Аббас почти все уже разбазарил. Осталась лишь типография, которой приходится работать на полную мощность, чтобы хоть как-то поддержать репутацию бея эль-Бараи. Но доходы все уменьшаются — эти бездельники совсем распустились без хозяйского глаза. Приходилось забирать всю выручку до последнего миллима, чтобы кое-как свести концы с концами. И вот судьба посылает такой шанс — соломенную вдовушку госпожу Наргис с ее шальными деньгами! Сейиду ни в коем случае нельзя упускать — все благоприятствует его плану, простушка верит, что он богат, а справок навести, наверняка, не догадается. Надо только протянуть еще месяц-другой, изображая из себя состоятельного человека — тратить деньги у нее на глазах, приносить цветы и подарки, щеголять в новых костюмах…