Туристка - Торн Мэтт

Не хочу, чтобы это письмо было наполнено жалобами. Я не писала тебе раньше, потому что сознавала свою несдержанность даже на бумаге и постоянное желание повозмущаться. Теперь же я должна выложить всю правду, даже если это будет очень болезненно. Ты спрашивала, что меня держит в Вестоне. Ничего. В Вестоне нет ничего, что могло бы удержать меня. Именно поэтому я находилась там.

Если увидишь отца, передай ему, что я его люблю и скучаю по нему. Ты можешь мне не верить, но тебя я тоже люблю и скучаю по тебе. Но это не значит, что мне хочется кого-то из вас видеть. Я рада, что теперь вы с отцом общаетесь. Я всегда считала, что вам повезло, что вы разошлись без ссор, ведь слова, сказанные в такие моменты, ранят больнее всего. Если не помнишь причины, по которой рассердился на кого-нибудь, то ничто не мешает опять стать друзьями с этим человеком. И если ты позволишь мне дать тебе совет (пожалуйста, пойми его правильно), постарайся быть с отцом помягче. Он тяжело переносит эту перемену в своей жизни, и ему необходимо время, чтобы приспособиться к ней.

Мне очень жаль, что ты считаешь, будто я бросила отца и сестру. Я попросила их о том же, о чем просила тебя: дать мне время разобраться в себе. Мне двадцать семь лет, и я не знаю, кто я. Невозможно передать, насколько это ощущение ужасно. И еще мне жаль, что в тот год, когда отец травмировал спину, мы вели себя так, что ты почувствовала себя вытесненной из нашей жизни. Все, что мы делали вместе, мы делали, чтобы привлечь к себе твое внимание. Все наши розыгрыши и шутки были не заговором против тебя, а попыткой заставить тебя полюбить нас.

Я не сержусь на то, что ты перерыла тогда мою комнату, и, если ты испытываешь какую-то вину по этому поводу, заверяю тебя, что забыла обиду. Я знаю, как чувствуешь себя, когда хочется узнать чьи-либо секреты, и единственно, о чем сожалею, так это о том, что невольно так расстроила тебя. Я увезла все свои дневники и записи с собой, поэтому ты обнаружила только даты и голые факты. Сама не знаю, почему я так поступила. Я никогда никому не дам их читать и не думаю, что когда-нибудь покажу их кому-нибудь.

Не знаю, что сказать о Чарли и Лесли. Меня рассердило то, что ты сообщила Лесли мой адрес. И, хотя я дала себе слово не обвинять тебя в том, чего не понимаю, мне не нравится, что они теперь живут вместе с тобой. Что бы вы ни говорили, но это не совсем нормально, когда мать приглашает бывшего парня своей дочери и его новую подружку переехать к ней в дом. Мне так хотелось бы восхищаться тобой, но подобное поведение выглядит не только ужасной слабостью, но и предательством с твоей стороны.

Каждый раз, когда это начинает меня задевать, я убеждаю себя, что не права и что все может замечательно уладиться. Я представляю себе всех вас, собравшихся за столом, — тебя, отца, Чарли, Лесли, Мелиссу и ее парня, но выглядит это трагично и напоминает мне о том, какими семьи становятся, пережив психологическую травму. Именно это, мама, я и хочу сказать: вы ведете себя так, как будто вас объединила какая-то болезнь вроде рака или общее потрясение вроде авиакатастрофы, а потом сообщаете мне, что вас объединяет общая любовь ко мне.

Знаю, ты не любишь, когда я осуждаю свою сестру, но, пожалуйста, следи за ней. Я не испытываю чувства вины оттого, что покинула ее, но меня беспокоит, что твои тревоги обо мне слишком увлекут тебя и ты перестанешь уделять ей внимание. Хоть ты и говоришь, что не понимаешь меня, но, по-моему, у нас очень много общего. А вот Мелисса похожа на отца, и если в нашей семье есть опасность того, что что-то может случиться, то это относится к ней. Кажется, тебе нравится ее новый парень, и ты, конечно, вправе радоваться за Мелиссу, но когда я услышала, что он из себя представляет, то перепугалась. Мелисса отличается от меня тем, что ей всегда было нужно утешение. Может, это в порядке вещей, но не в ее случае. Если что-то не заладится, у нее не окажется достаточно сил, чтобы справиться с ситуацией. Поэтому попробуй убедить ее заняться чем-нибудь, чтобы не быть так зацикленной на этом парне.

Ты пишешь, что тебе кажется, будто у меня не сохранилось радостных детских воспоминаний. Неужели ты забыла, какое это было замечательное время, когда мы с Мелиссой были детьми? Своим оптимизмом я обязана именно тому времени, до школы и университета, когда я была частью дружной семьи, которая ни в ком больше не нуждалась. Матери всех моих подруг были всегда такими уставшими, раздраженными! А ты всегда давала мне понять, что мое присутствие и то, что я тебе говорю, представляет для тебя особую важность. Не удивляйся, но все это началось, когда ты, Мелисса и я приехали в Вестон. Я всегда вспоминаю об этих поездках, когда задумываюсь, почему чувствую большую близость к тебе и Мелиссе, чем к отцу. Ты находила места, которые сближали нас и доставляли нам огромную радость. Ты научила нас получать удовольствие, не обременяя себя чувством вины. Все эти поездки слились в моих воспоминаниях в одну, но последняя поездка остается все же особой.

Может быть, потому, что мы знали, что это в последний раз, но во время того путешествия все было так, как надо. В предыдущие разы тоже все было замечательно, но каждый раз что-то такое случалось, как будто сама судьба не давала нам испытать полного счастья. А тот день был необыкновенным, хотя Мелисса и упустила свой воздушный шарик с Микки Маусом. Мы побывали в боулинг-клубе, на аттракционах и пообедали в ресторане «Вейфар». Ты собирала ракушки на берегу, мы ели сахарную вату и катались на пони, а потом Мелисса заметила щиты с отверстиями для лица, и ты сфотографировалась как какой-то персонаж. Там было три изображения — священник, русалка и силач. Мелисса уговорила тебя, чтобы ты позволила и нам сняться. Это стоило фунт, а у тебя оставалось только десять пенсов. Другая мать отказала бы нам, но ты знала, что такой отказ испортил бы нам весь день. Поэтому ты пошла к игральным автоматам и на оставшиеся десять пенсов, понимая, что рискуешь доставить детям еще большее разочарование, выиграла нужную сумму. Мне бы очень хотелось иметь ту фотографию, и я всегда буду помнить тот особенный день.

С любовью, Сара

На нашем сайте в Интернете www.goodbook.ru и на последних страницах этой книги вы можете ознакомиться с аннотациями некоторых изданий «ТОРНТОН И САГДЕН»

ПОЛ ОСТЕР

ТИМБУКТУ

Незамысловатая история жизни и трагической гибели чудаковатого поэта и его четвероногого друга рассказана Остером с классической простотой, мягкой проникновенностью и сдержанной печалью. Подобно «Стеклянному городу» и «Храму Луны», «Тимбукту» принадлежит к произведениям о непреходящих ценностях: высоких целях, искренних, но недостижимых идеалах, — а следовательно, несет в себе частицу лучших образцов мировой литературы.

Вилли Сочельнику присущ возвышенно-благородный идиотизм героев Сервантеса и Достоевского; этот странствующий трубадур послевоенной Америки — из поколения Дон Кихотов: он лишен чувства действительности, его цель — расцветить серость будней, пусть даже самыми шутовскими экспериментами и невероятными словесными играми. Рядом с ним воспитанный и умный пес Мистер Зельц, наделенный тонкой ранимой душой, меланхолическим темпераментом и чувством собственного, почти человеческого достоинства. Увиденным мудрыми собачьими глазами предстает перед читателями и современный мир с его мелочными устремлениями, лживыми чувствами, мстительностью и злобой людей — «животных в гораздо большей степени, чем Мистер Зельц». Вместе с хозяином верный пес выполняет высокую миссию посланника светлых сил, несущего в мир радость и бесконечность открытий. Однако ветряные мельницы «Америки супермаркетов» куда страшнее тех, с которыми приходилось сражаться прекраснодушному идальго, а зло с тех пор приобрело изощренный ум и респектабельность цивилизованного века, поэтому все порывы по-интеллигентски непрактичного духа заранее обречены.