Амритрай - Современная индийская новелла

Рам Джавайя не выдержал. Хотя ростовщикам и запрещалось иметь землю, он ухитрился завладеть не менее чем двадцатью акрами. Поэтому понятно, какое им овладело беспокойство. Выбрав ночь потемней, он вместе со своей женой Дхарми отправился на поклон к богине. Подойдя к храму, сложенному из красного камня, он положил перед ним кокосовый орех, на него — серебряную рупию и попросил богиню побыстрей явиться в деревню, названную ее именем, и разрушить дьявольскую плотину.

Но богиня не вняла просьбам Рама Джавайи и не явилась в Камлю. Тогда Дхарми решила временно возложить обязанности богини на себя. Глубокой ночью, стараясь миновать освещенные фонарями места, она отправилась на стройку и там совершила колдовство, прочитав тайные заклинания.

Однако на следующий день работа на стройке продолжалась как ни в чем не бывало, и Рам Джавайя от огорчения прикусил губу. Дхарми поведала о своей неудаче жене Виру, та в свою очередь рассказала обо всем мужу, и старик в который раз разразился бранью по адресу железных чудовищ, которых называл порождением сатаны.

Под влиянием всех этих разговоров братья Джарнел Сингх и Карнел Сингх тоже пришли в страшное беспокойство. Их теперь не покидала мысль о том, что вода затопит поле и им придется снова, как несколько лет назад, сняться с обжитого места и отправиться на новые земли. В конце концов Карнелу Сингху пришла в голову, по его мнению, гениальная мысль.

— Брат, — сказал он Джарнелу Сингху, — надо бросить в инженера, который строит плотину, бутылку с кислотой. Тогда мы уничтожим власть дьявола и сохраним нашу землю.

Джарнел Сингх покачал головой, он очень сомневался, что это принесет какой-то результат, но отговаривать брата не стал. И вот как-то вечером бывший сержант пробрался в дом главного инженера Шармы, когда тот сидел за ужином, и, бросив в него бутылку с кислотой, умчался прочь. К счастью, бутылка не разбилась и инженер не пострадал.

В деревню нагрянула полиция, виновник был найден очень быстро и в наручниках препровожден в окружную тюрьму.

— Но тебе известно, брат, что дурного человека трудно образумить, — продолжал свой рассказ Бали. — И старейшины деревни не успокоились.

Виру, Рам Джавайя, Тарачанд и Джарнел Сингх на своем совете решили, что Карнел Сингх должен быть отомщен. Они велели всем жителям деревни, занятым на строительстве, немедленно бросить работу.

Крестьяне растерялись: уйти со стройки — значит потерять хороший заработок, не послушаться старейший — навлечь на себя гнев богини.

Они отправились за советом к механику Бхарат Раму, который работал на стройке крановщиком.

— Вот что я вам скажу, — молвил Бхарат Рам, выслушав их. — Лично я давно уже сделал выбор и остаюсь на стройке до конца. Если вы хотите лучшей жизни, забудьте о проклятиях этих глупцов и продолжайте спокойно работать. Откладывайте понемножку деньги и дышите воздухом нового времени. Иначе вам придется снова гнуть спину на Рама Джавайю, которому вы уже заложили свои тела и души…

Крестьяне решили продолжать работу на плотине.

Узнав о неповиновении своих прежде столь покорных рабов, староста Виру, ростовщик Рам Джавайя, бабу Тарачанд и Джарнел Сингх пришли в страшную ярость. Собравшись перед изображением богини, они поклялись ее именем, что никогда не будут «делить кальян и воду» с мятежниками.

Как раз в это время пришел ответ от правительства, в котором сообщалось, что прошение старейшин деревни Камли отклонено и что всем крестьянам, которые лишатся своих домов, будет выплачена компенсация. Кроме того, всем предоставят плодородные земли еще до того, как воды будущего озера Мангал затопят деревню.

Все оказалось правдой. В деревню явился тахсильдар, чтобы распределить среди жителей Камли сто тысяч рупий. Но большая часть этих денег досталась пяти старейшинам, а остальные крестьяне получили совсем немного.

Никогда еще никто из жителей деревни не видел столько денег. Один за другим подходили они к тахсильдару и прикладывали к бумаге большой палец, а Рам Джавайя и бабу Тарачанд даже расписались: один — на хинди, другой — на английском.

Однако не спеши думать, что, получив компенсацию за свои хижины, старейшины отказались от прежних злых умыслов. Единственное, что могло бы их умиротворить, — это богатый урожай, полученный на новых землях под Чандигархом. Но ведь пока что не было ни этих земель, ни урожая — и духи тьмы не успокаивались.

Через несколько дней после получения компенсации, когда все деньги были упрятаны в сундуки, запертые на надежные замки, старейшины снова отправились к храму Камли. Поблагодарив богиню за ниспосланные ею деньги, они принялись молить ее о новой милости: принять облик молнии и поразить плотину, из-за которой они лишались исконной земли.

Но чудо так и не свершилось. Солнце светило, чистое небо сияло голубизной — откуда тут было взяться молнии? А работа на плотине так и кипела, предполагалось, что к концу апреля она будет закончена.

Обозленные неудачей сыновья Карнела Сингха — Даршан Сингх и Сударшан Сингх — поступили еще более подло и коварно. Однажды эти молодцы сообщили рабочим, будто механик велел всем остаться дома — сегодня, дескать, работы не будет. Таким образом они рассчитывали восстановить рабочих, потерявших дневной заработок, против Бхарат Рама. И негодники достигли своей цели: сколько механик на следующий день ни уверял, что он не говорил ничего подобного, рабочие не поверили ему. Тем более, что человек он был немногословный и длинные, убедительные речи произносить не умел.

— Да, брат, — внезапно прервал свой рассказ Бали, — в мире есть разные люди, но в основном их можно разделить на две категории: одни видят только внешнюю сторону событий, а другие способны понять их сущность. В то время как большинство крестьян следовало советам невежественных и хитрых старейшин, механик Бхарат Рам имел ясное представление обо всем, что происходило вокруг него. И он знал, что воздействовать на сердца людей гораздо важнее, чем заставить их согласно кивать головой. Только трудно это сделать, конечно…

Между тем работа на плотине шла полным ходом, и было объявлено, что до пуска электростанции осталось десять дней. Скоро поды озера Мангал должны были затопить деревню.

В Камлю приехали тахсильдар и окружной комиссар, чтобы убедить крестьян, погрузить свой скарб на грузовики, специально для этого присланные, и отправиться на новые земли под Чандигархом. Комиссар даже произнес речь на пенджабском языке. И хотя жители Камли смеялись над тем, как он коверкал такой красивый язык, все же им польстило, что к ним обращаются от имени самого премьер-министра. Комиссар сказал, что жители Камли должны ставить интересы всей Индии выше своих собственных и не цепляться за старые клочки земли.

Однако старейшины продолжали упорно молчать: было ясно, что их он убедить не сумел…

Окружной комиссар вызвал к себе тахсильдара и главного инженера строительства Шарму и потребовал, чтобы они немедленно приняли меры для выселения жителей деревни. Они приехали вместе с Бхарат Рамом, от которого ждали дельного совета: ведь он-то знал своих односельчан лучше. Но механик сидел, опустив голову, и молчал.

Тогда комиссар объявил, что он вынужден послать в Камлю полицию и эвакуировать крестьян силой.

Тут Бхарат Рам словно очнулся.

— Простите, ваше превосходительство, — сказал он, — но этим вы вызовете только еще большее недовольство. Разве так учил нас поступать Махатма Ганди? Пожалуй, есть один человек, который сумеет убедить жителей Камли внять голосу разума.

Присутствующие с надеждой взглянули на Бхарат Рама.

— Этот человек, — продолжал Бхарат Рам, — работает на нашей электростанции механиком. Его имя — Бали…

— И механику Бали удалось сделать то, чего не удавалось никому?! — в нетерпении воскликнул я.

Бали улыбнулся.

— Не так уж это все было сложно. — Бали затянулся сигаретой и выпустил изо рта большой клуб дыма. — На следующее утро меня вызвал окружной комиссар.

— Покровитель бедных, — сказал я ему, — может быть, мне удастся совершить чудо…

— Я не верю в чудеса! — прервал он меня.

— Простите, ваше превосходительство, наверное, я употребил не то слово. Я думаю, что сумею убедить жителей Камли уехать в Чандигарх. А механику Бхарат Раму следует взять барабан и пойти вместе со мной. Вы, ваше превосходительство, живете в Дели и говорили с ними по-городскому, а вся наша Индия — не что иное как одна большая деревня, и с нашим народом надо говорить совсем не так…

Комиссар скептически пожал плечами. На тахсильдара мои слова, видно, тоже не произвели особого впечатления. Но Шарма, главный инженер, сказал:

— Хорошо, посмотрим, что вы сможете сделать. Возьмите с собой Бхарат Рама и поезжайте. Да глядите, чтобы ваши обещания не оказались пустой болтовней.