Сергей Карамов - Новопотемкинские события

– Ах, вот в чем дело! – осенило Алексея, после чего он показал лицензионные лиски капитану.

Тот внимательно и очень придирчиво ознакомился с дисками, сел за один компьютер, поглядел на экран.

Через минуты две капитан встал, внимательно оглядел помещение.

– Все-таки темновато у вас, – заметил он.

– Да? Сейчас только одиннадцать часов, свет дневной проникает в помещение и две лампы включены.

– А с охраной как решили? – без особой надежды спросил капитан.

– Никак не решил.

– Напрасно, это вы напрасно…

– Что-то еще вам показать?

– Торопитесь?

– Да, тороплюсь очень, – ответил Алексей, – и статью новую писать надо, и в Думу опаздываю.

– А опаздывать нехорошо! – попытался упрекнуть Алексея капитан, покачал головой и пошел к выходу, сказав:

– Ладно, до скорой встречи.

– Встречи у нас происходят сразу после выпуска нового номера газеты? – вдогонку спросил Алексей, но ответа не удостоился.

Прочитав два номера «Честной газеты», Горемыков сидел красный от гнева.

Секретарше Анне он строго-настрого запретил пускать кого бы то ни было к себе, только приказал срочно вызвать к себе Подпевалова.

– Привет, слушай, у тебя этот журналюга в депутатах ходит? – спросил Горемыков запыхавшегося Подпевалова, когда тот вбежал в кабинет.

Подпевалов стоял, а Горемыков даже не предложил ему сесть.

– Кто? – сначала не понял Подпевалов.

– Ну, этот… Твидо… – замялся Горемыков, ругаясь и вспоминая разные слова улиц и коммунальных квартир.

– Ах, Видотрясов?

– Вот, этот Видогдетотрясов, он самый, – обрадовался Горемыков. – Есть такой?

– К сожалению, есть.

– И как ты с ним работаешь?

– Сложно мне с ним.

– А его газетенку читал?

– Показывали, – коротко ответил Подпевалов, вздыхая.

Горемыков ударил кулаком по столу:

– Вздыхаешь? А мне что делать? Да я его заставлю пыль глотать и сопли свои же жевать!.. Закрыть газетенку!

– Да, закрыть газетенку! – зачем-то повторил слова мэра Подпевалов.

– Почему не закрыл ее?

– Уже я пытался.

– Как же?

– Милиция навещала его несколько раз, налоговая, пожарные тоже были, – ответил Подпевалов, – санэпидемстанция сегодня заходила…

– И чего?

– Чисто всё.

– Да?

– Да, что я могу?

– За ложные измышления, экстремистские высказывания нужно ее закрыть! – рявкнул Гормеыков.

– Да, за ложные измышления, экстремистские высказывания нужно ее закрыть!

– Гм, только мои слова, словно попугай говорящий, повторяешь?

– Нет, что вы! Пытаюсь их запомнить, согласен с вами, Демид Демидович, что газетенка паршивая, поганая, смеется там надо всем, но ведь он зарегистрировал свою газету в законном порядке.

– Гм, защищаешь его?!

– Отнюдь, Демид Демидович, просто подхожу взвешенно и всегда здраво, – спокойно, пытаясь не обращать внимание на крик мэра, уточнил Подпевалов. – Да, он писал в газете о депутатах, которые лишь поддакивают мэру…

– И дальше, что же делать? Ты не представляешь, какой вред наносит они мне своей так называемой честной газетой!

– Представляю.

– Нет, ничего ты не представляешь!

– Как это ничего я не представляю? – внезапно удивился Подпевалов, не поняв последних слов мэра. – Я – председатель Думы, я… а вы…

– Брось ты обижаться, черт! Нашел время… А я – мэр, так? Не до того нам сейчас! – продолжал бушевать Горемыков. – Мог бы придти ко мне сам, чтоб я не вызывал.

– Я хотел зайти завтра.

– Может, завтра будет поздно, а?!

– Да, завтра будет поздно, – снова стал поддакивать Подпевалов.

– И никогда не говори «завтра», когда можешь дать по мозгам сегодня! – посоветовал Горемыков.

– Верно, никогда не говори «завтра», когда можешь дать по мозгам сегодня, – снова зачем-то повторил слова мэра Подпевалов.

– Черт, чего ты мои слова повторяешь?

– Запоминаю, Демид Демидович.

– Гм, возьми блокнот и записывай!

– Хорошо, Демид Демидович.

– Сколько сил потратили мы на обработку населения, чтобы оно верило мне и голосовало постоянно только за меня, сколько этот Лазонтьев, телевизионный хулиган, как я называю его про себя, показывал меня по телевизору в своей программе? И теперь что?.. Ты этого не представляешь, что случилось!

– Почему не представляю?

– Он еще о строительстве объектов напишет!

– Да, он еще о строительства объектов напишет, – повторил слова мэра Подпевалов.

– Чего ты только меня повторяешь? – разозлился Горемыков.

– А… а кого еще мне повторять?

– Да, другого не нужно повторять, – согласился Горемыков, – только меня одного.

– Памятник кошке вашей пока не построен, – вдруг некстати напомнил Подпевалов.

– Черт, о кошке я говорил сейчас? На носу строительство спорткомплекса и аэровокзала, министр из города М едет, а он, писака эдакий, черт такой, смеяться надо всем будет?!

– А что такое город М?

– Ой, да это так я Москву называю, – ответил Горемыков.

После короткой паузы Подпевалов спросил:

– Что мне делать?

– А сам ты не догадываешься?

– Я всегда выполняю только ваши указания, Демид Демидович, – удрученно молвил Подпевалов, – всегда соглашаюсь с вами по всем вопросам.

– А это ли плохо? – возразил Горемыков. – Чего ты стоишь, как истукан? Садись.

Подпевалов сел на стул.

– Собственно без меня ты ничего не можешь, – продолжал Горемыков.

Подпевалов ничего не сказал, только вздохнул.

– Собери своих депутатов, обсуди эту газетенку.

– И дальше что?

– Ах, тебе и дальше продиктовать, чего делать? Какое решение должны принять твои депутаты?

– Я только хочу уточнить ваше мнение, – пытался оправдаться Подпевалов.

– Мое мнение ты знаешь, – ответил Горемыков крайне раздраженно. – Газетенку закрыть!.. Этого Утря… черт, Видопля…

– Видотрясова, – подсказал Подпевалов.

– Ну-ну, вот этого очень там Трясова обсудить на собрании, его газетенку поганую закрыть!

– Да, закрыть, – машинально повторил Подпевалов, но потом спросил:

– А как закрыть?

– Подключи всех: налоговую, милицию, даже чертей собачьих, чтоб они все работали, а не только пыль одну глотали! Всё, свободен!..

На следующий день в городской Думе состоялось экстренное заседание, на котором единственным вопросом Подпевалов поставил вопрос о «Честной газеты» Видотрясова.

– Уваажемые депутаты! – торжественно начал заседание он. – Сегодня прошу обсудить появление в нашем славном городе Новопотемкино новой газеты, назвавшейся почему-то «Честной газетой». Хотя многое, что там написано, как-то не согласуется с честностью ее создателей и авторов! Все мы не забыли славных демократических традиций Новопотемкино и никто не запрещает кому бы то ни было выпускать новые газеты и журналы, где журналисты могут печатать разные статьи, материалы о нашем мэре, депутатах, наших доблестных правоохранительных органах, всегда стоящих на своем боевом посту, то есть о многом и многом хорошем и светлом!.. К сожалению, не все используют свободу и демократию на благо нашего города, господа! К примеру, наш депутат Видотрясов Алексей, молодой человек, недавно появившись в Думе, стал забрасывать меня своими заявлениями и прожектами.

– Неправда! – возмутился Алексей. – Я лишь раз дал на рассмотрение вам свой проект!

Подпевалов не изменился в лице и сухо ответил, не повышая голоса:

– Прошу не перебивать меня… Итак, депутат Видотрясов зарегистрировал так называемую «Честную газету», в которой стал осмеивать наших депутатов, наш новый парк с восхитительным словом «Свобода», наши правоохранительные органы. Предлагаю обсудить деятельность депутата Видотрясова и его газетенку.

Алексею после заявления Подпевалова отключили микрофон до конца заседания и запретили ему выходить на трибуну с протестом. Тем самым запретили ему право голоса и возможность высказывать собственное мнение, отличное от мнения большинства депутатов из партии «Единое Новопотемкино».

Обсуждение, как ни странно, прошло очень быстро и тихо: вышел депутат от фракции «Единое Новопотемкино» Зависаев с предварительно написанным докладом. Прочитав доклад, он, не дожидаясь вопросов, сел на свое место. Подпевалов, не интересуясь реакцией депутатов, попросил их голосовать.

Вопрос для голосования поставлен был Подпеваловым принципиально и звучал он так:

«Согласны ли вы, что „Честная газеты“ не соответствует своему названию, открыто призывает граждан к экстремизму, провоцируя их не подчиняться законно избранной власти?»

Большинство депутатов, господа депутаты и верные своей идеологической сказке поредевшие ряды товарищей, синхронно осознав, как по мановению волшебной палочки, всю вредоносность «Честной газеты», проголосовали в едином душевном порыве: да, согласны. Конечно, о плюрализме мнений, о свободе средств массовой информации и о прочих благоглупостях они напрочь забыли или сделали вид, что забыли под нажимом председателя Думы.