Майк Гейл - Моя легендарная девушка

— Итак, что я могу для тебя сделать?

— Просто хотел поздравить тебя с днем рождения, — ответил он. — Что поделывал?

— Ничего особенного, — сказал я как ни в чем не бывало. — Развлекался помаленьку со здешними приятелями. Ходили в паб, выпили по пинте, потом зашли к одному знакомому и посмотрели несколько гонконгских боевиков — «Пьяный мастер II», «Светлое будущее II» и «Легендарный кулак».

Дело не в том, что недавние события не научили меня, что врать подобным образом — глупо. Это-то я запомнил. И очень хорошо. Но как старший брат Тома и, возможно, единственный в этой семье, которая разваливалась у него на глазах, кто способен был оказать на него хоть сколько-нибудь стабилизирующее влияние, я чувствовал, что должен быть тем, на кого он сможет равняться. Может быть, я даже надеялся стать для него таким же важным человеком, каким старший брат Саймона, Тревор, был для нас с Саймоном в нашем детстве. Даже много лет спустя, уже после того, как Тревор погиб в автокатастрофе в двадцать один год, мы с Саймоном только и мечтали, что отрастить усы, водить развалюшный «Мини Купер»[91] и «кадрить телок» в темных капроновых колготках. Помню, как Саймон лаконично выразил суть нашего восхищения, когда годы спустя сказал о брате: «Он как Фонз из „Счастливых дней“[92], только его можно потрогать». Тревор был крут. Глядя на него, мир казался проще.

— Где моя открытка? — спросил я у Тома.

— Там же, где открытка на мое семнадцатилетие, — откликнулся он.

Я пропустил это мимо ушей и попытался придумать такую тему для разговора, которая не вызвала бы у него столько энтузиазма.

— Как твои экзамены?

Том громко щелкнул языком.

— Экзамены, — рассеянно повторил он. — Думаю, у них все хорошо.

Он был преисполнен намерений учиться в Оксфорде, потому что Аманда, его жизнерадостная подружка и потенциальная возлюбленная, подала туда документы. Мама позвонила мне еще в начале недели и рассказала о результатах его пробных экзаменов, которые, мягко говоря, были не из тех, что позволяют вам тут же очутиться в первоклассном высшем учебном заведении. Мне было его немного жаль, а мама сказала, что без Аманды он будет сильно скучать.

— Ты уже решил, куда будешь поступать? — спросил я тоном настоящего старшего брата.

— Мама тебе уже сказала? — спросил Том в ответ.

— А что она должна была мне сказать?

— Похоже, в Оксфорд я не попаду. — В его монотонной речи не прозвучало и намека на какие-либо эмоции.

— Не попадешь, если у тебя и дальше пойдут такие оценки. Что прогнозировали учителя?

— Три А.

— А ты что получил?

— В и два U.

Ради него я попытался посмотреть на все это с оптимистической точки зрения и рассказал ему байку о том, что в Ноттингеме больше женщин на одного мужчину, чем в любом другом месте королевства. Его это не впечатлило. В ответ он начал перечислять все за и против тех пяти мест, куда можно было бы пойти учиться. Слушать это было чудовищно скучно. Я опять сменил тему.

— Где мама?

— Она сказала, что позвонит тебе вечером, — ответил Том невнятно.

— Ты ешь, что ли?

— Ага. Обедаю, — объяснил он, что-то пережевывая. Похоже, ему со мной было не менее скучно, чем мне с ним. — Сэндвич с яичницей и жареной курицей. — Хотя мне хотелось его придушить за полное отсутствие хороших манер, он меня невольно забавлял. — Мама ушла к тете Сьюзен, — продолжил Том, — а потом она заедет за бабушкой. — Я кивнул, вспоминая историю с кендальским мятным пирогом, хотя кивать по телефону не имело смысла. — Она вернется после четырех или даже после пяти.

— Еще что-нибудь интересное? — Я собирался спросить, как там отец, но передумал. Отец, скорее всего, взбесился, узнав про то, как Том сдал экзамены. Не стоило это ворошить.

— Я видел ту девушку, с которой ты когда-то встречался, — четко сказал Том. Возможно, он из вежливости отложил сэндвич, хотя, скорее всего, он его просто доел. — Как там ее звали?..

— Агги, — ответил я, изображая равнодушие. — Ее звали Агги. Наверное, и до сих пор так зовут.

— Ага, ну так я ее видел в прошлую субботу в торговом центре, в «Броадмарше». Она выходила из отдела «Индекс», где по почте торгуют.

— Она про меня что-нибудь говорила?

— Нет. Спросила, как я поживаю, как у меня дела — и ушла.

— А больше ничего не говорила?

— Нет.

— Она одна была?

— Ага. Она ничего, симпатичная. — Том сказал это таким тоном, как будто пришел к подобному выводу, используя новейшие методики сравнительной классификации.

— Знаю, — нетерпеливо сказал я, а про себя подумал, что, если он сейчас мысленно раздевает мою бывшую девушку, я его так отделаю, когда приеду на Рождество, что он на всю жизнь запомнит.

Я сопротивлялся искушению сколько мог, но потом не сдержался.

— Так она точно про меня не спрашивала, ты уверен?

— Да, я уверен, — театрально заверил меня Том. — Ни тайных посланий, ни скрытых рукопожатий и ни слова о тебе.

Я вздохнул, но не так громко, чтобы Том мог услышать.

— Ну, больше ничего нового, — сказал Том. — С днем рождения. Может, увидимся, когда домой приедешь.

— Ага, — сказал я. — Пока.

Я подумал про Агги и про дни рождения. В качестве упражнения в самоистязании я составил список всех подарков, какие она подарила мне на дни рождения:

20 лет

Бутылку лосьона после бритья «Поло».

«Ребекка», Дафна дю Марье.

«Монти Пайтон и Святой Грааль»[93].

21 год

«Лучшее из „Мокамбы и Умника“», части 1,2.

«Лакомый кусочек» Маргарет Этвуд.

Солдатик.

Антология поэзии э.э. камингса[94].

22 года

«Let it bleed», Ролинг Стоунз.

Сборник хитов Берта Бахараха.

Пачку конфет ассорти с ликером.

Семейные трусы из «Маркс и Спенсер».

23 года

Она меня бросила.

Я составил еще один список — то, что я купил ей на разные дни рождения:

19 лет

«Фейм Эньюал» за 1982 год.

«Сны Англии», Джона Сэведжа[95].

«Жизнь прекрасна».

20 лет

«Звездные войны».

Платье, которое ей понравилось в секонд-хэнде в «Аффлукс Палас», Манчестер.

Лучшие хиты «Смит», часть 2.

21 год

Бутылку «Бейлиз»[96].

«Империя наносит ответный удар».

«Двери» Оливера Стоуна[97].

Простое серебряное кольцо из «Аргос».

22 года

«Лучшие песни Скотта Уокера и Братьев Уокер». Бетти Блу.

«Лучшее из Хэнкока» Гэлтона и Симпсона[98].

Подарки на двадцать второй день рождения я ей так и не подарил. Она к тому времени уже бросила меня и не отвечала на звонки. Они до сих пор лежат у меня в шкафу, под кучей одежды, которую я больше не ношу. Они до сих пор обернуты в подарочную бумагу с рисунками любимой художницы Агги. Однажды в маниакально-депрессивном настроении я даже думал торжественно сжечь все, что Агги мне подарила, но я все-таки не из тех, кто выколет себе глаз, лишь бы позлить тещу. Вот только на книги я смотреть не мог, потому что она писала на них послания — что-нибудь про книгу или про то, как она меня любит. Когда все было кончено, я собрал их с полки и сдал в магазинчик «Оксфам» в Западном Бриджфорде.

Как это ни странно, мы с Агги так и не произвели Обмен Пластиковыми Пакетами — это такая любопытная церемония, которую устраивают все распавшиеся пары. Бывшие любовники пытаются вести себя, как взрослые люди, и возвращают друг другу вещи — всегда в пластиковых пакетах, — но не падают при этом в обморок. Одна из сторон, конечно, всегда портит элегантность происходящего тем, что убивается по поводу разрушенных отношений. И Агги знала, что этой стороной буду я. Я попробовал обмануть ее и договориться об обмене через ее маму. Я насочинял, что оставил в комнате ее дочери нечто очень важное, крайне нужное мне для работы, которую я пытаюсь получить, но, вспомнив эпизод, когда я Явился К Ней Домой Пьяный В Стельку, она сказала, что сначала спросит Агги, а Агги, естественно, сказала нет. Поэтому в нашей великой любовной войне ниже перечисленные вещи, принадлежавшие когда-то мне, Пропали Без Вести:

• Сборник музыки шестидесятых, который Саймон сам составил и записал мне на кассету.

• Запасной ключ от замка моего горного велосипеда.

• «Nevermind» Нирваны.

• Одна черная футболка.

• «Миф о красоте» Наоми Вульф.

• Пара красных бейсбольных ботинок.

• Солдатик.

• Работа по истории за первый курс, озаглавленная «Рассуждения о причинах Второй Мировой войны» (построена хорошо, но несколько оригинальных мыслей не помешали бы).

• Отцовские часы.

• Видеокассета с тремя сериями третьего сезона «Черной гадюки» и одной серией «Команды А».