Александр Руджа - Бесконечное лето: Город в заливе

Он хладнокровно болтал, а его люди тем временем беззвучно крадучись, выходили на позиции, с двух сторон огибая небольшой пляж, окруженный изломанными щупальцами мангров, где застыла по щиколотку в воде хрупкая девичья фигурка. Она стояла, опустив голову, длинные хвосты серебристых в лунном свете волос опускались ниже колен. Со стороны эта поза могла бы показаться воплощением бесплодного ожидания, неуверенности, даже отчаяния, но те, кто предположил такое, совершили бы ошибку. Ошибка была простительной - ведь наблюдатели не владели всей полнотой информации.

Они не видели ее лица.

***

Примечание к части

В главе использованы стихи Густаво Адольфо Беккера и Николая Майорова.

Глава 19, где одна пуля меняет всё

- Да выходи уже, что ты прячешься там, как багдадский вор, - устало сказал я в пространство. Выглядел ваш покорный слуга сейчас, наверное, неважно, будто только что перетаскал дюжину бочек контрабандного пиратского рома. Изменение реальности всегда нелегко дается, а изменение физических свойств звука и проводящей среды - например, для того, чтобы слышать его за несколько километров - тем более.

Но мы справились. Мы с Мику. Молодчина она все-таки, поняла все с полуслова и сделала в лучшем виде, безо всякой подготовки. Музыка - она и правда сближает.

А еще музыка умеет передавать информацию - так что с нахождением пиратского лагеря теперь никаких трудностей не возникало. Оставалось только...

Вот черт.

- Саш, что это было? - Славя, в одной короткой черной футболке и таких же шортах, смотрела на меня чуть опасливо и как-то виновато. Наверное, я на нее произвел неправильное впечатление, когда рассказывал о своих блестящих планах на этот вечер. Хм... А может, я даже забыл ей сказать, что это были именно планы, а просто, по своему обыкновению, купался в мутном потоке собственного сознания. Тогда, конечно, это наверняка звучало довольно странно и тревожно. Возможно, я бы себя даже забоялся немного.

- В каком смысле? - чуть-чуть пришел я в себя, сообразив, что вопрос прозвучал, а вот отвечать я на него так и не собрался. Спишите это на особенности восприятия мира после сеанса магических песен с Мику.

- Эти стихи... и музыка... - Славя покачала головой. - Никогда не слышала ничего подобного.

А я уже и думать про них забыл. Что сказать - под хорошие стихи музыка сама ложится. А стихи в тридцатых годах прошлого века рождались отличные. То же самое и к людям относится, кстати.

Разберите стихи на слова.

Отбросьте бубенчики рифм,

Ритм и размер,

Даже мысли отбросьте.

Провейте слова на ветру.

Если все же останется что-то,

Это и будет - поэзия, - сообщил я ей.

Наверное, зря. Теперь придется еще полночи убеждать, что я не сошел с ума, что я нормальный. И даже не факт, что удастся - недостает собственной уверенности в сказанном.

- На самом деле, - сказал я тоном ниже, сделав доверительно-сексуальный низкий голос, - Мику рассказала мне где они находятся, так что, в принципе, мы уже можем...

- Здорово! - Забыв об осторожности и недавней тревоге, Славя даже в ладоши захлопала - но тихонечко, чтобы не разбудить никого. Какая славная девушка. - Тогда что, будим Датча, заводим катер? Или нет, постой... - ей в голову пришла та же мысль, что и мне чуть раньше. - Это будет медленно, шумно и ничем хорошим не закончится?

- Точно, - согласился я. Все-таки хорошо быть не совсем идиотом. Но даже не совсем идиотом быть куда хуже, чем нормальным человеком. - Зато мы можем телепортироваться - ну, как в Париж, примерно. Достаточно только представить... Хм.

- Она передала тебе координаты, а не образ, да? - снова угадала Славя. - Нельзя представить себе координаты, чтобы отправиться в них, нужна картинка! А может, и цифры тоже сгодятся? Ну-ка, повтори!

- Одиннадцать градусов, сорок семь минут, шестнадцать секунд северной широты, - сообщил я, как следует напрягшись. - Сто два градуса, двадцать три минуты, сорок четыре и три секунды восточной долготы. Вроде бы так.

- А теперь быстрее, ныряем туда! - сверкнула улыбкой Славя и подхватила меня за руку.

Возможно, эта улыбка что-то замкнула во мне, а может, дело было совсем не в ней, но я зажмурился и представил себя, как проваливаюсь сквозь черный, набитый колючими звездами тоннель куда-то вниз, прямо в...

- Уфффф! - сообщил я в пространство целой гроздью серебристых воздушных пузырей, внезапно оказавшись с головой в воде. А точнее, даже под водой. Славя была рядом, и точно так же боролась с темной мокрой стихией. Но мне-то хорошо, я могу делать одновременно два дела - барахтаться в подостывшем за ночь, но все равно довольно теплом море, и размышлять, что случилось, а как ей приходится? Об этом, конечно, лучше не думать.

А с происходящим, в общем, все ясно - мы ошиблись буквально на секунду координат, что переместило нас чуть в сторону от нужной точки. А может, это Мику ошиблась, теперь уже не узнаешь. Ясно одно - пора всплывать и переходить к нормальным действиям, а то плаваем тут как две сосиски в бульоне. Поверхность воды, к счастью, оказалась довольно близко - достаточно оказалось сделать три-четыре энергичных гребка.

- Ыыыы! - исчерпывающе описал я сложившуюся ситуацию, выскочив на свежий воздух и сделав несколько бодрящих, живительных вздохов. Рядом отплевывалась Славя, она, похоже, от неожиданности, в момент перехода успела наглотаться соленой дряни. Но ничего смертельного, даже рвоты не должно быть. А где это мы, кстати?

Ага, все дело в перспективе. Стоило повернуться на сто восемьдесят градусов, и картина прояснилась - перед нами, метрах в тридцати, оказался берег. А на берегу стояла, удивленно глядя в морскую тьму, Мику. Живая и вполне неповрежденная, как можно судить. Вот это я понимаю - облегчение, а то я как-то поволновался, что нехорошие люди услышат ее пение и сделают какую-то глупость. Теоретически понятно, что умереть мы не можем, но оно, это теоретическое знание, как-то не особо успокаивало. Одним словом, я был рад, что с девушкой ничего не случилось.

- Мику-тян, мы тут, - пояснил я громким шепотом. Ну да, всплеск, с которым мы приводнились, она услышала, но могла не сообразить, что это именно мы прилетели. Она-то привыкла, что мы на громких величавых судах передвигаемся, или самолетах, на крайний случай, а тут вдруг такое несчастье - не сложилось с судном в этот раз. Как там в классике? "Мой корабль бесподобен и грозен, он почти огромен, и он... уплыл". Капитан Джек Воробей - мое предыдущее воплощение, не иначе.

Гм. Вернемся к делу.

Мику, заслышав из далекой черной воды знакомое хрипение, среагировала правильно. За это я их очень люблю, своих девчонок - они не ноют, не падают в обморок, не спрашивают "как такое возможно?", не устраивают истерик. Они классные - все до единой, и все по-разному. Очень мне повезло, так считаю.

Кстати, об истериках. С Алиской мне в скором времени предстоит очень непростой и потенциально нехороший разговор. Что ж, давайте сначала до него доживем.

Так вот, возвращаясь в реальность, к правильной реакции: Мику, ничуть не удивившись голосам из воды, просто кивнула и отвернулась. Небрежно, даже картинно, в духе "передо мной возникли из неоткуда два тела и плюхнулись в воду? Ничего странного, лучше посмотрю в другую сторону!" Ладно, на самом деле она просто просвистела куда-то в сторону берега простенькую мелодию. Раз, а потом еще раз, для гарантии. Сигнал для остальных? Наверняка. Да они же тут все продумали, умнички какие!

Несколько секунд ничего особенного не происходило - мы потихоньку выгребали к берегу, стараясь не производить особенного шума, Мику вернулась обратно к воде и наконец просияла, сумев рассмотреть что-то в движущейся мозаике лунных бликов. Справедливости ради, сначала она увидела Славю - а все потому, что я предусмотрительно пропустил ее вперед. За спиной Мику раздался шорох - но это к берегу, скрипя влажным песком под ногами, спускались Алиса и Лена, тоже, вроде бы, вполне здоровые и даже довольные. Чем они вообще тут занимались, чаи гоняли в плену?

Так. Остановитесь, пожалуйста, дорогой товарищ. Потому что, хотя зеркала тут и нет, но в него тебе было бы очень полезно посмотреть, в собственные наглые глаза. Постыдиться там, все такое.

- Девчонки! - сказал я вполголоса, потому что не хотел разбудить конвой, или караульных, или кто у них тут следит за порядком. - На море снова упала седая ночь, и только ей доверяю я, а потому, как и было обещано, пришел вам на помощь, с целью высвободить из темного узилища и...

- Да не было тут никакого узилища, - сообщила Алиска со своей всегдашней шкодливой усмешкой. Черт, как же я по ней соскучился все-таки, несмотря на все произошедшие обстоятельства. - Нас тут поили вином и безбожно врали, рассказывая истории про немецкие городки в долине Рейна. Но ты не бойся - мы им ничего не сказали. Миелофон по-прежнему в надежных руках.