Николай Мохов - Тёмная сторона бизнеса

И ещё очень важный момент: вы должны предложить сделать что-нибудь вместе, но в каком-нибудь общественном месте. А что это будет: лазание по скалодрому или дегустация французского вина — не имеет значения. На первых порах важно не спугнуть (исключение — кабаки и клубы, предназначенные специально для съёма, там можно сразу предлагать посмотреть ируканские ковры, как говорили мудрые старики Стругацкие).

Девушки хотят и боятся. Это их нормальное состояние. Поэтому их шатает из стороны в сторону. То вы бог, то вы гнида последняя. И дальше за вами выбор — сегодня её в койку уложить или завтра, или никогда. Пока девушку качает, она может глупости всякие говорить или делать. Это нормально. В это время можно нежно целовать и щекотать. Главное — не вслушиваться в её слова. А после можно обозначать правила игры. Вот например:

— Я человек женатый. Жену свою люблю. Но ты мне понравилась. Я хочу тебя. Согласна — поехали. Только два условия: потом звонков и смс не надо, а встречаться будем тогда, когда я захочу.

Важный элемент всей этой речи: не предложение прямого перепихона. Вообще, никогда не говорите девушке: «Мне нужен только секс». Даже если вы оба знаете, что так оно и есть. Но и рисовать розовые воздушные замки не надо. Как говорил Александр Дюма (феноменальный,кстати, блядун): «Женщин и слуг сразу надо поставить на то место, на котором вы их хотите видеть». Поэтому сразу и обозначаем: вы знаете, чего вы хотите и на каких условиях эти свои хотелки будете удовлетворять. Обычно это говорится после первых поцелуев. Ну или после первого секса, если те поцелуи естественным образом в него перешли.

И ещё. Глупые думают, что наличие жены — это проблема. И на свидании следует скрывать сей факт. Глупые. Умные понимают, что наличие жены наоборот следует демонстрировать. Ведь это означает, что человек вы более-менее нормальный. Может быть, даже приличный. Ну а жена… Есть с кем соревноваться. Щас я тебе такой секс покажу, что о жене и не вспомнишь…

В общем, демонстрация семьи — сплошной плюс. Безо всяких минусов. Только если вы какую-нибудь сумасшедшую бабу не сняли. Тогда, конечно, возникнут проблемы. Но проблемы с ней возникнут в любом случае. И лучше неадекват выявить на ранней стадии.

Пока вы делаете калибровку, то есть привыкаете знакомиться и общаться с бабами в расслабленном состоянии, неизбежны ошибки. Но какова цена ошибки? Небольшая потеря времени и денег. Всего-то. Расход боеприпасов. Некоторые отчего-то очень боятся, что те девки, которые им не дали, будут их обсуждать. Успокойтесь: обсуждать будут в любом случае. От этого вы получаете энергию, кстати, независимо от того, что там они говорят. В любом мегаполисе дофига баб. И все они хотят секса, отношений, семьи. Очень страстно. Чем больше мегаполис, тем больше таких женщин. Поэтому испорченных знакомств может быть сколько угодно. Главное, не париться — не попал, идёшь к следующей. И даже если попал и кого-то закадрил — всё равно идёшь к следующей. Потому что если вы не нашли любовь всей своей жизни, то отношение должно быть простое. Без залипаний. Как честный человек, вы никому и ничем не обязаны.

Мама с папой: любить нельзя убить

Наши родители — кто они? Что это вообще за форма жизни? Всю жизнь нам объясняли, что мы их очень любим. А если что не так, то они же нам только добра желали. Мы и сами так говорим. Потому что о родителях нельзя по-другому. И всё бы хорошо да гладенько, если бы не алкоголь. Стоит напоить человека до полной откровенности, как говорят оперативники, и спросить о родителях — и раскрывается бездна. Да такая, что и с Тёмной стороны туда заглядывать страшновато. Но мы попробуем.

И вот мой знакомый (парень сложной судьбы и противоречивой биографии) в состоянии снятия всех барьеров выдаёт: «Знаешь, я всякое видел в жизни. В 18 лет ушёл из дома. Торговал оружием, наркотиками и проститутками. Людей в лес возил. Башкой рисковал через два дня на третий. Было очень страшно и мерзко. Но никогда, блядь, никогда, не было так хреново, как в этом ебучем помойном аду, в котором я жил с родителями!» Я знаю его родителей — нормальные люди с виду, интеллигентные. Что они с ним, интересно, делали?

Другая история, из тех, что рассказывают ближе к пяти утра. Одна хорошая девочка много-много работала. Приехала из провинции в Москву. Пахала лет двадцать. И вот к сорока годам: свой междуогородный бизнес, офис в самом центре. Центрее только у Путина. И решила девочка маму свою вывезти. Сняла самый дорогой номер в самой дорогой гостинице. Устроила спа и прочие процедуры. Разве что не наняла толпу рабов, чтобы те ноги целовали её маме. Короче говоря, высший класс… На что мама сказала: «Не понимаю я этого твоего бизнеса». Что хотела в этот момент сделать дочка, лучше промолчать. Обошлось без убийства. Пока во всяком случае.

Ещё один мой знакомый со своими родителями буквально не может находиться в одном пространстве. Слишком разные жизни и интересы. Ещё будучи наёмником, товарищ заработал себе на квартиру. Да не на какую-нибудь вшивую однушку. А на такую, где много-много комнат. Внутри своя сауна. Да, не особняк. Но всё же к тридцати годам — жена, дети, хата, машина. Полный набор. И без кредитов и прочих ипотек. Зашёл к папе: так мол и так, квартиру купил, порадуйся сыновнему успеху. «Да, — обрадовался папочка, — хороший у тебя начальник». Надо ли говорить, что трудился парень в тот момент просто в нереальном гадючнике. «Веришь, — рассказывал он потом, когда с вискаря мы перешли на коньяк. — Еле руку удержал, чтоб не въебать».

И наконец, когда миллиардер проорал мне в телефонную трубку: «Ты как моя мать! Тебе нужны от меня только деньги!» — я задумался. В чём-то нас наебали при рождении. Или сразу после. Кто там кого любит и кто кому добра желает — оно конечно. Но самое ведь что паскудное — родители, пока нас растили, они же наблюдали за нами. Как минимум половину жизни. И знают наши самые больные точки. Знают, куда ударить. Мало того, могут сделать это легко и незаметно. И они, блядь, регулярно это делают. И не для благих целей. А просто, чтобы кровушки попить. А потом взрослые уже дяди и тёти топят лютую обиду в алкоголе и заходятся в истерике. Как говорил ещё один мой знакомый: «Родители тоже люди, поэтому от них можно ожидать любой подлости в любой момент».

Толпы психологов с этого кормятся: все мы родом из детства, все наши проблемы оттуда же. Но папу с мамой нам любить — ну прямо жизненно необходимо. Если не очень получается, значит, мы какие-то неправильные. Лечить нас надо. Щас мы терапию проведём. Гештальт закроем. Научимся маму с папой правильно любить. Проблема в том, что эти практики ни хера не помогают. Дают некоторый и недолгий прилив сил, который добрые и любящие родители расшибают одним снайперским плевком ядовитой слюны в душу. Иногда это может продолжаться десятилетиями. Впрочем, не будем осуждать психологов. Им тоже несладко, у них тоже родители есть.

Если бы психологи и их клиенты хоть ненадолго прервали эту беготню по кругу смерти и почитали бы первоисточники, то они бы знали, что разводка эта ещё из Ветхого Завета. Это фишка такая всех авраамических религий — Бог может сделать всё что угодно (и делает), а ты его люби. Отношения же отца с сыном подобны отношениям Бога с человеком. Я тебя породил, я тебя и убью. Короче говоря, вы жизнью должны расплатиться за свою жизнь. Поэтому и обязаны принимать те самые тычки и плевки, любя: через боль с любовью пополам мы отдаём максимально возможное количество энергии. Ваша энергия — пища Бога. И вашим родителям она тоже очень по вкусу, особенно — с возрастом. И тут благодарность деньгами и услугами не принимается. Чтобы жить, нужна кровь.

Самое интересное, что эта конструкция работает и для самых твердолобых атеистов, и самых отмороженных сатанистов, и просто неблагодарных людей, которые за тридцать лет родителям ни разу и не позвонили (что не означает: ни разу о них не вспомнили). Потому что есть такая штука — родовая энергия. Она нематериальна, но от неё очень сильно зависят такие материальные вещи, как здоровье и благосостояние. Не зря родовую структуру сравнивают с корневой системой. Она-то нас и привязывает к родителям намертво. А потребность великовозрастных деток в одобрении старых маразматиков — это просто одно из проявлений энергоструктуры.

И кстати, все запреты на негатив к родителям имеют под собой вполне реальную основу: это всё равно что гадить в трубу, из которой пьёшь. Но что делать, если эта труба, мало того, что дырявая, так ещё и начинает работать не на подачу энергии, а на её отсос? Или вместо энергии по ней начали подавать дерьмо? Ведь от трубы-то никуда не денешься. Она нематериальна, как мы помним.

В глубокой древности эту проблему решали радикально. Судя по мифологии, у огромного количества народов престарелых родителей попросту убивали. Правда, со всем почётом и по обряду. Могли, например, напоить-накормить, на саночках покатать, ноги перебить и в овраг специальный скинуть. Или на плотике отправить в море-окиян, дав на дорожку чего-нибудь вкусненького. Или у костра зимой оставить с небольшим запасом дровишек — есть у Джека Лондона такой рассказ. Всё потому, что времена были суровые и лишней энергией никто не разбрасывался. Так что предков почитали, но уже мёртвых. Понятно, что в современном обществе этот метод не проходит. Не говоря ни о чём другом, тут свои дети подрастают не по дням, а по часам. Не успеешь оглянуться, как самому пора на санки.