Новый Мир Новый Мир - Новый Мир ( № 9 2009)

Когда же друг под гильотиной

Испустит дух,

Она, ругнув его скотиной,

Полюбит двух.

                   Парочка

…Сиди и смотри

На высокую стойку,

Как рыжий Анри

Наливает настойку…

Что подперла

Лицо рукою,

Глаза подвела

Зеленой тоскою?

Брось, забудь

Свою Кларетту.

Ты была с ней до свету

И со мною побудь

Чуть-чуть!

Ну, веселее

Выпей абсенту,

Красную ленту

Вплети понаглее.

Или ты все еще грезишь

О ее нежном теле?

Хватит! Слезай с постели,

А не слезешь —

Будешь дело иметь со мною!

Сводничать мне надоело!

Нет! Уж коли задело,

Так будь же и мне женою!

                   Lapin agile

Ты видишь на горе кабак —

Он [ Бы ] Шустрым Кроликом зовется.

Там легкий плющ на стенке вьется,

Там летом знойным рдеет мак.

Иди туда. Легко там пьется

И сидр, и виски, и коньяк.

Там, в садике, в кусту сирени,

Поставит дед тебе скамью,

И ты любимую свою

К себе посадишь на колени

И будешь петь, как я пою,

Томясь душой в любовном плене.

Не догадается сосед,

Что ты поешь. Он не услышит.

Твой рот едва приметно дышит, —

У песни сердца звука нет, —

Неслышно грудь она колышет,

Как мозг больного — сладкий бред.

И песнь твою поймут лишь двое,

Она да ласковый старик —

Хозяин. С детства он привык

За стойкой, там, у стенки, стоя,

Улавливать немой язык

Сердец, забывших все земное.

Гитару снимет он с гвоздя,

И, пыль стряхнув, зашепчут струны,

Как плеск лазоревой лагуны,

Как шум весеннего дождя.

И голос старческий, но юный

Польется, воздух молодя.

И песня эта той же будет,

Твоей, но громкой и живой...

Своею вечной новизной

Она застывшего разбудит.

И поцелуев пышный рой

Твоих никто уж не осудит.

                   Парижанка

Как сызмальства привыкшая к прудам

Красива ива,

Привыкшая сыздетства к зеркалам,

Она красива.

У ивы отыми родимый пруд —

Она завянет.

Лиши Ее зеркал на пять минут —

Ее не станет.

                   «Rue Pigalle»

Темная гитана

С нависшей бровью

Затанцевала, и дрогнул зал.

Сочится рана

Сердца любовью…

Туго другу пояс завязала, —

За услугу друг ей руку жал.

Ну же, кабальеро,

Стукни каблуками,

Разбуди чечеткой

Хладнокровный пол.

Или слишком серо

В этом баре с нами?

Стукни, топни пяткою четкой,

Кровный мой красавец, мой креол!

И сольются в звонкой

Дроби кастаньеты.

Это — стуки сердца,

Ропоты любви.

У гитаны тонкой

Звякнут амулеты…

Боюсь, добьюсь ли?.. Дрогнет ли дверца?..

Друга дорогого позови!

                   Хильда

                  1

Хильда, ласковый трусик,

Хильда, прелесть моя.

Что за взбалмошный усик

Носит шляпка твоя?

Или мне показалось,

Или нет ничего?

Что ж на ней колыхалось

Для меня одного?

Усик, усик, конечно.

Но, лукавая, ты

Оборвала беспечно

Тонкий усик мечты.

И теперь ты не трусик,

А как все и как я,

И цветок, а не усик

Носит шляпка твоя.

                  2

На свете родилась

Она в стране озер.

И ласково и мило

Сияет синий взор.

Она стройней тростинки

И гибче камыша,

И, детская, росинки

Светлей ее душа.

Она, как зайчик серый,

На месте не сидит

И с розовою верой

Навстречу дню спешит.

Своею верхней губкой,

Приподнятой чуть-чуть,

К стеклу любого кубка

Ей хочется прильнуть.

И пить, и пить… Покуда

Не выпьет все до дна.

Она — сама причуда,

Она — сама весна.

Мой зайчик, милый трусик,

Ты с каждым днем жадней,

Смотри, омочишь усик

Ты в горькой браге дней.

И сразу станешь вялой,

И сразу загрустишь,

Как осенью усталой

Наш северный камыш.

                  3

Я купил у китайчонка

Три бумажные цветка

Для забавного зайчонка,

Для любимого зверка.

И зайчонок Хильда смело

Приколола их на грудь,

Не смущалась, не краснела,

Не жеманилась ничуть.

Для нее цветы — забава,

Для нее цветы — убор,

Ласково, а не лукаво

Благодарный светит взор.

И такая мне отрада

Этот взор (я не шучу),

Что и ласки мне не надо,

И любви я не хочу…

                   Комета

Вчера над Парижем сияла комета.

Была она лунно-зеленого цвета.

Был хвост ее дерзкий колюч и упрям,

И нес он сиянье далеким морям.

Она озаряла и долы и пашни,

Комета-прожектор на царственной башне,

Дразнила и город она, и луну,

То вниз устремляясь, то вновь в вышину.

И город, померкнувший, ждал терпеливо

Лучей ее колких бесшумного взрыва

И, нежно-покорный в мятежные дни,

Свои погасил перед нею огни.

В тени его зданий неслышно тонули,

Всю ночь ожидавшие света, патрули.

И только сверкали, и то не всегда,

У легких машин серебром обода.

И было так тихо, так ласково тихо, —

[ Забытая ] Обычная стала забытой шумиха,

Кафэ обезлюдила горькая тьма,

И тупо дремали слепые дома.

На узкой скамейке у церкви «Sulpiсe»,

Где ветви деревьев послушно сплелись,

Сидела одна возле древних колонн,

Печальная дева веселых времен.

Зрачки ее глаз напряженно глядели,

Холодные пальцы забыто висели,

Казалось бессмысленным жить и ходить,

И так нестерпимо хотелось курить.

И вдруг, точно острое быстрое жало,

Вонзаясь куда-то, в ночи прожужжало,

И вспыхнул цветком набегающий гром,

И рухнул на деву разрушенный дом.

Застыла комета, увидев кого-то.