Андрей Никулин - IN VINO VERITAS

Коньяк жгучей струёй понёсся по пищеводу. «Мудак, даже закусить ничего взять не догадался! Да и хуй с ним!». Я откинулся на спинку лавочки и посмотрел наверх. Буквально в каком– то метре от моей головы свисал массивный сук. Он был голым, листва давно уже слетела. Осень. И вот уже четыре месяца как я мечусь в алкогольном угаре, пытаясь найти выход из хреновейшей ситуации, куда меня загнали. Или я сам себя загнал, впрочем, какая на хуй теперь разница. Полная жопа – и выхода из неё нет. «А может повеситься на хрен. Чего я мучаю себя и людей? Мать с тёткой только жалко, а так и не всплакнет больше ни кто. Жена так только перекрестится». Перед глазами живенько нарисовалась картина, как я вишу на этом суку с вывалившимся языком и в обоссаных джинсах. «А верёвки то нет. Надо поискать». Я глотнул из бутылки, закурил сигарету и попытался встать со скамейки. Бессонная ночь и ударные дозы конька с утра дали о себе знать. Меня сильно качнуло вперёд и только удачно выставленная рука не позволила вонзиться головой в бетонное ограждение бассейна. Стало вдруг ужасно смешно. Я лежал и просто давился от смеха, если бы кто – нибудь случайно забрёл сюда в это время, то, наверное, поспешил бы на выход – уж очень дико звучал мой истерический хохот в тишине пустынного парка. Приступ смеха также быстро прекратился, как и начался, я встал и побрёл к дальнему углу парка, где высилась большая куча строительного мусора. По дороге снова закурил, та сигарета сломалась при падении, и табак моментально стал туманить мозги, но мне было уже всё по хую. Моток провода, толщиной с мизинец, валялся, как будто специально кем– то приготовленный. «Вот и славно. То, что надо». Я взял провод и побрёл обратно к скамейке. Заметно рассвело, но по– прежнему во всём парке не слышалось никаких звуков. «Отлично, отлично» – бормотал я и присел на лавочку. Сердце здорово колотилось, в голове пеленой стоял туман, руки дрожали и были противно потными. В бутылке оставалось почти половина конька. Я запрокинул голову и равномерными глотками стал допивать остатки.

«Последнее усилие и пустая бутылка полетела в пустой бассейн. Почему – то даже не разбилась. Он стал разматывать моток. Провод был весь белый от цементной пыли, и Он аккуратно стал протирать его потной рукой – всё должно быть комильфо. Петлю, он завязал двойным схватывающим узлом, не зря же он служил во флоте. Эта работа отняла много сил, и Он откинулся на спинку скамьи отдыхая. Вдруг Он почувствовал, как напрягся член, о существовании которого Он последние месяцы вспоминал только когда нужно было поссать. Жена не давала из принципа, а на женщин у него не было ни денег, ни места, куда можно бы было их пригласить. Рука сама потянулась к бугорку на джинсах и стала гладить его. Он мял и мял член рукой, по всему телу потекла истома. Нащупал зиппер на джинсах и расстегнул его. Рука взялась за тёплый, пульсирующий член. «Давно у меня так не стоял»,– с удовлетворением подумал Он. Головка члена стала упругой, а на конце явно почувствовалась клейкая капелька. И Он вытащил член наружу. «Какой инструмент пропадает», – с горечью подумал Он. Его совершенно не беспокоило то, что кто – то может его увидеть. Ему было волшебно как хорошо. Поглаживая головку члена Он всё больше уплывал по горячему, чудесному течению. Мошонка подобралась, и Он чувствовал, как в её недрах готовиться к залпу могучий заряд. Никакой женщины Он конкретно не представлял, но чувствовал, что она, где то рядом, где то здесь. Сгустки желтоватой застоявшейся спермы брызнули фонтаном и потекли по руке продолжающей мастурбировать. Ему давно не было так хорошо. В этот момент мозг накрыла последняя волна выпитого, и Он стал засыпать. Последнее, что Он сделал это спрятал обмякший, но всё ещё нервно вздрагивающий член обратно в джинсы. И Он уснул».Я проснулся от звука журчащего ручейка где– то рядом. Я открыл глаза и с трудом смог разглядеть, что недалеко от меня в кустах присела женщина. Она писала, и это от звука её струи я проснулся. Сидела она ко мне спиной, и я чётко видел внушительный зад. Я тупо глядел на эту всю в синяках жопу, силясь понять, где я и что я здесь делаю. Увидев аккуратно сделанную петлю из провода, я всё вспомнил. Тем временем женщина сделала свои дела, встала, оправив юбку, трусов на ней явно не было. Когда она повернулась, я понял, что это – бомжиха справляла здесь свой утренний туалет. Опухшая физиономия, сальные волосы и замусоленная куртка – не давали усомниться в социальном статусе этой гражданки.

– А я думала, что ты помер. Дай сигаретку – и она мило мне улыбнулась наполовину беззубым ртом.

Я ничего не ответил, порылся в кармане и достал смятую пачку. Дама присела рядом на скамейку, обдав меня запахом мочи и пота. Лежащий провод она скинула на землю, не обратив никакого внимания на петлю.

– Слышь, а у тебя выпить нет, а то поправиться бы надо. Я смотрю, ты уже принял с утра. Ну, что не угостишь? – и ловко прикурив от протянутой мной зажигалки, продолжила женщина.

– Нет, я всё уже выпил. Деньги есть…

– Ну, так дай, если не жалко. А хочешь отсосу за недорого. Я хорошо это делаю – и явно подражая виденному когда – то в кино, обвела языком опухшие губы. Выглядело это очень комично.

«Дожил, блядь, уже бомжихи свои услуги предлагают». Почему – то стало даже весело.

– Ненадо… На возьми – и я протянул ей смятую купюру.

– А сам то не хочешь вмазать? А то я сбегаю. Тут «шинок» рядом есть и водка там не дерьмо. Я «медицину» не уважаю, лучше хреновой водки, чем химию эту глотать. Может всё таки отсосать, я аккуратненько и у меня спереди и зубов то нет – и она осклабилась, демонстрируя свой рабочий рот.

Странно, но член в штанах предательски зашевелился. Мой дружок видать стряхнул с себя полугодовой сон после ручной тренировки. Но, нет, для секса с бомжихами я ещё не опустился. И это тот, кто два часа назад хотел повеситься на грязном проводе!

– Нет, говорю. Взяла деньги и вали отсюда!

– А жаль. Ты симпатичный мужичёк. Ну, если приспичит, найдёшь меня здесь. Я бесплатно обслужу.

Дама удалилась, и воздух сразу стал чище. Я встал со скамейки и закурил последнюю сигарету. Уже совсем рассвело. Я сплюнул на валявшейся провод и побрёл к выходу из парка. Напротив находился универсам и ему пора было открыться. Ужасно хотелось выпить.

А где же обещанная попытка суицида?! – спросите вы.Да вы что, господа. Я даже когда связанный в гараже три дня валялся, даже когда меня утюгом жгли, так что паленым волосом смердело, даже когда меня обдолбанный отморозок на мушке держал – и в мыслях такой вариант не рассматривал. Я очень люблю жизнь. А этот рассказ так – шутка, о том, как убойная доза алкоголя и здоровый онанизм могут вернуть человека к жизни.Ну, а с вином у меня сейчас перемирие. Вино свою функцию выполнило – не дало мне загнуться, и не свихнуться. Мы ещё с ним встретимся.

ПЬЯНКА НА НЕВЕ

2004г. осень

Вот и всё. В очередной, не помню, какой раз закончил редактирование рукописи. А вот интересно, сейчас во времена компьютеров, авторские тексты также называются «рукописи» или нет? Ну да ладно, «рукопись» как – то солиднее звучит, согласитесь. Впрочем, не важно, как называется, главное последний и я надеюсь, окончательный вариант «Алкаша» сейчас покоится в памяти моего «Пентиума», полгода напряженного труда позади. В воскресенье пойду покупать билет на поезд и …

Не знаю, правда, это желание уехать, у меня связано только с мыслью о возможности показать хотя бы кому-нибудь своё произведение, или просто я хочу вырваться из болота повседневной рутины. И что меня всё время тянет на такие вот речевые обороты – «повседневная рутина»?! Это всё советское образование даёт о себе знать. Но как бы там не было, я хочу, что бы эта поездка оставила след в моей жизни. Ну вот опять – «след в моей жизни» – я не исправим. Уж больно мало чего в последнее время со мной происходит. Пресно стало жить, хочется событий и желательно со знаком «плюс». Столько в жизни моей было плохого, что настал черёд и приятного, я так думаю пора.

Свой отъезд я естественно же окружил тайной, я просто не могу по– другому. По-моему только жена догадывается о настоящей причине моего отъезда, но молчит. Всё– таки восемнадцать лет совместной жизни не проходят даром, чему– то жизнь её научила, а конкретно тому, что лучше меня ни о чём не спрашивать. А как я подготовился технически! Приобрёл диктофон – буду записывать свои беседы с главным редактором издательства, конечно если вообще состоятся какие то беседы. Но я надеюсь. Хотелось бы точно знать, что я представляю собой, как «писатель». Правда сам себе прекрасно отдаю отчёт в том, что словосочетание «писатель Андрей Никулин» звучит диковато. Купил даже телефон с камерой, буду запечатлевать себя на фоне питерских достопримечательностей. Да, я, по-моему, не сказал, что еду в Санкт – Петербург. Да – да, я решил, что пробу «пера» я устрою в «городе на Неве». Москву я просто ненавижу, и честно говоря, боюсь. Люди там суетливые и наглые. Питер, правда, я там ни когда не был, кажется мне городом спокойным и порядочным. Хотя может быть я, и ошибаюсь, но очень бы не хотелось разочароваться. Увидим. И так я еду «проталкивать» свою книгу, вот так вот – не больше, не меньше