Валентин Черных - Взрыв Секс-бомбы

— Никто, — ответила Секретарша. Такого быть не могло, чтобы Сценарист смотрел первым!

— А Секс-символ?

— А кто это — Секс-символ? — Секретарша улыбнулась.

— Тогда зеленый чай, пожалуйста, — попросил Сценарист, не отвечая на вопрос.

Вначале его раздражало, что Стас несет отсебятину. Он вроде бы и произносил реплики, написанные Сценаристом, но добавлял свои, более смешные. Дуэль Стаса и Секс-символа смотрелась интересно. Вернее, те кадры, в которых участвовал Стас, только и смотрелись. Рядом с ним Секс-символ становилась женщиной, стареющей женщиной, потому что хотела выглядеть моложе.

Сценарист пожалел, что не он придумал эту линию влюбленного в учительницу ученика.

Секс-символ вошла в кабинет сразу после того, как он вынул кассету из видеомагнитофона.

— Отвратительно, — сказала Секс-символ.

— По-моему, хорошо, — не согласился с ней Сценарист. — Пожалуй, это твоя лучшая роль за последнее время.

— А что хорошего? — возмутилась Секс-символ. — Он же издевается надо мной.

— Он посмеивается. Такая манера у молодых, чтобы скрыть смущение.

— Я не хочу, чтобы надо мной посмеивались.

— Это же роль.

— Сейчас материал досматривает Головешка. Выслушаем и его мнение.

— Головешка никогда не бывает объективным.

— Тем интереснее будет его послушать.

Головешкой называли известного критика, переиначив его фамилию.

Сценарист пожалел, что Секс-символ решила показать материал именно ему — Головешка был из молодых и злобных. В своих статьях он не прощал известным актерам и режиссерам ни малейшего промаха. Сценариста он приложил только один раз, назвав его сценарий перелицованным старомодным костюмом из габардина.

Головешка вошел и, к удивлению Сценариста, поцеловал руку Секс-символу. Секретарша принесла коньяк, кофе, печенье и, выходя из кабинета, включила на аудиосистеме клавишу записи. Такое было правило: если Продюсер отсутствовал, все обсуждения обычно записывались.

— Замечательно, — сказал Головешка. — Стас великолепен, вы временами скованны, но, надеюсь, Режиссер внесет коррективы, что-то подрежется. Здесь вы — Актриса.

— А в других фильмах я кто? Только голая задница? — спросила, улыбаясь, Секс-символ.

— В других по-разному. Очень часто просто модель для демонстрации великолепного тела.

— Меня убеждают продолжить эту демонстрацию и в этом фильме.

— Будут небольшие проблемы.

— Какие?

— Вам надо похудеть. Но ненамного. И не резко, иначе появятся складки. К сожалению, на экране вы все время помните о своих лишних килограммах. Зная свои недостатки, вы скованы, а вашу скованность фиксирует камера. Хотя, пожалуй, эта скованность и есть самое интересное. Да, стареющая женщина, да, стесняется своих складок на животе. Нет, не надо худеть. Я бы снял сцену, когда вы перед любовным свиданием рассматриваете себя в зеркало и видите складки, слегка обвисшую грудь, а на свидание выходите в полном своем блеске — с разворотом плеч, с втянутым животом.

— А что делать с грудью? — спросила Секс-символ.

— Я не знаю, но, наверное, есть способы подтяжек.

— Спасибо, — сказала Секс-символ. — Вы блестяще проанализировали материал. Мне нужен главный совет: оставить ли эту любовную линию с бывшим учеником или вернуться к первому варианту сценария, который вы читали.

— Ни в коем случае, — ответил Головешка. — Линия любви бывшего ученика и учительницы великолепна.

Головешка выпил коньяк, кофе и заспешил.

— Извините, ждут на редколлегии. — И в сопровождении студийного шофера удалился.

— Мерзавец, — сказала Секс-символ.

«Грубо, но разумно», — хотел сказать Сценарист, но не сказал, опасаясь, что эта сентенция вызовет ярость Секс-символа.

— Мерзавец, — повторила Секс-символ. — Он разбирает мои недостатки, как судья на ринге собачьей выставки. Он во мне уже не видит женщину. Я для него… — Секс-символ не решилась, наверное, произнести слово «старуха».

— Возвращаемся к первому варианту сценария, — сказала она уже спокойно. — Никаких Стасов, никаких влюбленных учеников. Вернее, влюбленный ученик пусть останется, но никакого романа между учительницей и бывшим учеником. Это безнравственно.

— Ученик вырос, — напомнил Сценарист.

— Будет, как я решила.

— А если Продюсер не согласится?

— Обойдусь без Продюсера. Основные деньги достала я.

Сценарист выразительно кивнул головой в сторону музыкального центра.

— Да пусть хоть снимается на видео, — и Секс-символ привычно улыбнулась лучшей из своих улыбок.

Сценарист промолчал. Ни возражать, ни соглашаться смысла нет. Основные события еще впереди. Секс-символ может и упереться, может и отступить. В кино окончательного решения не меняют, только когда фильм уже снят, смонтирован и озвучен. Он знал случаи, когда на съемках некоторых фильмов «окончательные решения» принимали десятки раз. В кино, как нигде, с принятым вечером решением рекомендуют переспать потому, что утро вечера всегда мудренее. Сценарист сделал пометку в своем блокноте: «Позвонить утром Секс-символу».

Режиссер

Режиссер, посмотрев отснятый материал, обрадовался: кино получалось интересным из-за игры Стаса. Мальчик играл почти блестяще. Он даже не играл, он был влюблен в Секс-символ и не скрывал этого. А Секс-символу этот напор нравился, она хотела казаться моложе, втягивала живот, разворачивала плечи, чтобы скрыть намечающуюся сутулость. Жировой горбик у женщин, склонных к полноте, начинает расти уже после сорока. Секс-символу это пока не угрожало, но она помнила об этом и тренировала мышцы шеи заранее. В кадре со Стасом Секс-символ выглядела молодой и обаятельной, но как только Стас уходил из кадра. Секс-символ распускала мышцы живота, опускались плечи и грудь.

Еще долго будет красивой и притягательной, думал о Секс-символе Режиссер, но уже не для молодых, а для пятидесятилетних, потом шестидесятилетних.

Оператор не выключил камеру, когда был отснят очередной кадр, и зафиксировал момент, когда Секс-символ отдыхала, положив руки на колени. Было заметно, как на ладонях проступили натруженные вены женщины средних лет.

Режиссер не хотел показывать материал Секс-символу, но она настояла на просмотре, после чего забеспокоилась и вызвала своего нерегулярного любовника-режиссера.

Она говорила с любовником больше двух часов. О чем? Любовник ее, вероятно, в чем-то не убедил, и тогда она пригласила на просмотр материала Сценариста и молодого критика, который всегда изгалялся над ее актерскими способностями и ценил только как Секс-символ десятилетия.

Раньше все было ясно. Режиссер приносил на студию сценарий, если сценарий одобряло руководство, производство фильма вставляли в план и давали деньги на съемки. Отснятый материал просматривали художественный руководитель объединения, директор студии. Если возникали сомнения, показывали в Кинокомитете. Он выполнял указанные поправки, потому что его с детства приучили повиноваться учительнице, еще раньше — воспитательнице детского сада. Он выполнял указания директоров, председателей, секретарей, всех, кому власть доверила эти указания давать. Его поражало, что другие режиссеры не соглашались с поправками, а без поправок руководство не выпускало фильм в прокат и режиссеру не выплачивали денег.

И режиссер не мог отремонтировать квартиру или дачу, не мог купить новых ботинок, потому что если режиссер не делал поправок, то производство приостанавливалось, и режиссер вначале получал простойную зарплату, потом половину зарплаты, а через год зарплату вообще переставали платить. Через год большинство сдавались и вносили поправки, вначале вроде бы совсем незначительные, потом кардинальные. Только самые упорные сопротивлялись по нескольку лет. Режиссера такое упорство раздражало. Ну почему, если столяр сделал стул, а этот стул не понравился заказчику, то столяр не переделывает стул? Переделай и делай следующий. Дочерям нужны сапоги, даче — новый забор. Поэтому, когда времена изменились и люди, которые вложили деньги в кино, стали требовать и переделок, и сокращений, он воспринял эти требования как должное. Но в данной ситуации он, профессионал, видел, что фильм получается, потому что Стас замечательный актер и не играет любовь, а любит Секс-символ почти так, как любил в детстве, только теперь он уже был взрослый, современный ироничный мужчина, и Секс-символ пытается ему соответствовать. У нее не очень получается, но это не только у актрисы не получается, а уже не очень молодая женщина проигрывает молодому мужчине.

Секс-символ приостановила съемки. Теперь ждали, когда материал посмотрит Продюсер. Режиссера не оскорбляло, что ему ничего не сообщали, с ним не делились, не советовались, не просили, не извинялись. Просто остановили съемки. Он бы поговорил с Продюсером, но Продюсер договаривался с немцами в Берлине по другому проекту, и он спросил Секс-символа: