Все для вас - Хоён Ким

Сюжетная линия сценария все еще была связана с пандемией, ведь новый мир постепенно адаптировался к жизни с коронавирусом. Но на этот раз Токко не заразится и вспомнит свое прошлое не из-за болезни. Ингён вернула ту последнюю утреннюю сцену с «Сытным обедом», которая так нравилась Кынбэ. И пусть после еды Токко надевал маску и уходил прочь, это не лишало момент трогательности.

Для Ингён, которая с новым для нее амплуа режиссера стала еще упрямее, это был огромный шаг. Она вернула все, что хотел видеть в своем персонаже Кынбэ, но при этом не отказалась и от своей линии с пандемией. Понимая, что она очень старалась, он сразу захотел поговорить с ней и сказать спасибо, однако память о былых обидах не дала ему сделать это в тот же час. Кынбэ решил дождаться момента, когда к работе над спектаклем вернется Ким. Тогда он обязательно поблагодарит Ингён за то, что она учла пожелания нерадивого актера.

Спустя сутки, около полуночи, Кынбэ, как обычно, выставлял напитки в большой холодильник. Внезапно прозвенел колокольчик, оповестив о том, что кто-то пришел. Кынбэ оставил банки пива и развернулся, чтобы выйти, как вдруг увидел посетителя и невероятно удивился. И не потому, что гостья стояла прямо перед ним, а потому, что ей оказалась Ингён. А вот сама она, похоже, не замечала его и внимательно выбирала пиво, хлопая густо накрашенными ресницами.

Кынбэ спешно закрыл створку холодильной камеры и наконец-то встретился лицом к лицу с Ингён, которая за это время успела сходить за корзиной. Та как ни в чем не бывало поставила товары на прилавок у кассы и громко сказала:

– Четыре банки «Хайнекена».

– С чего вдруг? Это шутка, что ли, такая?

– Какие шутки? Я всегда любила это пиво.

Кынбэ не знал, что на это ответить, и молча рассчитал ее. Не дожидаясь чека, Ингён открыла одну из банок и сделала глоток.

– Нужно сначала оплатить. И вообще, уже девять часов: в магазинах запрещено есть и пить в такое время.

– Ну а если я хочу пить?

– Тогда ты… проблемный покупатель.

– Не спорю.

– Почему ты вдруг здесь? Да еще в такой поздний час.

– Я так-то всегда приходила сюда в это время. Видишь вот тот малоэтажный дом? А на третьем этаже окно с выключенным светом? Именно там я написала черновой сценарий.

Кынбэ посмотрел туда, куда указывала Ингён.

«Так вот, значит, откуда она наблюдала за беседами Токко и того любителя выпить после работы!»

– Ну что, ты прочитал новый вариант? Не хочешь что-нибудь сказать?

– А, это… Ну, нормально.

Ингён снова резко сделала глоток, будто была расстроена.

– Так что, ты в деле?

– Конечно. Как раз сейчас вживаюсь в роль.

Ингён усмехнулась и сказала:

– Я очень удивилась, когда Ким рассказал, что ты устроился сюда. Забавно, ты и правда очень похож на Токко. Конечно, тот чуть более угловатый, а ты скорее в полноту… и все же сходство налицо!

– Спасибо за то, что переписала сценарий. Это явно было нелегко.

– Тебя я тоже быстро поставлю на ноги. Так что присоединяйся.

– Хорошо.

– Ну все. Тогда на следующей неделе начинаем репетиции в спартанских условиях. Уладь все дела здесь к этому времени.

– Это будет трудно.

– С чего вдруг?

– Найти человека на ночную смену нелегко. И я еще не все сделал: нужно пообщаться с управляющей. И кстати, я наконец-то встретился с хозяином…

Кынбэ не договорил, заметив недовольство на лице Ингён. Склонив голову и глубоко вздохнув, она сделала глоток, а затем еще один и еще, не скрывая раздражения.

– Кынбэ, жизнь – это череда разрешения проблем. Я написала произведение всей моей жизни – и началась пандемия, получила грант на его постановку – и заболела ковидом, поправила сценарий – и теперь ты тут упрямишься. Ты настоящая головная боль.

– Дай мне время до конца месяца. Если никого не найдем, приведу сюда Кима, что ли.

– Ладно, – ответила Ингён, окинув его проницательным взглядом, и сделала еще глоток.

– А теперь попрошу вас удалиться из магазина и пить где-нибудь в другом месте, госпожа проблемная посетительница, – решительно сказал Кынбэ.

После ее ухода воцарилась небывалая тишина, будто после серьезного происшествия. Кынбэ невольно усмехнулся. Не так уж и плохо, что теперь он стал одной из проблем Ингён. Это даже обрадовало его. Размышления Кынбэ прервал сигнал холодильника: пора было вернуться к работе. Ночной круглосуточный магазин жил вместе с Кынбэ и дышал полной грудью.

Глава 6

Хозяин магазина

«Жизнь – тлен», – весь последний год любил повторять Минсик, неизменно добавляя пару забористых ругательств. Эта фраза кнутом хлестала его истощенные тело и дух. Единственным утешением ему мало-мальски служило то, что теперь под откос идет не только его собственная жизнь, но и существование всего человечества: свирепствовал ковид.

Когда-то Минсик пытался начать все сначала, но его бросил в яму и даже подождал, пока он увязнет там, его закадычный друг. После того удара в спину Минсик сосредоточил все силы на своем последнем проекте – национальной сети доставки еды. Во время пандемии эта идея показалась ему как никогда перспективной, к тому же давала сэкономить на аренде. Минсик чувствовал невероятную уверенность в том, что сейчас такой проект обязательно выстрелит.

Он даже придумал название для своего амбициозного проекта – «Кухня на районе», девиз которого гласил, что покупатель останется на сто процентов удовлетворен качеством и доставкой еды. Минсик намеревался сотрудничать с франчайзинговыми компаниями и уже встретился с разработчиком приложений.

И хотя все его предыдущие проекты были подозрительными и грозили в случае чего отправить Минсика за решетку, на этот раз его переполняла уверенность и надежда на успех. Казалось, уж теперь-то мама обязательно поддержит его и продаст свой круглосуточный магазин, чтобы помочь с первичным капиталом. Богатство уже маячило перед его глазами. Минсик даже подумал, что пандемия не так уж и плоха, раз предоставила ему такую возможность.

Но все это было до того момента, пока он не заболел сам. Почти год назад Минсик ходил на встречу в Каннаме, где и подхватил коронавирус. Это случилось спустя неделю после майского массового заражения в Итхэвоне. Он самоизолировался и несколько дней провел в бреду с температурой за сорок: ему все казалось, что тело вот-вот загорится. После болезни его на протяжении месяца продолжали мучить побочные эффекты. Из-за всех этих сложностей он потерял слишком много времени, да и запал исчез.

Хорошо, что хотя бы мама жила не дома, иначе он заразил бы и ее. Ему не хотелось даже думать о том, что вместо сыновьей почтительности он мог собственноручно бросить старушку в лапы смертельного вируса. Вот сестра бы тогда высказала все, что о нем думает! Мама была его единственной поддержкой и союзником, который мог передать Минсику магазин и усмирить сестру.

Она страдала от хронических заболеваний и в марте, когда пандемия стала стремительно набирать обороты, решила уехать к своей сестре в Янсан. Минсик в очередной раз убедился в ее проницательности, хотя без нее домашнее заточение стало для него настоящей пыткой: он постоянно грустил и страдал. Именно тогда в его голове зародилась идея о том, что вся жизнь – тлен, именно тогда он отказался от новых амбиций.

Незаметно наступило лето. Минсик все дни проводил дома, сидя под старым кондиционером. У него совсем не было друзей, которые могли бы утешить его или позвать проветриться. Он питался от случая к случаю и выходил на улицу раз в несколько дней, только чтобы закупиться пивом. Правда, из-за этого ему каждый раз здорово доставалось от тети Сонсук. Когда она стала управляющей и взяла на себя все дела в магазине, в ее голосе появились командные нотки, как у старосты курса в университете. Женщину даже не останавливало, что Минсик приходился ей начальником.